Pussy Riot для начинающих. Часть 1

«Моцарт? Слишком просто для новичка. И слишком сложно для мастера». Это парадоксальное утверждение Святослава Рихтера идеально подходит для Pussy Riot.

Сегодня, когда ржавое колесо общественного мнения со скрипом и скрежетом двинулось в обратную сторону, самое время раскрыть ноты, и… признать себя самоуверенным новичком. Даже хуже. Намного хуже.

Нормальные новички – это президент Эстонии, министр иностранных дел Чехии, «Эмнисти Интернэшнл», наконец. Они доверяют своим глазам, которые видят достаточно тривиальную для европейца картину: группа девушек выступила с антипутинским манифестом накануне президентских выборов. И всё. Возможно, они навели справки и узнали, что это уже четвёртое выступление панк-группы Pussy Riot. И каждый раз содержание выступления было протестным. А может обошлись без этого. Не знаю.

В том, что площадкой для последнего выступления Pussy Riot стал амвон Храма Христа Спасителя, для вменяемого европейца тоже нет ничего удивительного или возмутительного. Центральная тема в панк-молебне - стяжательство и сервильность церковного руководства - где же еще об этом петь, как не в центральном храме страны? Тем более, что рефреном в панк-молебне идёт молитва к Богородице об избавлении страны от тирана.

Итак, мотив выступления очевиден – политический протест. И цена его понятна – нарушение общественного порядка, за которое полагается штраф. Арест, уголовное дело, многомесячное содержание под стражей - явная попытка расправы над инакомыслящими. Чего тут непонятного?

Конечно, сотрудники культового сооружения, явившиеся невольными свидетелями панк-молебна, вольны его остановить и добиться выдворения его участниц. И в Чехии, и в Эстонии есть свои Православные Церкви. Эстония к тому же – родина патриарха Алексия II. Там находится знаменитый Пюхтицкий женский монастырь. Эстетическая несовместимость панк-молебна и церковной традиции – вещь для европейцев понятная и бесспорная. С другой стороны, такое вторжение для церкви – лишь неприятный эпизод, который заканчивается в момент выдворения нарушительниц за пределы церковной ограды.

Показательно, что в Эстонии с критикой в адрес президента, признавшего Pussy Riot политзаключёнными, выступил лютеранский архиепископ Пыдер (давний приятель патриарха Кирилла по экуменической деятельности). А представители Эстонской Православной Церкви от комментариев воздержались.

Сегодня уже мало кто помнит, что и в России, первая реакция представителей Церкви на панк-молебен была более, чем сдержанной. Выход на амвон Храма Христа Спасителя, вообще, никто не заметил. Присутствовали там девушки 20 секунд. Потом охранники сами помогли им донести вещи до выхода. Задерживать «преступниц» никому в голову не пришло.

И когда в сети появился скандальный ролик, с песней «Богородице Дево! Путина прогони!», реакция главных официальных спикеров РПЦ МП была спокойной. Чаплин отмахнулся от корреспондента – мол, много чести на всякую ерунду реагировать. Кураев посетовал, что девушек не накормили блинами – Масленица же! Патриарх Московский и всея Руси в то время был занят судебной тяжбой – помогал своей «троюродной сестре» выбить из протоиерея Георгия Шевченко большие деньги за пыль на книгах. Панк-молебном не интересовался.

О том, что в Храме Христа Спасителя произошло что-то достойное внимания, мы впервые узнали от свежеизбранного президента Путина, об изгнании которого девушки просили Богородицу. Он неожиданно «извинился» перед «патриархом и верующими» за что-то «возмутительное». Патриарх промолчал. И молчал долго. Почти две недели. За это время многое произошло. С лёгкой руки знатока и защитника радикального исламизма Максима Шевченко стартовала беспрецедентная по масштабам и ожесточённости информационная кампания – людям чуть ли не кувалдой вбивали в головы мысль о том, что они обязаны желать девушкам из Pussy Riot скорой и мучительной смерти. Мгновенно преобразился Чаплин. Напуганый Кураев начал робко отказываться от своих слов. Потом бойцы спецподразделения МВД РФ по борьбе с экстремизмом (Центр «Э») задержали двух молодых мам, которые ни от кого не скрывались – Надежду Толоконникову и Марию Алехину. Позднее к ним присоединилась Екатерина Самуцевич, которая не только не скрывалась, но и сама пришла на допрос. И только после этого заговорил патриарх. «Диавол посмеялся над нами», - заявил он. С этим не поспоришь. Действительно, посмеялся…

