Человек, который научил выживать космонавтов
В июле Иркутск посетил известный польский путешественник, журналист, член Королевского географического общества и Русского географического общества Яцек Палкевич. В Институте географии им. В. Б. Сочавы СО РАН состоялась встреча, на которой именитый гость рассказал о цели своего визита и о своих захватывающих приключениях.
Яцеку Палкевичу 71 год. За последние полвека он посетил все континенты Земли, в одиночку переплыл Атлантический океан, проехал на оленях от Якутска до Оймякона, ночевал в хижине вождя одного из племен даяков, «охотников за головами», в пустынях проводил тренировки по выживанию для космонавтов и военных.
Про Яцека часто пишут, что он из последних первопроходцев: ему еще довелось побывать в областях, куда прежде не ступала нога человека. Но сейчас таких мест на планете практически не осталось
Его путешествия не похожи на традиционные туристические вояжи, это, скорее тесты на выживание. Он предпочитает непопулярные направления, места, далекие от цивилизации и мало приспособленные для белых людей. «Моя жена никогда не путешествует со мной, потому что ей нужна гостиница только «пять звезд». У меня бывает редко пять, у меня обычно тысячи, миллионы звезд», – рассказывает Яцек об условиях, в которых он привык существовать.
Средства передвижения тоже не назовешь комфортабельными. В 1975 году Палкевич переплыл Атлантический океан от Дакара (Сенегал, Африка) до Джорджтауна (Гайана, Южная Америка) в 5-метровой спасательной шлюпке без радио и навигационных приборов. На это ему понадобилось 44 дня.
Хотя иногда пан Палкевич передвигается «бизнес-классом». Он показывает фото из Алжира: небольшой грузовик, сверху донизу заполненный людьми и их нехитрыми пожитками. Кажется, что пассажиры только чудом не вываливаются из кузова: «Если кто-то говорит, что у нас в транспорте много народа и толпы, то есть места, где еще хуже. Этот грузовик идет так: полчаса проехал, остановился. Воды в двигателе нет или колесо спустило. Полчаса-час стоит. Весь народ спускается, отдыхает. Я-то в «бизнес-классе» ехал, впереди, с шофером. Нас там сидело пять-шесть человек». Путешественник вообще всегда старается пользоваться местным «транспортом»: пустыни переходил на верблюдах, джунгли на слонах, Амазонку переплывал на пирОге, китайскую реку Янцзы — на старинной китайской лодке сампан.
«Когда я накопил достаточно опыта, – продолжает свой рассказ Яцек, — то создал первую в Европе Школу выживания. Серьезные инструктора, интересные уроки. Например — машина падает в воду, и нужно из нее выбраться. Каждый ученик это проходил». Школа начала работу в 1983 году. Учениками были космонавты и бойцы антитеррористических подразделений европейских стран: «Тренировки космонавтов шли по 48 часов в тайге, в пустыне, на море или даже за полярным кругом».
Сам Палкевич к этому моменту не раз побывал и в джунглях, и в пустынях, которые называют своей любовью. Они не всегда отвечают ему взаимностью, часто испытывают 50-градусной жарой и песчаными бурями. «Такая буря – очень неприятно, очень-очень-очень. Даже верблюды, которые идут с нами, напрягаются, переживая эти моменты. Опасность большая. Буря может длиться три часа, а может и трое суток. В прошлом году в пустыне Такламакан во время 2-недельного путешествия у нас было две бури, каждая длилась сутки», — говорит путешественник.
Во время экспедиций по джунглям Яцеку не раз доводилось встречаться с различными племенами. Например, племя ямонами, самое примитивное в Южной Америке. Племя коровай в Новой Гвинее, которое живет на деревьях, на высоте 20 метров. Для общения с ними не подойдет ни один европейский язык из тех, которыми владеет путешественник. Тогда, говорит он, «все делается вручную», применяется межнациональный и всемирно понятный язык жестов.
Однажды на Борнео Яцек ночевал в хижине вождя местного племени. Он надеялся, что это не даяки — «охотники за головами», известные своей кровожадностью и жестокостью. Проходя под низким потолком хижины, он нащупал над головой что-то круглое и принял это «что-то» за кокосы. При ближайшем рассмотрении «кокосы» оказались черепами в сетках: «Всю ночь не спал. Там каждый шум слышно. Ночью кто-то с одного бока на другой крутится, кто-то вышел из хижины. И на каждый шум я думаю: ко мне, не ко мне. Сегодня тут могу сказать: ну все, я герой. Ну, а когда «внутри» такой обстановки, то героев нет».
Еще одной своей любовью, помимо пустынь, он называет Сибирь. Ее он объездил вдоль и поперек, видел шаманов на Таймыре, прошел 1200 километров в разгар якутской зимы. «У меня спрашивают, что лучше: жара или холод. Когда-то я отвечал: «Ай, без разницы!». Но сейчас я скажу так: жара. Она лучше, приятнее. Но по секрету: когда я в пустыне, где 50 градусов и нет воздуха, я говорю: «Как было приятно на севере!» — признается Палкевич.
Одно из самых впечатляющих фото из якутской экспедиции: под людьми и оленями провалился лед, и все оказались в воде. Путешественники пытаются вытащить вещи, животные не двигаются. «Олени лежат почти мертвые, не поднимаются. Потому что им тепло, там 0 градусов в этой воде, а здесь -50! Через минуту уже мокрые вещи застывают на морозе, не чувствуешь ног, валенки становятся как железные. Я одной рукой достаю упряжь, другой молюсь. И так полчаса. Как-то мы выкрутились, но опасность была очень большая».
В Иркутске он тоже не впервые. На этот раз он здесь с миссией – собрать информацию о польских исследователях в Сибири, а потом написать книгу об их работе и вкладе в науку. Яцек надеется, что она изменит представление об этом месте. В Польше до сих пор считают, что это — «проклятая земля», место для «сталинских лагерей». По словам путешественника, он хочет «показать, что Сибирь – это в первую очередь люди с открытой душой и уникальная природа».
Сегодня Яцек с грустью говорит о том, что даже самые дикие уголки планеты перестают быть такими, всюду ощущается влияние «цивилизованных людей». Так, некогда красивейшая местность «Три ущелья» (Сэнцзи, Китай) оказалась стерта с лица земли, китайцы построили там гидроэлектростанцию и затопили ущелья с многовековой историей.
Повсеместная глобализация нивелирует границы и лишает индивидуальности: «Когда мой отец в 30-х годах отправлялся из Европы в Южную Америку, он добирался туда полтора месяца. А я завтракаю дома, в Европе, а ужинаю в Буэнос-Айресе. Этот мир стал такой маленький, такой тесный. Все теряется на наших глазах. Приезжаю в Лаос, в Камбоджу, хочу покушать местную кухню, а там — Макдональдс. Одно из мест, которое пока сохраняет свою уникальность, это племя химба, Намибия, Юго-Западная Африка. Я первый раз был там в 30 лет, а второй раз два-три года назад. Там былая атмосфера осталась. Но я знаю, таких мест всего два-три в мире. Когда туда поедет мой внук, всего этого уже не будет, все уйдет в историю, в архивы».
Фото с официального сайта Яцека Палкевича (palkiewicz.com)
Источник
