Алексей Шабанов - о безвластии и нелегальных такси
В России еще нет прецедентов, когда общественная организация заставляет нерадивых подрядчиков полностью переделывать дорожные покрытия. А председателю Союза автомобилистов Сибири Алексею Шабанову, известному своей непреклонностью, это удаётся.
Почему Иркутск хуже Кемерово
Дарима Жамбалова, «АиФ»: - Алексей Михайлович, наш регион, наверное, один из немногих в России, где нелегальные пассажирские перевозчики живут, как хотят, и власти им не указ. Кому на руку такое положение вещей?
Алексей Шабанов: - Действительно, в пассажирских перевозках проблем очень много, и это касается только нашего региона. В других субъектах РФ, как ни странно, порядок, а у нас - неразбериха.
Самый показательный пример - областной центр. На днях было заседание Думы Иркутска, где рассматривался вопрос тарифов. Оказывается, вся проблема в 103-м постановлении правительства Иркутской области. Согласно этому постановлению, как минимум десять перевозчиков должны предоставить документы, подтверждающие обоснованность повышения цен на проезд. Но где они возьмут такие бумаги? Их ведь нужно собирать целый год, копить разные чеки, документы. Например, зачем водителю чеки на бензин? У многих упрощённая схема налогообложения. А любое иное повышение тарифа - нарушение закона. В мэрии говорят, что отменить и изменить это постановление невозможно. В такое поверить сложно, ведь даже Конституцию при желании меняют. Если создать нормальные условия для перевозчиков, тогда и нелегалов не будет. Сейчас многие водители буквально загнаны в угол из-за непомерных налогов и других поборов, им ничего другого не остаётся, как уйти в теневой бизнес.
Алексей Шабанов. Фото: АиФ
- На какую региональную столицу можно равняться Иркутску?
- Во многих городах России нет таких проблем, как у нас. Например, в Кемерово нет понятия «нелегалы». На остановках стоят электронные указатели с расписанием движения общественного транспорта. А на всех автобусах установлена система «Глоннас», и помимо всего прочего существует единый диспетчерский центр. Этот вид бизнеса во многих регионах абсолютно прозрачный. Администрации городов во многом поддерживают перевозчиков, и поэтому у них нет такого беспорядка, как в Приангарье. У нас недавно в Иркутске на муниципальный транспорт установили электронное оборудование. Администрация объявила торги на установку, но через некоторое время эти торги отменили. Потом выяснилось, что оборудование уже установлено и, по словам председателя комитета по ЖКХ Булата Дугарова, - за счёт подрядной организации. А если частник захочет тоже оборудование установить? Он вынужден будет поставить именно это - для совместимости. Такой важный вопрос нельзя решать в кулуарах, должны проводиться общественные слушания, а также учитываться экспертные заключения специалистов. Всё-таки речь идёт не об автопарке чиновников, а об общественном транспорте, и граждане имеют право принимать участие в обсуждении вопросов, которые касаются их напрямую.
- Как обстоят дела с многочисленным профессиональным сообществом - таксистами?
- На сегодняшний день, по нашим подсчётам, в Иркутске около 80% нелегальных таксистов, и эта цифра только растёт. Смею предположить, что такая ситуация сложилась не только у нас в Приангарье, но и по всей России. И этому есть вполне понятные объяснения.
Во-первых, большой пробел в законодательстве - несущественные виды наказания для нелегальных таксистов - 500 рублей штрафа. Поэтому такие водители чувствуют себя безнаказанно. С другой стороны, их, конечно, понять можно. Страховка для таксистов в известных страховых компаниях будет стоить порядка 125 тыс. руб. в год. А ещё ведь нужно платить налоги. Какой тариф они должны устанавливать, чтобы бизнес окупал себя? Государство своими несоразмерными поборами вынуждает их уходить в тень.
В идеале, нужно создать государственную страховую компанию, тогда не будет проблем со страхованием коммерческого транспорта; создать условия для работы в рамках закона, и ввести жёсткое наказание за «подпольный бизнес». Например, конфискацию автомобиля. Сейчас в Госдуме решают, какие внести поправки в законодательство, и я, считаю, что эти меры чётко расставят всё на свои места.
Зачем «трясти» страховщиков?
- В законодательство также вносят достаточно жёсткие изменения, касающиеся работы автошкол. Как это отразится на их качестве и количестве?
- Такой жёсткий контроль, естественно, приведёт к сокращению количества автошкол. Новые требования, думаю, не все смогут выполнить. Качество водительского образования должно существенно вырасти. Но это в идеале. Где гарантии, что те же автошколы не будут «налево» продавать права? Необходим всесторонний контроль и порядок в этом вопросе, но в общем государство идёт в правильном направлении.
- С какими проблемами обычно к вам обращаются автомобилисты и на что они могут рассчитывать?
- Очень часто водители просят помочь в разбирательствах со страховыми компаниями. Самый типичный случай: водитель не виноват в ДТП, но машина получила повреждения. Он ждёт страховые выплаты как манну небесную, однако, как показывает практика, всю сумму компенсации страховщики не выплачивают и автомобилист часть средств просто вынужден вкладывать в ремонт сам. У многих из них зачастую нет ни средств, ни знаний на то, чтобы нанять юриста, провести дополнительную экспертизу. Страховые компании это знают и активно тем пользуются. Мы в таких случаях помогаем членам нашего союза. И всё, что остаётся сделать водителю, - оплатить госпошлину. Помогаем не только частным лицам, но и юридическим.
Как общественная организация, активно занимаемся вопросами безопасности дорожного движения и качества дорожного покрытия. И наконец добились того, что с 2013 года нас начали приглашать на приёмку качества дорог. Могу сказать, что сегодня в нашем активе уже достаточно случаев, когда мы заставляли подрядчиков переделывать дороги. Сейчас готовим несколько исков к администрации Иркутска о приведении дорог в соответствие с ГОСТом. Обычно прокуратура направляет такие иски в судебные органы. Прецедентов, чтобы это делала общественная организация, в Иркутской области пока нет. И здесь, конечно, мы будем первопроходцами.