Я нарочно восстановил хронологию событий, чтобы стала понятна природа психоза, захлестнувшего страну в считанные недели. Известно, что большинству наших сограждан целые отделы мозга заменяет телевизор. Человек живёт своей неспешной жизнью. Платит за газ, отводит ребенка в детский сад, пьет пиво. А вечером включает телевизор. Именно из телевизора человек узнал о наличии у себя «религиозных чувств». И понял, как страшно их «оскорбили» размытые цветные пятна, которые несколько секунд на фоне иконостаса.

- Что они там делали?

- Оскорбляли чувства.

- В чем выражалось оскорбление?

- Пи-пи-пи. Вы задали лишний вопрос. Сказано ж: оскорбляли! Остальное: не твоего ума дело. Твоё дело маленькое: напрячь фантазию и представить, какой страшной и мучительной казни следует подвергнуть «кощунниц»!

И человек послушно включает фантазию, забыв спросить: что такое «кощунницы».

Помните Анатолия Кашпировского в конце 80-х годов. «Даю установку». Точно такую же установку на безумие страна получила весной 2012 года.

Я видел сотни людей, повторяющих почти наизусть магические формулы, услышанные в ток-шоу Малахова, в спец-проектах НТВ и в передаче Аркадия Мамонтова на канале «Россия-1». Люди настойчиво, даже с остервенением цитировали чужой текст, ни на секунду не сомневаясь в том, что это их собственные убеждения. На словах об «оскорблённости чувств», я обычно спрашивал: «Вы, стало быть, прихожанин? Какого храма? Как часто богослужения посещаете?» И в двух случаях из трёх слышал в ответ: «Сам я, конечно, неверующий, но…» Дальше я уже не слушал. Человек обижался. Чуть ли не лез в драку. Мысль о том, что я отказываю ему в праве на «оскорблённость чувств» была для него нестерпима. Это всё равно, отнять у наркомана дозу, у младенца – соску, у Никиты Михалкова – мигалку. За это убить мало!

Впрочем, та «оскорблённая» треть, которая с грехом пополам может вспомнить какие-то церковные эпизоды (вроде стояния на Пасху) мало отличается от «неверующих православных», составляющих большинство. Потому что любая попытка пробиться хоть на миллиметр дальше крашеных яиц всегда, в ста процентах случаев, терпит оглушительное фиаско…

Напоминаю, мы с вами пока новички. Играем «Турецкий марш». Одним пальцем. Я говорю только о вещах, не требующих никаких специальных знаний. Нужны лишь элементарная трезвость и здравомыслие. У вас они есть? Вы уверены в этом? А я вот сомневаюсь. За президента Эстонии я спокоен. За министра иностранных дел Чехии тоже. А за вас – нет. Вы ведь тоже смотрите телевизор. Разговариваете с другими людьми. Завязнет коготок – всей птичке пропасть.

Но это еще не самое страшное. Простое колдовство и разрушается просто. Человек опомнится, поймёт, что это его не третья нога, а чужой протез, чертыхнётся и пойдёт дальше на своих двоих. Совсем другое дело человек, претендующий на личное мнение по любому вопросу. В том числе и по Pussy Riot. Смешно наблюдать, как все эти «мыслящие единицы» абсолютно синхронно повторяют один и тот же трюк. Сейчас я вам его опишу.

Первое. Констатируют «факт» - «религиозные чувства» большинства «оскорблены». «И нечего тут спорить!» - как любит говорить г-н Навальный.

Второе. Дистанцируются от «темной массы», жаждущей крови «кощунниц».

