Иркутский политический "гадюшник": за кулисами договорились. Но как-то не так

Первая половина апреля в закулисной части иркутской политики ознаменовались отнюдь не историей со вторым после Бога человеком в мэрии, а наконец-то достигнутой договоренностью между основными противоборствующими сторонами.

Не секрет, что после победы Сергея Левченко на губернаторских выборах, в регионе сформировалось несколько групп влияния с разной степенью неприятия друг друга. В частности, даже внутри "победителей", то есть команды действующего губернатора, существуют три группировки, старательно тянущие одеяло на себя - иркутская "кондрашовская" (активно пытающаяся взять под контроль финансовые потоки), иркутская "битаровская" (занятая преимущественно хозяйственной деятельностью) и "ангарская" (старающаяся не отдать власть всем остальным). Противоречия внутри "команды губернатора" многократно усугубляются и принадлежностью его членов к разным политическим партиям и группировкам, и их личными бизнес-интересами.

Кроме того, имеются консолидированные силы вокруг экс-губернатора Сергея Ерощенко (в первую очередь прикормленные им мэры и ФПГ), руководство ИРО "Единая Россия" и ряд примкнувших к ним депутатов Заксобрания и городских дум, силовики, с разной степенью активности влияющие на региональную политику (как правило, с подачи Москвы), а также самостоятельная команда мэра Иркутска Дмитрия Бердникова, пока не вмешивающаяся в политические взаимоотношения, но безусловно имеющая их в виду.

Также не последнюю, хотя и незримую, роль играют неполитические силы - в частности, крупные бизнесмены, рассчитывавшие во взаимодействии с правительством Сергея Ерощенко серьезно поработать с федеральными программами и, как следствие, пролетевшие мимо этого увлекательного занятия. Сами бизнесмены в политических процессах не "светятся", однако способны на них влиять. И влияют. В основном с дальним прицелом все-таки перенаправить федеральные финансовые потоки в свою сторону.

Противостояние между этими группами щедро сдобрено традиционными для Иркутской области закулисными интригами, подогреваемыми как реальными, так и придуманными фактами внешнего влияния со стороны федеральных структур - к примеру, ФАНО.

Этот "гадюшник", вполне естественный для политической жизни Иркутска, оказался в крайне сложной ситуации перед предстоящими выборами в Госдуму. Совершенно очевидно, что сохранение и усугубление противостояния между группами приведет к очень негативному состоянию "войны всех против всех", что полностью дискредитирует выборы, создаст ситуацию протестного голосования, и ухудшит и без того негативное восприятие региона Москвой. Как следствие, выборы в Госдуму могут выиграть совершенно не те люди, которые нужны всем описанным выше группировкам. Проблема, однако, в том, что каждая из группировок хочет видеть в Госдуме своего человека и на компромиссы не идет.

Кроме того, в условиях жесткого экономического кризиса, политические войны дестабилизируют и без того нестабильную ситуацию в регионе и могут привести к далеко идущим негативным последствиям в экономике и политике.

Эту проблему понимают все (может быть, за исключением "невменяемой" группы Кондрашова), и начиная с середины января, ищут возможности для некоего договора. Такой договор призван заменить ту достаточно стройную, хотя и порочную систему, которая существовала до прихода коммунистов к власти в Иркутской области. В прежней системе, к примеру, вопрос с кандидатами в Госдуму решался на уровне Кремля, в крайнем случае губернатором и руководством ИРО "Единая Россия", чему активно способствовали и силовики, и судебные органы, и избиркомы.

В идеале вероятный договор предполагает четкое распределение сил и условий взаимодействия между заинтересованными сторонами. При этом вероятность политических и экономических войн остается, но это уже будет война объединенной группировки против слабого противника-одиночки.

Договор в отношении выборов предполагает распределение будущих кандидатов между всеми заинтересованными группами - на заведомо проходных и их спойлеров, с активной работой всех участников договора против "лишних", чужих кандидатов. Однако до последнего времени заключению такого договора препятствовала известная проблема "игольного ушка": число кандидатов, которые каждая группировка желала бы провести в Госдуму, в несколько раз больше числа мест.

К началу апреля все стороны пришли с пониманием того, что договоренности по Госдуме быть не может как минимум до проведения внутрипартийных праймериз. До этого момента число факторов, влияющих на реальность, чрезмерно велико, учесть их все невозможно, а потому строить мало-мальски достоверные прогнозы нереально.

Тем не менее предварительная договоренность была достигнута. Из клубка противоречий был исключен, в первую очередь, "камень преткновения" - экс-губернатор Сергей Ерощенко. В частности, было решено, что Ерощенко окончательно уходит с региональной политической сцены и не претендует на место в Госдуме. В обмен на это прекращаются все попытки преследования Ерощенко и его бизнес-структур, как политического, так и уголовного. Договоренность, в том числе, предусматривает и отсутствие финансирования структурами семьи Ерощенко каких-либо кандидатов в Госдуму.

Исключение кандидатуры Ерощенко из думского забега сразу сняло серьезную напряженность, в частности, в кругах регионального правительства. Несмотря на статус "сбитого летчика", Ерощенко сохранил определенное политическое, а главное, экономическое влияние на регион. В том числе на некоторых мэров.

В число договоренностей был включен болезненный вопрос по застройке Чертугеевского залива. Трагикомичность ситуации, в которую были поставлены депутаты Думы Иркутска, еще ждет своих летописцев, однако факт остается фактом: решение было принято, причем диаметрально противоположно тому, за который голосовали те же депутаты еще год назад.

Серьезнейшим пунктом договора стал отказ коммунистического "обкома" от попыток смещения иркутского мэра. Этот пункт, для понимающих людей, весьма значим, особенно при ненулевой вероятности громких отставок на федеральном уровне уже этим летом.

По всей видимости, одним из условий соглашения стало отсутствие уголовного преследования в отношении Андрея Левченко, сына иркутского губернатора и гендиректора компании "Стальконструкция". Напомним, в отношении Левченко было возбуждено несколько дел, что однозначно бьет по репутации как самого губернатора, так и его правительства.

Невзирая на явно достигнутую договоренность, клубок политических проблем уменьшился, но не исчез. По всем четырем округам, за исключением, может быть, Братского, нет консенсуса по единому кандидату. КПРФ пока не обозначила своих кандидатов, за исключением Михаила Щапова в Иркутском округе, но нет никакого сомнения в том, что они появятся. И, несмотря на жесткий кадровый голод в коммунистических кругах, это будут очень серьезные кандидатуры.

На примере "Иркутского" округа N 93, схватка между единороссами и коммунистами будет жесткой. Ставки слишком велики, чтобы основные кандидаты принимали во внимание партийную дисциплину или какие-то договоренности в верхах. Впрочем, и сам базовый договор может не "дожить" до дня выборов. Несмотря на обозначаемый Кремлем принцип невмешательства в иркутские дела, противоречия внутри самого иркутского правительства слишком сильны. Голиафа может убить не Давид, он может просто взорваться изнутри.