Воздвижение Честного Креста Господня
Согласно легенде, после распятия Христа римские императоры-язычники пытались полностью уничтожить само воспоминание о священных местах, связанных со смертью и воскрешением Господа. Гроб Господень и Крест были засыпаны мусором и землей, а на искусственном холме поставили капище языческих богов. Однако через 300 лет, при императоре Константине Великом, великие святыни были снова обретены христианами и открыты для поклонения.
Увидав на небе знамение Божие (крест с надписью «Сим победиши»), Константин задался целью отыскать крест, на котором был распят Иисус, и с этой целью направил в Иерусалим свою мать, царицу Елену. Поиски были долгими, но наконец один старый еврей открыл Елене, что крест спрятан под языческим капищем. Капище разрушили и обнаружили под ним пещеру, в которой лежали три креста, дощечка с надписью, сделанной по приказу Пилата, и четыре гвоздя, пронзившие некогда тело Господа. Чтобы узнать, на каком из крестов был распят Спаситель, иерусалимский патриарх Макарий поочередно возложил каждый из них на одну тяжело больную женщину; когда возложили третий крест, больная немедленно исцелилась. В это время мимо проносили умершего, для погребения; когда Крест Господень был возложен на него, мертвец ожил. Толпы христиан, узнав об обретении Животворящего Креста, собирались на поклонение ему, и чтобы все имели возможность увидеть святыню, Макарий «воздвигал» (высоко поднимал) крест над головами молящихся. Так делают в храмах и поныне; от этого обычая и получил свое название праздник Воздвижения Честного и Животворящего Креста.
Часть обретенного креста (Животворящее Древо) и гвозди Елена отвезла императору в Константинополь, а Константин повелел воздвигнуть в Иерусалиме храм в честь Воскресения Христова, включающий в себя Голгофу, Гроб и Крест Господень. Этот храм строился около 10 лет и был освящен 13 сентября 335 года. На следующий день, 14 сентября, был установлен праздник Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня. Ныне Православная церковь отмечает это событие 27 сентября (14 сентября по старому стилю). Вспоминают в этот день и вторичное обретение Креста после набега персов в VII веке. Персидский царь Хозрой II разграбил Иерусалим и увез с собой множество сокровищ, в том числе и Крест Господень. Через 14 лет греческий император Ираклий победил Хозроя и вернул Животворящий Крест в Иерусалим, причем лично понес святыню в храм Воскресения. По легенде, император, шедший в царском венце и порфире, не смог взойти на Голгофу, остановленный неведомой силой, и патриарх Захария объяснил ему, что Господь, несший Крест ради искупления мира от грехов, совершил Крестный путь в уничиженном виде. Император снял венец и порфиру, облачился в простую одежду и лишь тогда смог внести Крест в храм, где реликвия была «воздвигнута» вновь.
Праздник Воздвижения Креста Господня очень почитался православными и – в меньшей степени – католическими народами. В древнерусских хрониках он именовался «Ставровден» («Ставров день», от греч. stauros – крест). Поскольку крест воспринимался как символ страданий, на праздник Воздвижения полагался строгий пост: «Хоть на воскресный день придись Воздвиженье, а все на него – пятница-середа, постная еда». В этот день служили общественные молебны и устраивали крестные ходы вокруг селений; считалось, что это защитит общину на целый год от всяких бед и горестей. В некоторых местах священники совершали также ритуальные обходы домов и полей с молитвами о будущем урожае, а прихожане устанавливали придорожные кресты и часовни-обыденки («всем миром» за один день).
У славян праздник Воздвижения Честного Креста Господня считался началом осени, когда все в мире «сдвигается» вместе с уходящим летом. Крестьяне говорили: «Пришло Сдвиженье – кафтан с шубой сдвинулся», «Сдвиженье кафтан с плеч сдвинет, тулуп надвинет», «Воздвиженье осень навстречу зиме двигает», «В Воздвиженье Господь землю на зиму запирает», «Вздвиженье лето замыкает, ключи сизая галочка за море уносит», «На Воздвиженье солнце сдвигается» и т.п.
