Дистиллят кинематографического удовольствия от Джима Джармуша

10 лет назад был снят фильм «Пределы контроля» – десятая работа культового американского режиссера Джима Джармуша. Это несказанно красивая, насыщенная символами, открытая для интерпретаций и, конечно, коммерчески провалившаяся лента. Ну да ведь не все то золото, что блестит в прокате, – скорее уж насупротив.

Безымянный африканец (Исаак Де Банколе) с задатками сверхчеловека бродит по городам и весям солнечно-зеленой Испании, направляясь непонятно куда и подбираясь неизвестно к кому.

«Пределы контроля» – одна из наиболее выдающихся картин конца нулевых. Даже непримиримые хулители Джармуша не могли не оговаривать в своих разгромных рецензиях, что стиль в «Пределах» выдержан безупречно, актеры подобраны и одеты с отменным вкусом, а джармушевский оператор обладает такой летящей походкой, какую не оценит только слепой. Другое дело, что Джармуш впервые снял настолько условный, импрессионистический, абсурдный и даже аморфный, если угодно, фильм; фильм, не обремененный вообще никаким потворством публике. Сюжет в «Пределах контроля» одновременно схематичен и неуловим, а объяснений сей ленты можно легко насочинять на несколько томов. Короче, незатейливые зрители банально обиделись на Джармуша, а зрители злобные презрительно зашипели: «Зачем нам второй Линч?».

Меж тем в своем формализме Джармуш здесь, пожалуй, и превзошел пресловутого Линча. В девяти прежних собственных фильмах Джим успел уж разрушить все мейнстримные жанры; в «Пределах контроля» ему оставалось только полностью воспарить над любыми канонами, что он не без успеха и проделал.

И помогли в этом Джиму, как говорится, лучшие из лучших. Камера изумительного оператора Кристофера Дойла творит чудеса, которые будут заметны даже профану; это уже не фильм, а ожившая живопись: можно хватать любой кадр – и вставлять в настенную рамку. К тому же фиксирует эта камера движения Исаака Де Банколе, чья абсолютно естественная подвижность может соперничать разве что с мобильностью Арчила Гомиашвили из гайдаевских «Двенадцати стульев». Фактурнейший Банколе обладает именно той редчайшей харизмой, которая позволяет режиссерам снимать удачные монофильмы, те, которые держатся на одном исполнителе. А уж когда такого Исаака снимает оператор Дойл – это даже в пересказе напоминает фильм мечты.