Лучше бы чиновников запретили

За последние полтора десятка лет аварии российских самолетов вызваны исключительно бардаком.

Рейс «Когалымавиа», летевший из Шарм-эль-Шейха в Санкт-Петербург, разбился в субботу утром на севере Синая. Абсолютное большинство — россияне. 224 человека, из них 24 ребенка.

Летели с отдыха. Отдохнули.

Конечно, сейчас будет очень приятно рассказать, что рейс сбил проклятый ИГИЛ (запрещенная в России организация. — Ред.). Самолет летел действительно над районами боев, и это отдельный вопрос, почему самолет, экономя, летел там, но шансов нет, и «Буков» у исламистов нет тоже. Уже ясно, что командир жаловался на двигатели раньше и запрашивал экстренную посадку.

Что это было? Чартер. Простой совет: не летайте российскими чартерами.

Именно поэтому, между прочим, я всегда, когда могла, летала «Трансаэро». При всех финансовых выкрутасах этой компании я знала, что летаю компанией, стандарты безопасности которой были, как на Западе. Министр транспорта Соколов запретил полеты «Трансаэро» на следующий день после того, как ее купил Филев из S7. На следующий день (!) после спасения министр снес с рынка компанию с формулировкой, конечно, — «безопасность полетов». Вопрос: почему министр Соколов не запретил «Когалымавиа»?

Можно строить какие угодно теории, но все, кроме одной, за последние полтора десятка лет аварии российских самолетов вызваны бардаком ниже плинтуса. Единственное исключение — это авария Ту-204 компании Red Wings во «Внуково» 29 декабря 2012 г.

Тот Ту-204 летел «пустым», без пассажиров, это самолет сравнительно новый, и при посадке в условиях сильного ветра, как оказалось, у него возможен технический сбой: стойки шасси не «обжимались», и реверс не включался. Самолет просто не чувствовал, что он сел.

По итогам этой катастрофы в авиакомпании Red Wings прошли обыски, и она прекратила существование. Почему? Потому что принадлежала банкиру Александру Лебедеву, на которого тогда ополчились силовики.

Все остальные аварии — результат бардака.

В 2006 году Ту-154 разбился под Донецком, потому что пилот экономил топливо и побоялся нарваться на штраф, облетая грозу. Он поднялся слишком высоко, чтобы пролететь над тучей, и сорвался в штопор.

В 2008 году «Боинг» разбился в Перми, потому что один из пилотов был пьян, а другой не умел управлять «Боингом». Когда диспетчер попросил уйти пилотов на второй круг, это оказалось для них роковым. В кабине стоял мат-перемат, и обмен репликами происходил на уровне «дергай вот это», «нет, вот то».

В Петрозаводске в 2011 году пилот, садясь ночью, принял шоссе за ВПП, потому что, во-первых, в аэропорту стояло примитивное оборудование, а во-вторых, аэропорту преступно подняли лимит облачности: нельзя было при таких погодных условиях в так плохо оборудованном аэропорту сажать самолет.

Что произошло потом? Премьер-министр Дмитрий Медведев после катастрофы в Петрозаводске запретил полеты Ту-134. Вопрос: какое отношение технические характеристики Ту-134 имеют к отсутствию посадочного оборудования в аэропорту? Какая разница, «Ту» это был или «Боинг»?

Разница была только для «ВТБ-лизинга» и для «ВЭБ-лизинга». Как раз они нуждались в том, чтобы компании закупали у них «Боинги». Спустя немного, премьер-министр предложил запретить еще и «Ан-24».

Это как? Каковы бы ни были недостатки отечественных самолетов (а именно они жрут много топлива), техническая безопасность в их число не входит. По безопасности Ту-134 не уступит «Боингу». Те деньги, которые авиакомпании после удачного приказа Медведева отдали «ВТБ-лизингу», они не потратили на безопасность.

Кто брал самолеты у «ВТБ-лизинга» и у «ВЭБ-лизинга», которым так повезло с решением Медведева? «Трансаэро». По какой цене? На рынке говорят, что лизинговые платежи у «Трансаэро» были выше, чем у любой другой компании. Простите, но если, предположим, в них и был зашит откат — то, наверное, не по желанию же «Трансаэро»?

Теперь компанию убили, самолеты возвратились лизингодателям, все счастливы, кроме тех, кто уже никогда не полетит самолетами «Трансаэро» в Шарм-эль-Шейх (они туда летали регулярно), а вынужден будет лететь каким-нибудь новым «Когалымавиа». Премьер Медведев напоследок объяснил, что «Трансаэро» виновата тем, что накупила слишком много самолетов.

Вы скажете: на Западе тоже бьются. Ответ: на Западе совершенно другой паттерн катастроф. Они не оказываются закономерным результатом бардака. Они оказываются результатом невероятного стечения обстоятельств.

В 2011 году мы поставили печальный гиннессовский рекорд, став самой опасной для авиасообщения страной мира: опасней Нигерии и Чада.

Как следствие, наш рынок перевозок схлопывается. На фоне этого наши чиновники занимаются чем угодно, кроме обеспечения безопасности полетов.

Им-то что? Они не летают на чартерных гробах.