Горькие заметки о главном

От криков, которые слышатся сегодня из телевизора, становится грустно. "Если я буду вами командовать, вы обретете счастье!"... "Нет, если я..." "Нет, я..." "Нет, я..." Народ слушает, уверенный: только хороший начальник обеспечит правильную жизнь. Народ в зеркало смотреть не любит и к себе обращаться - тоже. "О, Боже мой, кто будет нами править? О, горе нам!" - пушкинский крик из "Бориса Годунова" несется над страной, разбиваясь на митингах, осколками выпадая из телеэкрана.

Мы привыкли надеяться на начальников и совсем не хотим думать о самих себе. Если человеку живется дурно, он склонен обвинять в этом кого угодно - чаще всего начальников, и время, в котором живет, - но никак не себя самого. Нам искренно кажется, что изменения в стране должны начаться сверху (исторический опыт России доказывает, что так чаще всего и бывает). Мы готовы часами дебатировать о качестве наших руководителей, о качестве же самих себя, о качестве, если угодно, - народа, мы никогда не говорим: стесняемся, что ли...

Пока взрослые и серьезные дяденьки и тетеньки купаются в политических страстях, куда менее серьезные и менее взрослые их дети ходят в школы и получают там то, что мы называем "образованием". Мы готовы едва ли не в кровь биться, выясняя - новая забава - на каком митинге были более интеллигентные и веселые лица... И, кажется, что нас совершенно не волнует, что наши дети, в большинстве своем, продолжают учиться в школах, которые, по сути, остались советскими.

Политические страсти объединяют людей быстро и радостно. Стремление в корне изменить систему образования не объединяет никого. Неужели мы не понимаем, что, если наше образование останется таким же "средним", как сегодня, - нам не помогут никакие начальники и никакие реформы?

На прошлой неделе прошло сообщение, что министр образования и науки Андрей Фурсенко попрощался со своими коллегами и подвел итоги работы. Уйдет Фурсенко или не уйдет, отменят ЕГЭ или не отменят - не это принципиально. Принципиально изменить подход к ученику, к самой системе образования.

Почему я считаю, что наша школа, по сути, осталась советской? Потому что в подавляющем большинстве школ ребенок остается рабом. Школа - это, пожалуй, единственное место в мире, где руководителями по определению не могут быть дураки. Разве может школьник сказать: "Я не пойду в школу, у меня учитель - дурак?" Не может. Учитель всегда прав. Для того чтобы доказать неправоту учителя, родителям надо обращаться в районный отдел образования, оттуда - в городской и так далее...

Это в СССР придумали, что оценивать то, как учат ребенка, должны чиновники. Но разве же не очевидно, что уровень образования своего ребенка должен оценивать родитель, и более никто? Чиновник не отвечает за ребенка. Родитель отвечает: и за образование своего чада, и за его нервную систему.

Мы боремся с курением, мы собираемся в Думе обсуждать закон о том, чтобы не продавать алкоголь молодым людям... Ура! Мы боремся за здоровье нации! Молодцы! А то, что в старших классах наши с вами дети поставлены в такие условия, что преодолеть их без нервного срыва практически невозможно, - это как?

Мы увеличиваем количество уроков физкультуры в школе - расти здоровый человек! Но не можем (и, главное, не хотим), чтобы ребенок жил в школе спокойно, ощущая себя ее хозяином. Или мы позабыли с детства известную поговорку, что все болезни - от нервов?

Мы не позволяем детям в школе быть свободными и счастливыми людьми. А без этого всякое образование теряет смысл.

Нам по-прежнему кажется, что главная задача школы - впихнуть в человека как можно больше знаний. И вот мы впихиваем, впихиваем, впихиваем... Великий педагог Иоганн Генрих Песталоцци считал, что важнейшая цель воспитания - развитие природных способностей человека. Вот, оказывается, чего школа-то должна делать: разглядеть эти самые природные качества и развить их. Школа должна сделать главное: научить человека учиться. А наша школа в большинстве своем заставляет человека зубрить.

Цель образования не в том, чтобы напичкать человека знаниями, а потом проверить: хорошо ли он "напичкался", но в том, чтобы он нашел в школе свое призвание, свою дорогу по жизни. И если ученик эту дорогу не отыскал, значит, школа сработала плохо, даже если этот ребенок - отличник, блестяще сдавший ЕГЭ.

Ребенок, который в 13, 14, 15 лет понял свое призвание, - несчастнейшее существо на свете! Потому что вместо того, чтобы развивать то, что ему интересно и необходимо, - он вынужден вызубривать массу бесполезной информации, которая ему никогда не пригодится. Как мы могли допустить такую ситуацию, что в сегодняшней школе легче и удобней не найти свое призвание, чем отыскать его?

Наше школьное образование запущено до такой степени, что даже если начать реформу завтра, - ее авторы результатов не увидят. Это процесс долгий. Касающийся среди прочего и решения проблемы подготовки учителей для новой школы. А начальству, как правило, результаты нужны завтра. Вот и появляется ЕГЭ, о котором просто рапортовать, но не появляется серьезной, всеобъемлющей реформы.

Я не хожу на митинги. Но, право слово, иногда хочется выйти на трибуну какую-нибудь и крикнуть: "Ребят, вы не о том базарите все тут. Если вы не измените школу, вам никакой, самый лучший начальник не поможет построить счастливое государство".

Так ведь не услышат же...

Андрей Максимов, писатель, член Академии Российского телевидения