РепринтЪ: Дети, которые никому не нужны
10 лет назад, в 2003 году, Бабр писал:
"Эта история стара как мир. Юля приехала в Иркутск из отдаленного села; вскоре познакомилась с парнем. Романтика, катание на лодках "навстречу утренней заре" по Ангаре, знакомство с бурной ночной жизнью города... Короче, итогом знакомства стал ребенок. Нежеланный.
Испугавшись родительского гнева, девушка отказалась от сына, но скрывать от родных этот факт не стала. Реакция ее матери изумила всех - она набросилась на дочь, крича, что та не имела права обрекать их внука на сиротское существование. К счастью, малыша удалось найти и забрать. Ему сказочно повезло! Статистика жестока: каждый третий ребенок, воспитывающийся в соцучреждении, после выхода из него остается на улице, без жилья; каждый пятый становится преступником. Брошенные дети (уместно вспомнить о них накануне 1 июня) нуждаются в особой защите. Родимое государство должно оберегать их от нерадивых родителей. А щедрые сердцем люди - от скупых забот государства.
Оправдания для отказа
В любом роддоме расскажут, что причины отказа от ребенка горе-матери называют разные: не на что содержать; бросил любовник; гневятся родители; или просто дитя не нужно в жизни, полной пьянства и наркотиков. Обычно такие "мамаши" даже не желают смотреть на новорожденного, отказываются его кормить. Иногда младенца просто выбрасывают в подъезд, на мусорку... Был случай, когда отчаявшаяся женщина подкинула крошечную дочку ее отцу (женатому на другой), надеясь, наверное, пробудить в нем родительские чувства. Но он все равно не принял "потомство", и девочку удочерили чужие люди... Случай с Юлей - скорее исключение, чем правило, потому что матери, бросившие детей, очень редко за ними возвращаются. Чаще всего такие младенцы попадают в дом ребенка, под "крыло" государства. В такой, как "Солнышко".
Раньше это был обыкновенный детский садик, потом помещение пустовало. В 1999 году было отдано под дом ребенка, в котором содержат брошенных детей до четырехлетнего возраста (всего в Иркутске три таких учреждения, плюс "Аистенок" - для ВИЧ-инфицированных). В "Солнышке" - 160 воспитанников и 210 человек персонала. Условия жизни здесь очень хорошие - тонны игрушек, отменный спортзал, бассейн, гидромассаж, ноу-хау вроде музыкальной ароматерапии и многое другое.
...Вот инвалидное отделение, где находятся 11 человек - дети с тяжелыми поражениями психики и ЦНС, генетическими патологиями. "Мама!" - кидается на шею главврача девочка с диагнозом дауна. Кстати, эти больные не все безнадежны, и было немало случаев, когда из инвалидного отделения детей, после курса лечения и реабилитации, переводили в обычные группы... В музыкальном кабинете группа малышей воодушевленно распевает песни под караоке. Нередки здесь и праздники. Наиболее яркие из них записываются на видеокамеру, а потом маленькие участники восхищенно узнают себя в телевизоре...
Я не способна понять, как нормальный человек может бросить собственное дитя - родного человечка, обречь его на суровое существование. Дело даже не в том, что "государевым подкидышам" в социальных заведениях не хватает игрушек или одежды (с этим более или менее нормально), а в том, что там они - не единственные. И еще. Обстановка, конечно, здесь приближена к домашней. С одной, самой главной оговоркой, - здешние малыши не знают, кому сказать "мама" и "папа". Мальчики и девочки (те, что постарше) радостно встречают любого посетителя. Все просто: время от времени приезжают люди с бумажками, и на одного малыша в "Солнышке" становится меньше - его усыновили.
Мы его забираем!
Многие малыши, несмотря на свой возраст, уже успели насмотреться ТАКОГО. Например, живет здесь мальчик, чей отец убил мать у него на глазах. Но, как правило, в анкетах в графе "отец" стоит прочерк. К анкете прилагается официальный отказ матери от ребенка и согласие на его усыновление. И в доме ребенка всего трое настоящих сирот, у которых умерли родители.
Иностранные граждане в "Солнышке" - постоянные "клиенты". В родной стране, чтобы усыновить, надо отстоять огромную очередь. Да и условия невероятно строгие: российский бюрократизм может отдыхать. Например, не отдадут ребенка человеку, который, положим, был когда-то арестован за вождение автомобиля в нетрезвом виде, либо женщине, занимающейся стриптизом. В России с этим проще: нельзя иметь судимости, психических отклонений, инвалидности. А нужны: желание, прописка и разница в возрасте с усыновленным не менее 16 лет.
Кстати, жизнью малыша за границей в иркутской службе усыновления интересуются, получают отчеты, из которых почти всегда следует одно - ему хорошо, можно не сомневаться, что вырастет достойный член общества, пусть и не нашего. Что насчет лже-патриотизма, мол, из России людей вывозят, то много ли вы видели русских, которые усыновляют инвалидов? Нет? А иностранцы их забирают - лечат, любят.
- Их направляет к нам из службы усыновления, - рассказывает Зинаида Дорда, главный врач "Солнышка", - и они уже знают, за кем конкретно пришли. Чаще всего с детьми общаются через переводчика, знают по-русски только несколько самых необходимых фраз... У нас был трогательный случай: молодая пара приехала, чтобы взять девочку, супруги вышли из машины, и вдруг к ним подбежал двухлетний мальчик, улыбнулся. И мужчина сразу: "Все, никого больше смотреть не станем - его забираем!" Теперь живут счастливо.
- А уже усыновленных детей вам когда-нибудь возвращали?
- Нет, слава Богу. Это было бы немыслимо - дать крохе надежду, заставить его к тебе привыкнуть, а потом - бросить. Надо быть уж совсем не человеком...
С начала этого года мы печатаем в нашей газете фотографии тех детей, которым любовь и семья требуются в первую очередь. Пока ошеломительных результатов нет. Но если хотя бы одному ребенку наша акция принесет счастье, значит, мы работаем не напрасно."