Переименование иркутских улиц: губернатор в роли Ставрогина. Как бы не повесился

Вопрос переименования иркутских улиц, по сути совершенно нейтральный и мало затрагивающий интересы населения, внезапно перетек в политическую сферу.

Напомним, администрация Иркутска приняла решение вернуть исторические название Чудотворской улице (ныне улице Бограда) и скверу Кирова. Решение о возвращении прежних названий иркутским улицам назрело давно: значительная часть из них названа именами даже не просто революционеров, а террористов-бомбистов, которые по нынешним временам заслуженно получили бы пожизненные сроки.

В 20-е годы XX века, на волне революционного ажиотажа, малограмотные руководители города при поддержке не менее малограмотного населения переименовали все без исключения улицы, хоть как-то напоминавшие о "старом режиме". Доходило до настоящего маразма: так, нынешняя улица Сурикова зачем-то была названа в честь еврейского философа Лассаля, который не имел никакого отношения ни к русской революции, ни к Иркутску. А вот великие путешественники, базировавшиеся как раз в Иркутске, поголовно оказались обойдены вниманием революционных урбанонимистов - вероятно, тоже в силу принадлежности к "старому режиму".

Вопрос о возвращении улицам исторических названий поднимался в Иркутске еще с конца 80-х годов. Вопрос этот не имеет однозначного решения, так как значительное число иркутян уже привыкло к "новым" названиям и одновременно с этим плохо разбирается в истории. В случае голосования за переименования той или иной улицы мнения, скорее всего, разделились бы поровну - за и против. Конечно, речь не идет о именах откровенных террористов - Желябова, Халтурина, Перовской - которые являются реальным позором для городской топонимики.

Поэтому для принятия решения о переименовании улиц была необходима лишь такая малость, как политическая воля - мэра города или депутатов Думы. Или, еще лучше, вместе. Однако у мэров то ли воли не было, то ли руки не доходили, иркутские депутаты в большинстве своем давно отмечены печатью нерешительности, а небезызвестная "комиссия по топонимике" занимается чем угодно, только не топонимикой. В этом смысле мэр Дмитрий Бердников, как бы кто к нему не относился, проявил достойную градоначальника решимость и сдвинул с места явно залежавшийся топонимический камень.

При этом нельзя не отметить, что первый шаг был очень осторожным: переименовывается сквер Кирова, на котором официально никто не живет, и маленькая улица Бограда, на которой проживает лишь несколько семей. Однако неожиданный протест против переименования высказали коммунисты во главе с губернатором Сергеем Левченко.

Надо отметить, что единственным реальным препятствием к переименованию улиц всегда был вопрос с изменением юридических адресов фирм и необходимостью поставить штамп в паспорте для людей, зарегистрированных на улице. Процесс не столько неприятный, сколько в российских условиях занудный. Однако схема подобной смены улиц давно отработана в других городах, и не вызывает принципиальных проблем. К примеру, в городе Москве уже переименованы сотни улиц, и никаких массовых протестов что-то не видно.

Вопрос привычки тоже является чисто риторическим. К улице Тверской в Москве привыкли за полгода, к городам Екатеринбургу и Петербургу - еще быстрее.

Почему против переименования выступает иркутская КПРФ? Ответ лежит на поверхности. Вряд ли коммунистов можно заподозрить в искреннем пристрастии к советским названиям улиц. КПРФ - это не КПСС, а вполне ручная псевдо-оппозиционная партия, имеющая очень слабую идеологию (если вообще ее имеющая) и никак не отождествляющая себя с завоеваниями социализма. КПРФ вполне приемлет и имперское прошлое России, и ее православную ориентацию, и всю действующую государственную идеологию. Да и трудно было бы не принимать современную российскую власть, если коммунисты кормятся с ее рук, получая миллиардные бюджетные дотации на свое существование.

Думается, и сам Сергей Левченко, как частное лицо, отнюдь не против переименования неблагозвучных советских улиц, названных в честь сомнительных героев, во что-то более пристойное. Но... положение, как говорится, обязывает. На носу у коммунистов - серьезнейшие и проблемные выборы в Госдуму, к которым КПРФ подходит, имея определенную поддержку населения, но практически не имея средств на проведение приемлемой кампании. Поэтому коммунистам приходится использовать любой шанс для своего пиара.

Подобно сварливой базарной торговке, коммунисты уцепились за вопрос переименования улиц именно как за шанс "поднять волну". Четкие претензии к администрации города никто из коммунистов так и не смог сформулировать, ограничившись все тем же "неудобством для населения". Однако разборки с населением - это прерогатива как раз мэра города, и вряд ли ему стоит указывать, как в данном случае поступить.

Сам же Сергей Левченко ступил на скользкую дорожку героя романа Федора Достоевского "Бесы" Николая Ставрогина. Само собой, ему не хочется выглядеть занудным посмешищем и выставлять себя на потеху публике, выступая против очевидных вещей. Но - положение обязывает. В Иркутске у коммунистов солидный электорат, "раскачать" их перед выборами - святое дело. Но тут Левченко, кажется, перегнул палку, публично высказываясь в адрес конкретно мэра. Как говорится, неспортивно.

Правда, губернатор, который совмещает государственную должность с постом первого секретаря обкома КПРФ, совсем забыл, что одновременно он раскачивает и настраивает против себя другую часть населения. Более трезвомыслящую и, что немаловажно, образованную.

Чем завершились внутренние терзания Ставрогина - известно. Чем закончатся топонимические метания Левченко?