Бильчир мог называться Зунбии

Житель села хочет выпустить карту деревень, ушедших под воды Братского водохранилища.

На берегах Братского водохранилища раскинулся Бильчир. Молодое, образованное после возведения на Ангаре гидроэлектростанций село хранит память о том времени, когда жили улусами, когда под ногами была не глина, а чернозем, и когда для того, чтобы попасть летом к соседям-нукутцам, необязательно было выезжать на Московский тракт.

«До 1961 года округ был другим. Было иное административное деление, а появление Братского водохранилища разделило некогда соседние населенные пункты. Вот, например, Хадахан сейчас относится к Нукутскому району, а когда-то был нашим, — говорит Василий Ильин, житель Бильчира. — Многие населенные пункты исчезли с карт округа, но хоть и не найдешь их названий на официальных документах, все они живы в народной памяти».

Где покоится Хангалов

Шанай, Хубируй, Шабартуй, Зунбии, Бильчир, верхние и нижние Наймагуты — жителям этих населенных пунктов пришлось в начале 60-х годов сниматься с насиженных мест и перебираться к подножию горы Саган-Хушуун.

— Загнали на холмы. Непривычно тут людям, конечно, было, — говорит Василий Ильин. — Все привыкли к другим, более мягким климатическим условиям, к тому, что сена было немерено. Кроме того, расстраивала почва, ведь здесь не земля, а сплошная глина. Если бы все осталось, как было, то в урожае мы могли бы вполне соревноваться с плодородным Аларским районом.

Вначале, как вспоминают люди старшего возраста, новое село хотели назвать Зунбии, что в переводе с бурятского языка означает «новая сторона», или, по другой версии, «левый берег», но потом, поразмыслив, остановились на названии Бильчир — именно так до затопления называлась центральная усадьба этих мест.

— Бильчир — это прежнее название старого села Бильчир, которое стояло недалеко от реки Осы. Когда-то недалеко от улуса Гэртуй были построены инородческая управа, церковь, школа, вокруг которых начали строиться гэртуйцы — род Халтаевых, Хамагаевых, Игнатьевых, Филипповых, Хазаргиных, Хилхановых и других, — говорит Илья Дыленов, председатель местного совета ветеранов. — В Бильчир стал съезжаться народ с шибаевских, улитинских и других заимок и деревень. В школе учились дети бурят и русских. Кстати, именно в старобильчрской школе преподавал известный ученый Матвей Николаевич Хангалов, который был после смерти похоронен на Бильчирском церковном кладбище. Сейчас он покоится на дне Братского водохранилища, так как его дочь Софья Матвеевна не захотела, чтобы могила отца была перенесена.

«Большая вода, охраняй детей наших»

Тема переноса могил была актуальна долгое время. Многие не захотели беспокоить своих умерших родственников и оставили могилы на прежнем месте. Долго еще, по воспоминаниям Василия Ильина, он и другие бильчирские мальчишки видели на берегах водохранилища вымытые водой гробы; часто можно было найти и монеты, и другие вещи, которые принесла вода.

— По бурятским традициям, нужно проводить обряды на своих родовых местах, но так как они затоплены, все сейчас делают необходимые молебны на берегу залива, примерно напротив тех мест, где когда-то стояли дома. Мы не должны забывать, откуда родом наши предки, должны чтить их память, — говорит Василий Ильин. — Кроме этого, просим у большой воды, чтобы она оберегала наших детей от всех неприятностей.

История одного дома

При переезде люди перевозили свои дома. Предпочитали селиться рядом со своими знакомыми. Так появились улицы выходцев из Шаная, Наймагут, других деревень. Любовь Карповна Хазагарова была совсем юной девушкой, когда ей пришлось переезжать на новое место. До сих пор она живет в прочном, выстроенном на века родительском доме. Статный, не ушедший в землю ни на сантиметр дом способен вырастить еще несколько поколений этой семьи.

— У этого дома интересная судьба. Можно сказать, что на его долю, прямо как на долю живого человека, выпали все тяготы, которые перенесла наша страна в начале прошлого века. Я родом из Нижних Наймагут. Отца в 1937 году репрессировали, дом отобрали, мы, как дети «врага народа», жили в маленьком домике. Затем, в 1956 году, папа был реабилитирован, вернулся на родину, и дом нам вернули. А потом, когда началось переселение, мы, конечно, не могли его бросить, перевезли и собрали на новом месте. Так он и стоит; теперь в нем, кроме меня, живет выросший внук. Он парень работящий, все время что-то строит, мастерит, так что, надеюсь, если приедете в Бильчир лет через пятьдесят, то увидите мой дом в таком же хорошем состоянии, — говорит Любовь Карповна.

Жители современного Бильчира трепетно относятся к тому наследию, которое досталось им от предков. А Илья Михайлович Дыленов давно вынашивает план по изданию карты исчезнувших деревень, чтобы каждый мог посмотреть и представить, как выглядели эти места до затопления.

— Карта готова, — говорит Илья Дыленов. — Я уже обращался к местным властям, спонсорам. Возможно, удастся найти человека, который будет заинтересован в издании этой карты. Думаю, поиск средств — это вопрос времени. Каждый из местных хочет, чтобы история ушедших под воду деревень не была забыта потомками.