Третье. Каждый выбирает себе наиболее комфортную точку на «отрезке наказаний» и объявляет ее своим «личным мнением» по этому вопросу. А разница между кровожадным большинством и собой ставится себе в заслугу: «Вот я какой гуманный, современный, толерантный! Не то, что это быдло!»

Поиск оптимальной точки – дело тонкое. С одной стороны, есть искушение проявить максимум «гуманности» - вплоть до «лично я, как христианин, готов их простить!». Это красиво! За это можно себя уважать. Глянуть украдкой в зеркало и восхититься: «Экий мордашка!» Но у такой позиции есть и своя теневая сторона – потеря связи с широкими народными массами. Для людей публичных – «видных оппозиционеров», актёров, писателей, телеведущих, авторов-исполнителей песен под гитару и пр. – это непозволительная роскошь. «Люди не поймут» - для них приговор.

Проблема решается двумя способами. Способ попроще – найти точку где-то посередине. Скажем, «А я бы их выпорол и дал метлу в руки, чтобы двор Храма Христа Спасителя мели. Вот какой я гуманист!». Или «А я б им по максимуму дал! Сколько заслужили! Но… условно. Потому что деток жалко. Вот какой я гуманист!» И так далее.

«Гуманисты» похитрее, вроде Алексея Навального, поступают иначе. Они пытаются усидеть сразу на двух стульях – понравиться и «тёмной массе» и «гуманистам». На практике это означает предельно уничижительные характеристики в адрес «кощунниц» («чокнутые девицы, бегающие вокруг алтаря», «дуры, совершившие хулиганство, ради паблисити», «в мечеть они почему-то не пошли…» и.т.д.) и, при этом, демонстративное требование проявить в отношении них гуманность. «Да, я ненавижу этих конченных мразей, как сорок тысяч братьев. Но я готов отдать жизнь за их свободу, как Вольтер. Вот такой я… нет, не гуманист - святой!» Предполагается, что «темная масса» прочтёт гневную преамбулу, а коллеги - по достоинству оценят «Вольтера». Схема изящная, но рискованная. Бестолковые люди всегда норовят прочитать то, что не надо. И сделать неправильные выводы…

А теперь я обращаюсь лично к тебе – к тому, кто читает эту статью. Ведь ты «гуманист», правда? Ты же не хочешь, посадить их в бочку с фекалиями и саблей… (ну как Эраст Гарин в «Джентльменах удачи» рассказывал). И насмерть забить их камнями ты не советуешь. Ну, ремня дать, еще куда ни шло. Или может даже «хватит с них того что уже отсидели»! Чтоб уж не мелочиться, да? В любом случае у тебя есть уникальная возможность проверить свою нормальность. Сформулируй свою позицию по «делу Pussy Riot». А потом сравни ее с чешско-эстонским эталоном. Напомню, если забыл: панк-молебен – протестная акция; режим Путина расправляется с инакомыслящими, нарушая закон. И всё! Все что сверх этого – от лукавого.

Интересно, сколько читателей успешно прошло этот тест?

Интересно, хоть один из тех, кто не прошел, признал себя больным?..

Итак, «Турецкий марш» мы благополучно сыграли. Что дальше? Дальше мастерство, доступное немногим. Потому что в нашей богоспасаемой стране в церковных вопросах разбираются все (особенно те, кто богослужение видел только по телевизору), но на простые вопросы почему-то никто ответить не может. Задам для начала два: 1) что такое «кощунство»? 2) что такое «осквернение»?

Отвечаю: 1) кощунство – оскорбление или насмешка над священными именами, явлениями, понятиями; 2) осквернение – то же самое, но действием и в отношении священных предметов.

