В водоохранной зоне Иркутского района вырубают вековые сосны
Под пилу попадают и молодые, и вековые сосны. В иркутском садоводстве в водоохранной зоне вырубают лес. Вести там заготовку древесины запрещено.
Всего несколько километров от садоводства, и мы понимаем - жители правы. Вот они, следы недавней рубки - ветви и макушки многолетних сосен. Весь этот лесной мусор уже экологическое бедствие. В пожароопасный период такой сушняк может вспыхнуть как порох.
А вот и место, где рубят хвойные деревья. Работа кипит, добротный кругляк здесь же обрабатывают. Валят сплошняком, масштабы заготовки впечатляют.
- А у вас документы есть на рубку?
- Да, но у хозяина они.
Тревогу забили дачники, живущие в садоводствах "Берёзка", "Оптимист" и "Мавр".
- Тут буквально в конце декабря - в январе я обратила внимание, что мимо дома идут лесовозы. И лесовозы не просто одна машина - две. А по десять, а то и больше, - говорит жительница Иркутска Лидия Андреева.
Вот здесь, вспоминает Лидия Андреева, они с мужем любили ходить на лыжах. Такая варварская картина им даже в страшных снах не снилась.
Ещё одна деляна, здесь тоже оживление. Площадь вырубки гораздо больше, заготовленную древесину при нас складируют, вывозят КамАЗами.
- А у вас есть документы на вырубку?
- Да.
- Где они?
- В вагончике лежат.
Документ нам показали, это технологическая карта валки леса. Действительно, чёрным по белому написано, что рубить сосны можно. Более семи гектаров.
- Сплошная санитарная рубка.
- А эти деревья чем-то больны?
- После пожара. Это санитарная рубка, мы согласно "технологичке" рубили.
Специалисты рассказали нам, что подобные санитарно-оздоровительные мероприятия проводятся, если древесина повреждена насекомыми, болезнями или огнём. Ни одного из этих признаков на брёвнах не видно. Вполне здоровый лес, и древесина получается отменная - ровный ствол, чистая сухая поверхность, равномерные годичные кольца. Под пилу попали как вековые деревья, так и совсем молодые.
- Ни для кого не секрет - лес вырубается, уходит, река высыхает и всё! А здесь начало берёт вот эта реликтовая река, - говорит жительница Иркутска Оксана Николаева.
Реликтовая речка - это Кая. Именно в этом распадке она берёт своё начало. В водоохранной зоне вести лесозаготовки запрещено. Об этом и дровосеки, и те, кто выдавал им разрешение, должны знать. Жители обратились в лесничество, Следственный комитет и Западно-Байкальскую межрайонную прокуратуру. Теперь главное, чтобы помощь пришла вовремя - пока еще не все деревья срублены.
