Корпорация: новая задача для иркутского губернатора
Идея правительства России о создании госкорпорации по развитию Сибири и Дальнего востока (далее - просто Корпорация), вызвала серьезное обсуждение и даже раскол в обществе.
Само собой разумеется, что рядовые обитатели вышеупомянутых территорий с настороженностью и иронией относятся к разнообразным начинаниям, проистекающим со стороны правительства. Многолетняя комедия с «нацпроектами», в большинстве своем оказавшимися фикцией, приучили население к тому, что любое глобальное начинание приводит, в лучшем случае, к сакраментальному «гора родила мышь». Ну, если не считать результатом распил выделяемых средств.
С другой стороны, Сибирь и Дальний восток, в самом деле, находятся в крайне сложном положении. Многолетний отток населения, падение рождаемости и нехватка рабочих мест для ещё оставшихся более-менее квалифицированных жителей «продуктивного возраста» привели к резкому падению перспектив проживания в этих регионах. На сегодня жизнь, что называется, «бурлит» лишь в областных центрах и точках освоения природных ресурсов; причем в последнем случае патриархальные сибирские городки и поселки получают, вместе с «цивилизацией» и рабочими местами, еще и весь спектр «джеклондоновской романтики»: криминал, проституцию и наркотики.
Бедственное положение сибирской глубинки на фоне процветающей Москвы неизбежно ведет к росту оппозиционных и даже сепаратистских настроений. Однобокая схема российской экономики, позволяющая выкачивать ресурсы в одном месте, а налоги платить в другом, делают малоперспективными любые начинания местного бизнеса, за исключнеием примитивной перепродажи китайских товаров местному населению.
Нельзя не заметить, что скепсис обывателей, сформированный нацпроектами и прочими околоправительственными мероприятиями, в отношении государственных корпораций не совсем справедлив. На сегодня в России работают шесть госкорпораций, из которых как минимум три действуют весьма эффективно: Росатом, Ростехнологии и Внешэкономбанк. С другой стороны, госкорпорация, занимающаяся строительством олимпийских объектов в городе Сочи, погрязла в скандалах и коррупции, что является негативным примером подобной структуры.
В общем-то все понимают, что госкорпорация как организационно-правовая форма является весьма хитрым способом государства обойти собственные ограничения - способом, который отсутствует в Гражданском кодексе. Госкорпорациям позволено многое из того, что запрещено обычным ООО, ОАО и ЗАО: они не обязаны раскрывать информацию о своей работе; на них не действует закон о банкротстве; они не отчитываются перед государством о своей деятельности, включая финансовую; они не должны проводить госзакупки; по сути государство даже не может контролировать нарушение госкорпорацией действующего законодательства.
Однако в экстремальных условиях «нового освоения» Сибири и Дальнего востока, вероятно, именно госкорпорация, не страдающая избытком бюрократии, будет максимально эффективной - если в российских условиях вообще можно говорить об эффективности каких-то управленческих и экономических решений. Безусловно, в Корпорацию будут вкладываться невероятно большие средства - которые в перспективе может быть, и будут многократно окупаться за счет динамического развития Сибири. Вполне вероятно, часть этих средств будет, что называется, «распилена» - однако есть большая вероятность того, что и после «распила» останется достаточно для того, чтобы какое-то развитие Сибири произошло.
В правительстве пока не уточняют, какие именно направления деятельности будут возложены на Корпорацию. Скорее всего, никто не будет изобретать велосипед, и в основу деятельности Корпорации, с небольшими изменениями, положат советские разработки по освоению Сибири и Дальнего востока. То, что когда-то составляло экономическую основу советского государства, скорее всего может составить основу и государства российского.
По всей видимости, деятельности Корпорации начнется с формирования и реформирования инфраструктуры. Для освоения Сибири нужны дороги, города и люди: куда приходит дорога, там начинается жизнь. Вслед за дорогами придет освоение природных богатств - и вот тут Корпорация неизбежно войдет в конфликт с местными патриотами, как правило, выступающими с жестко экологических позиций.
Характерно, что эти экологические выступления имели гораздо менее радикальный характер в советское время, хотя масштабы освоения Сибири были куда более значительными и зачастую хищническими. Современные экологи, к сожалению, иногда имеют совсем другую мотивацию, чем экологи советского времени: экологическая тематика отлично подходит для получения грантов и создания собственной популярности, хотя обобщать здесь, конечно, нельзя. Но нельзя и забывать, что положительные заключения некими представителями экослужб давались даже на прохождение ВСТО по берегу Байкала.
В любом случае Сибирь, в случае реализации планов по работе Корпорации, неизбежно встанет перед выбором одного из двух путей. Либо сопротивляться «новому освоению», рассматривая в качестве альтернативы спокойную, пускай и бедную, жизнь, или принимать в этом освоении активное участие. Если верить планам Сергея Шойгу, на первом этапе «нового освоения Сибири» в процессе будет задействовано не менее пяти миллионов человек: это значительная часть взрослого населения Восточной Сибири и Дальнего востока. Соответственно, работы хватит всем, и об унылых пейзажах нынешних «мертвых зон» за пределами больших городов можно будет позабыть. Вероятнее всего, навсегда.
Более интересен вопрос - кто именно будет заниматься освоением Сибири. Очевидно, что в первую очередь к идее подключатся крупные компании, занимающиеся вопросами энергетики и переработки минерального сырья. И это, пожалуй, самое важное в идее: в отличие от госчиновников, в реальных бизнес-структурах собственные бюджеты не «пилят», а, наоборот, стремятся извлекать максимальную прибыль на каждый вложенный рубль. Привлечение частных компаний становится своеобразным залогом того, что выделяемые средства пойдут все-таки на освоение, а не на кормление столичных чиновников. Хотя без этого, естественно, все равно не обойдется.
Нетронутую сибирскую природу, конечно, жалко. У каждого сибиряка болит сердце при мылси о том, что щебет птиц сменится на шум моторов и запах бензина. С другой стороны, практически все «коренные» жители современной Сибири - это потомки переселенцев, которые занимались именно освоением этих мест. С топором и ружьем в руках. Но дело даже не в этом. Главный вопрос экологии - чем обернётся в ближнем и дальнем будущем то или иное «освоение». И вот на этот вопрос отвечать желающих как среди госчиновников, так и среди крупных бизнесменов редко находится. А зря.
Стратегически важной является проблема базирования будущей Корпорации. Именно тот город, который будет выбран в качестве места размещения штаб-квартиры Корпорации, получит максимальный толчок к развитию. Безусловно, один из главных претендентов на эту роль - Красноярск. Но Красноярск находится далеко от центра будущего освоения территорий - а это неудобно в первую очередь логистически. Вполне вероятно, штаб-квартира будет размещена в Иркутске или Улан-Удэ, что привлечет к городу внимание всего мира и сформирует мощные финансовые потоки.
А это - уже проблема для существующей региональной власти. Привлечь в регион Корпорацию - куда более масштабная задача, чем строительство спортивных сооружений или реставрация исторических кварталов. Когда-то Иркутск стал плацдармом для освоения Дальнего востока, Камчатки, Русской Америки - и произошло это во многом благодаря политической воле местных властей. Это сделало Иркутск богатым, процветающим городом, долгое время носившим звание «сибирского Парижа». Сейчас в руках иркутских властей - возможность для формирования фундамента, на котором регион будет жить и процветать очень долгие годы.
Главное - не прошляпить.
