Александр Шипицын: Графика – это увлекательная игра

Две крупные выставки, посвященные 10-летию кафедры изобразительного искусства Восточно-Сибирской государственной академии образования, ознаменовали, по мнению искусствоведов, появление в Иркутске новой графической школы.

Около ста выпускников кафедры выбрали этот вид изобразительного искусства своей специализацией. Творческим процессом руководил все эти годы один из лучших иркутских графиков, заслуженный художник РФ Александр Шипицын. Теперь его цель и заветная мечта – не потерять учеников и в дальнейшем развивать это направление в Иркутске. О том, в чем прелесть и красота черно-белого искусства, художник рассказал в интервью.

– Александр Сергеевич, скажите, а раньше в Иркутске когда-либо существовала школа графики?

– Школа возникает, когда есть определенное количество художников, которые занимаются одним видом искусства. Графиков в Иркутске изначально было немного – Лебединский, Леви, Манисон, но все они работали сами по себе. А сейчас появилась преемственность. Это когда дети продолжают дело отцов. После окончания академии образования мой сын, возможно, возглавит графическую школу Иркутска. Многие выпускники хотят продолжать заниматься графикой – можно говорить о том, что школа возникла. Плохо только, что при выходе из университета они теряются, ведь без станков невозможно заниматься офортом. А в университете два станка, кстати, один из них мне подарила внучка Лебединского.

– Какой может быть выход из этой ситуации?

– Известный график Герман Паштов, кстати, мой ровесник, открыл студию графики в Красноярском педагогическом университете. У нас родилась идея создать аналогичную студию в Иркутске. Она нужна не только для того, чтобы мы не растеряли ту коллекцию графики, которая собрана, но и чтобы мы не потеряли выпущенных специалистов, которые вместе работают как единая команда.

– Скажите, много ли студентов выбирают графику своей специализацией?

– Обычно 50 на 50, но в последние годы на графику идет больше студентов. И как результат – все больше произведений проходит на республиканские выставки. Например, Сергей Шипицын стал первым номером в графическом искусстве, по общему мнению членов выставкома.

– Вы, наверное, умеете заразить своих студентов любовью к графике?

– Конечно, ведь у меня 41 год педагогического стажа. Обучение я начинаю с того, что даю студентам щепку, тушь и перо и разрешаю хулиганить. То есть рисовать то, что они хотят, потому что две параллельные линии ничего не выражают. Но добавьте третью, которая их пересекает, и вы получите конфликт. Все графика – это сплошные конфликты и энергетические пучки. Потом мы рассматриваем то, что они создали, и анализируем. Я стараюсь им показать, какая в их работах получается пластика, какие присутствуют ритмы. Начинаю вовлекать в эту увлекательную игру, и они начинают понимать красоту графического искусства и любить ее.

– Но ведь в современном мире, где «балом правит цвет», графика не самый популярный вид изобразительного искусства.

– Да, она менее востребована, чем живопись, а в Иркутске графику выставляю на продажу я один и не могу сказать, что она пользуется спросом. Недаром многие замечательные художники-графики, например, Александр Муравьев, Николай Башарин стали живописцами. Графика более сложна и в производстве, а тот вид графики, которым занимаюсь я, – офорт, требует специального оборудования, работы с кислотой и металлом.

– Это общий процесс для всей страны?

– Наверное, все зависит от спроса. Изобразительное искусство сейчас все больше выполняет функцию интерьерного украшения. И, кроме того, у нас потеряна культура восприятия графики. А если говорить о таком специфическом виде искусства как офорт, то им в нашей стране занимаются очень немногие. В 1970-е годы, когда я учился в Московском полиграфическом институте, я первым начал делать цветной офорт и многих заразил этим искусством.

– Почему вы вообще выбрали этот вид изобразительного искусства?

– Мой первый учитель Борис Иванович Лебединский был офортистом, и я пришел к нему будучи третьеклассником. Это произошло благодаря случаю – мой папа познакомился с ним в Аршане, и как два интеллигентных человека, они нашли общий язык. Он меня привел к нему в мастерскую, и я стал ему помогать, потом рисовать, а позднее поступил в училище, где он преподавал. То, чему я научился, будучи ребенком, легло в меня, и хотя я пытался свернуть с этого пути, у меня ничего не вышло.

– За что вы любите графику?