Вместе с уходящим летом исчезают многие животные; медведь залегает в берлогу, а птицы – журавли, стрижи, ласточки и пр. – «сдвигаются» в отлет. По народным поверьям, многие птицы пережидают холода на небе, в раю-ирии; на зиму ирий запирается, а ключи от него хранит кукушка или ласточка. Змеи и прочие «гады» (ящерицы, лягушки) также отправляются на зимовье, поэтому «Здвиженье – змеиный праздник». Крестьяне рассказывали, что в Воздвижение змеи выходят на открытые места или забираются на деревья, греются напоследок на солнце, справляют свои змеиные свадьбы, а потом собираются группами (сползаются к своей «змеиной матке» или змеиному царю) и прячутся под землю; в это время надо хорошо запирать калитки, ворота и пр., чтобы змеи не забрались на двор. После Воздвижения уже будто бы не бывает в лесу змей, так как земля в этого дня запирается до самой весны и открывается только в Благовещение (25 марта ст.ст.), либо после первого весеннего грома.
Наряду с гадами, птицами и зверями, «зимовать» отправляется и разная нечистая сила. Так, русские верили, что в Воздвижение лешие уходят в подземные вертепы, а до этого «дурят и бесятся» по всему лесу: с треском ломают деревья, кричат, ухают, хохочут, поднимают сильный ветер, а потом проваливаются сквозь землю. Они также устраивают животным «смотр» и разгоняют их по норам, играют между собой в карты и проигрывают друг другу зверей и домашний скот. Человеку в эту пору лучше держаться от леса подальше, поскольку «лешие перед зимой злы», могут причинить всяческий вред. В народе рассказывали также, что когда змеи и лешие уходят под землю, человек может «провалиться» вместе с ними, и тогда уж не выберется на свет до самой весны.
Поскольку Воздвижение считалось календарной границей между двумя сезонами, в разных местах к нему приурочивали начало или окончание всевозможных хозяйственных работ: сев озимых, уборку овощей, хлебов и кукурузы, сбор фруктов, ягод и пр. Русские к Воздвижению заканчивали уборку льна и конопли и принимались «мять куделю» (обрабатывать волокнистые стебли). С этого времени начинался обмолот хлебов: «Пришло Сдвижение – хлеб с поля на гумно двинулся», «На Воздвижение последняя копна с поля движется, последний воз на гумно торопится». Овин в Воздвижение считался «именинником», его чествовали и «давали отдых» (не топили его и не работали в нем); хозяйка же готовила кашу и пироги, чтобы угостить молотильщиков и самого «овинного хозяина» (которому на ночь оставляли угощение в подлазе или на окне).
Помимо молотьбы, с Воздвижения принимались и за рубку капусты: «Воздвиженье – капустный праздник». Заготавливали капусту в каждом хозяйстве («и плохая баба о Воздвиженье – капустница»), а при большом объеме работ приглашали «на капустку» соседок, в благодарность за помощь угощая всех пивом и непременным капустным пирогом. С Воздвижения начинались особые девичьи вечеринки-смотрины, длившиеся около двух недель и называвшиеся «капустники», «капустки», «капустенские вечера». Например, в Тульской губернии нарядные девушки-«капустницы» ходили по домам рубить капусту, а хозяева к их приходу подготавливали стол с закусками. Вечером после обхода устраивались молодежные гуляния, игры и хороводы, во время которых парни присматривали себе невест. Если у девицы уже был на примете «желанный» парень, то перед «капустником» она читала семь раз заговор: «Воздвигни, батюшка Воздвиженьев день, в сердце добра молодца (такого-то) любовь ко мне, девице красной (такой-то), чтобы этой любви не было конца-веку, чтобы она в огне не горела, в воде не тонула, чтобы ее зима студеная не знобила! Крепко мое слово, как железо. Аминь!»
