Кто «зарывает в землю» геологоразведку?
В Советском Союзе это назвали бы вредительством, а виновных бы показательно судили. В странах Запада это назвали бы халатностью, а виновных бы показательно уволили. У нас это называют «неудачным реформированием», а про виновных и речи нет.
Сказать, что российская геологоразведка переживает тяжелые времена – ничего не сказать. По мнению многих авторитетных специалистов, она их, в сущности, не пережила. К примеру, по словам директора Западносибирского геологоразведочного института, академика И. И. Нестерова, за годы, прошедшие с момента распада СССР, неправильная, нерациональная разработка нефти сгубила около 20 миллиардов тонн нефтяных запасов. Эта цифра касается, заметим, исключительно тюменских месторождений – об остальных и речи нет. Это не просто «двойка с минусом» нашей геологоразведке. В нынешних ценах это более 12 триллионов (!) долларов прямых потерь.
Чтобы понять, кто же виновен в этом, необходимо вернуться на двадцать лет назад. В начале 90-х представители власти были убеждены, что при наличии огромного бюджетного дефицита финансирование поисковых и геологоразведочных работ может и потерпеть. Казалось, разведанных в советское время запасов полезных ископаемых хватит на десятилетия. В результате, отрасль финансировалась по остаточному принципу, а многочисленные ОАО и ЗАО (а то и ООО), открытые на месте старых геологических экспедиций, вместо эффективной работы в интересах государства занялись совершенно иными вещами. Ликвидация экспедиций сама по себе подорвала основы геологической науки и в перспективе значительно снизила эффективность геологоразведочных работ. А коммерсанты, вставшие во главе профильных структур на местах, довели данный процесс до конца.
Достаточно вспомнить вопиющий случай, когда многоэтажное здание, принадлежавшее ОАО «Дальнегорская геологоразведка» оказалось продано частной фирме за… 45 тысяч рублей! Случай, безусловно, показательный.
Но настоящим «клондайком» для российских «старателей» стала процедура передачи месторождений в эксплуатацию частным добывающим компаниям. Иногда, как в случае с месторождениями ОАО «Магадангеология» и чукотского ОАО «Георегион», - частным иностранным компаниям. В результате государство потеряло миллиарды рублей, а стратегические ресурсы достались иностранцам. В частности, канадская компания «Кинросс Голд» добывает золотоносную руду на месторождении «Купол» на Чукотке и «Кубака» в Магаданской области. При этом канадцы добывают исключительно руду со средним содержанием золота более 35 грамм на тонну. Все остальное – отходы производства. Как известно, российские компании берут в переработку руду с содержание золота от 2-3 грамм на тонну – да только кто им позволит… Кстати, сегодня финансовые результаты многих геологоразведывательных предприятий оставляют желать лучшего.
Еще одной по сей день не решенной проблемой остается сокращение разведанных запасов нефти и природного газа – главного источника национального дохода России. По оценкам экспертов, обнуление резервов углеводородов может произойти уже к 2020 году. По мнению академика РАН А.Конторовича, падение добычи нефти в обозримом будущем уже нельзя будет становить. Это нанесет непоправимый ущерб национальной экономике. Чуть лучше ситуация с газом, и только лишь потому что его запасы много больше, чем запасы жидких углеводородов.
Дело в том, что темпы добычи углеводородов в разы превышают темпы разведки новых месторождений. Устаревшая материально-техническая база, кадровый голод и засилье «случайных людей» на геологоразведочных предприятиях не позволяют проводить изыскания в достаточном объеме. Даже там, где геологические НПО, ЗАО и ОАО занимаются конкретной работой, их возможности весьма ограничены. В основном, они сводятся к переоценке выбранных по конкурсу перспективных площадей. Как правило, полезные ископаемые «находят» в старых месторождениях, которые считались выработанными – но решить проблему обеспечения государства природными ресурсами хотя бы в среднесрочной перспективе не представляется возможным. Ученые считают, что даже если начать разведку новых месторождений в форсированном режиме прямо сейчас – она даст экономические приемлемые результаты только через 8 -10 лет. Как видим, времени почти не остается.
Виктор Петров