– Она мне ближе, чем живопись. Графика требует усидчивости, хотя живописью я тоже занимаюсь, раньше часто писал акварели. Но если в живописи ты придумал сюжет и можешь месяц с ним возиться, то в графике из-за особенностей технологического процесса нужно сделать сразу. Поэтому график работ за свою жизнь делает значительно больше, чем живописец. Мне нравится и кропотливость этого искусства, и то, что в графике нужно обладать большим мастерством, чтобы выразить эмоции, тогда как в живописи это можно сделать с помощью цвета. У меня работы реалистичные, но я пытаюсь вместить в них эмоции, в графике это сложнее, возможности очень ограниченные, наверное, поэтому это непросто для восприятия искусства.

– Тем не менее, графические работы создавали величайшие художники всех времен – Рембрандт, Пикассо, Дали.

– Это действительно так, ведь графика, хоть и самодостаточный вид изобразительного искусства, но в то же время является той базой, на которой строится мастерство любого художника.

– Кстати, книжная графика до сих пор пользуется спросом?

– Вообще я не книжник, я занимаюсь станковой графикой. Хотя оформил много книг, кстати, моя дипломная работа посвящена стихам Вознесенского. Во время учебы в Москве я подрабатывал в журнале «Юность», куда приходил поэт, там мы и познакомились. Я показывал ему свои работы, он их одобрил, хотя явно тяготел к более абстрактному искусству, как и его стихи.

– Вам ближе реализм?

– Я думаю, бессодержательность в искусстве – это веяние запада, не присущее русскому искусству по сути своей. Безусловно, абстракция несет в себе некую эмоциональность, но реалистическое искусство действует на более глубоком душевном уровне. Ведь согласитесь, что тонкое духовное состояние женщины, например, невозможно передать через абстрактное искусство.

– Вы коренной иркутянин, наверное, поэтому город – главный герой ваших работ?

– Конечно, я даже создал к юбилею Иркутска книгу, правда, чтобы издать ее, не нашлось средств, но, надеюсь, что когда-нибудь она выйдет в свет. Моя последняя серия из 120 работ посвящена Иркутску, и я рисую, в основном, старый город, деревянные дома, и этнографически этот материал очень ценен, ведь графика очень подробно передает красоту этих зданий. Город уходит, и скоро от него мало что останется, тогда он потеряет свою индивидуальность. Ведь чем красив Иркутск? Старыми домами, большими тополями, хитросплетением линий – в этом есть поэзия, здесь чувствуется обжитость, обласканность людьми. Ведь духовность может быть не только в человеке, но и в той среде, которая его окружает и которую он создает, вкладывая в нее душу.

– У вас есть любимые места в Иркутске?

– У меня мастерская на улице Фридриха Энгельса, а сам я живу на Чехова и много лет хожу по этому маршруту, и все, что я вижу, становится героем моих работ. Я могу сотни раз рисовать один и тот же дом, но с разных ракурсов, в разной интерпретации, и каждый раз это будет совершенно другая работа.

– Можно ли научить людей видеть красоту графики?

– Это очень сложный и долгий путь, который нужно начинать с пропаганды этого вида искусства, и чем больше будет у нас достойных графиков, тем больше людей увидят ее особую неброскую красоту. Сейчас в Иркутске появилось около ста таких художников, и почти все они достойные авторы, им нужна помощь – студия, которая их объединит, иначе пройдет еще лет пять, и будет поздно. Я хотел бы пригласить Германа Паштова с выставкой в Иркутск, а нашу – отправить в Красноярск, в дальнейшем это открывает перспективы для сотрудничества и взаимного обогащения.

Александр Шипицын родился в Иркутске в 1938 году. С 1954 по 1959 годы учился в Иркутском художественном училище. С 1964 по 1970 годы – в Московском полиграфическом институте. Член Союза художников СССР с 1967 года. С 1967 по 1976 годы преподавал в Иркутском училище искусств. Среди его учеников Сергей Шипицын, Людмила Назарова, Антон Лодянов, Олег Беседин, Владимир Соколов и другие. С 1975 года преподавал в Иркутском политехническом институте на архитектурном факультете. С 1978 года по 2009 год заведовал кафедрой «Рисунок, живопись и скульптура» Восточно-Сибирской государственной академии образования. Один из признанных графиков Иркутска как в сфере станковой гравюры, так и в области иллюстрации и оформления книги. Художником оформлено и проиллюстрировано свыше тридцати книг для Восточно-Сибирского книжного издательства и издательства «Советская Россия».

Елена Орлова
Фотограф: Лариса Федорова