Текст панк-молебна известен. Из священных имён там упоминается только Богородица. Девушки обратились к ней с просьбой прогнать Путина. И призвали ее помощь в делах, которые считают правыми, справедливыми, достойными – в протесте против тирании и в защите прав женщин. Текст панк-молебна можно назвать наивным. Но его, при всем желании, нельзя назвать кощунственным. И рефрен «срань Господня», адресованный патриарху Московскому и всея Руси, по образности и резкости вполне достоин наиболее ярких и эмоциональных фрагментов «Псалтыри» или Евангелия. Но никаких признаков кощунства в нем не содержится. То же самое можно сказать и о других обидных для патриарха Кирилла словах и выражениях. Как частное лицо он может потребовать сатисфакцию в рамках гражданского процесса. Примешивать к этому церковь и говорить о «кощунстве» патриарх не имеет права. Он – не святыня.

Что же касается «осквернения», то о нем всё уже сказал ключарь Храма Христа Спасителя протоиерей Михаил Рязанцев. Никакие действия, связанные с ликвидацией последствий осквернения там не проводились. Потому что ничего не было осквернено. А нелепые заявления патриарха о том, что девушки «осквернили» гвоздь самим фактом присутствия с ним в одном помещении – это какой-то несмешной юмор.

Ну и, чтоб два раза не ходить: всё, что находится за пределами алтаря, отделённого иконостасом, - общедоступная часть храма. Включая солею и амвон, на которых девушки провели 20 секунд в момент, когда богослужение не совершалось.

А теперь представьте, сколько человек бездумно повторили клевету про «кощунство» и «осквернение», которой буквально сочился телевизор в последние месяцы! Причем, речь тут, вообще, не может идти о чьём-то личном мнении. В церкви мнений не бывает. В церкви есть «Устав». Так вот, никаких уставных норм девушки не нарушили. А все, что не противоречит «Уставу», в церкви де-юре разрешено. Прочие ограничения касаются лишь привычек и вкусов современных церковных людей.

Скажем, в ранней церкви выступления пророчиц, находящихся в молитвенном экстазе, были не только нормой, но и средоточием всей христианской жизни. Считалось, что их устами говорит Святой Дух. На Руси никто не смел чинить препятствия юродивым Христа ради. А делали они подчас дикие шокирующие вещи. Считалось, что в каждой из них содержится урок, который свидетели происшедшего должны извлечь.

Можно сказать, что нынешние церковные люди отвыкли от таких «острых блюд», что они ценят свой новый унылый уклад – каждая тётка в синем халате знает, где ее засаленная тряпочка для протирки подсвечников, каждая уборщица знает к какой розетке подключать пылесос, охранники никогда не ругаются матом. Не вопрос! Живите той церковной жизнью, которая вам нравится. Только не говорите, что эта уютная тина неприкосновенна! Да, у случайных свидетелей выступления девушек из Pussy Riot вполне могла отвалиться челюсть. Их можно понять – такое не каждый день увидишь. Но их бытовые привычки и представления о норме – ничто. Всё в церкви – Христос.

Нам постоянно говорят, что девушки из Pussy Riot – враги Церкви Христовой, а их обвинители якобы «христиане». Пусть так. Открываем Евангелие, читаем. Как надо поступать с врагами - проклинающими, злословящими, гонящими? Благословлять, молиться за них, любить. Точка! Это не метафора. Это заповедь, исполнение которой – примета, позволяющая отличить христианина от самозванца.

Между тем, сами девушки из Pussy Riot себя ничьими врагами не считают. Хорошо! Допустим, они не враги, а сёстры во Христе, которые сделали что-то неправильное. Открываем Евангелие, читаем: обличи наедине, не поможет – при свидетелях, не поможет - при всей христианской общине. Если не поможет и это, наступает самое страшное наказание из всех, возможных – остракизм: «да будет тебе как язычник и мытарь».

Что делают наши соотечественники, по недоразумению называющие себя «христианами»? Не только сами проклинают, злословят, гонят, но и зовут «римских легионеров», чтобы потребовать для своих мнимых врагов максимально сурового наказания.

О каких «религиозных чувствах» говорят люди, отрёкшиеся от Христа? Можно ли принимать их заведомо лживые слова за чистую монету? Вопрос риторический.

С обвинителями более-менее разобрались. Вернёмся к обвиняемым…

Продолжение: https://babr24.com/?IDE=106872

Источник: rusvesna.ru