Блогнот. Негодование редакторов
Мне очень тяжело писать этот текст. Это редкий случай, когда я иду против профессионального мнения коллег и против цеховой солидарности – вещей, которые очень важны для меня.
Итак, что произошло? В начале недели, 26 сентября утром, в фейсбуке, на страничке Мария Климова, появилось сообщение о том, что в фонд «Оберег» неизвестный доброжелатель инкогнито подкинул миллион рублей. В течение дня новость разошлась по всем информационным порталам Иркутска, а потом и по федеральным ресурсам. В конце недели, 29 сентября, на той же страничке появилась новая информация. Поскольку она ключевая в этом конфликте, стоит разобрать её подробнее.
Сначала текст идёт в виде интервью – замечательно убого написанного, что сразу опровергает старый стереотип, что любой идиот может быть журналистом. Два заведомо выдуманных персонажа – «Орландо» и «Обыватель» - отвечают на вопросы неназванного автора, подводя читателя к незатейливой мысли – «журналисты любят желтенькое», а как о чём-то позитивном написать – так их не досвистишься.
В постскриптуме «автор», ака президент благотворительного фонда «Оберег» Александр Соболев, прямым текстом пишет о глубинной философии этого хепенинга: «Почему Вам так интересно, что кто-то подбросил миллион, а когда эта же сумма каждый месяц без пафоса тратится на абсолютно реальные, осязаемые дела, помогает конкретным живым людям 12 лет без перерыва на обед - это обыденно для новостей».
И вот здесь произошёл водораздел. Можно было посмеяться, можно было разозлиться – оба пути равноценные. Журналистское сообщество Иркутска предпочло второй, конфликтный путь.
Поэтому вослед за этим множество журналистов и редакторов там же, в фейсбуке, выразили своё возмущение тем, что им предоставили недостоверную информацию, которую они продублировали своей аудитории. Прозвучали призывы отправить любую информацию о фонде в бан, сам фонд – в чёрный список и вообще стереть из информационного поля любые упоминания о нём минимум на год.
Дорогие, уважаемые, любимые коллеги! Давайте оставим оскорблённое цеховое самолюбие, на которое мы, безусловно, имеем полное право, и разберёмся в ситуации спокойно и логично.
Президент благотворительного фонда сам себе подбросил тайком миллион, а потом признался в этом. Само по себе, как событие, является ли это аморальным? Нет. Раньше он вносил эти деньги ежемесячно в кассу, а тут на полдороге обессилел и не донёс – тот же самый ежемесячный взнос. Оставил на пороге. Он не разносил эту информацию по редакциям, не звонил журналистам – журналисты сами прочитали об этом в соцсетях.
Коллеги отработали профессионально – они прозвонили фонд, взяли комментарии, опубликовали информацию. Поскольку информация в данном случае исходила из одного источника, перепроверить её не было никакой возможности. Впоследствии оказалось, что сотрудники фонда врали журналистам – они знали, что миллион не был подброшен, а просто принесён их президентом, но вступили с ним в сговор и предоставили звонившим им СМИ недостоверную информацию – классический фейк.
Является ли это неэтичным? Да. Они обманули доверие людей, которые с ними работают на поле медиа-пространства не первый день. Это, мягко говоря, некрасиво. Кто-то скажет – подло. Их, сотрудников фонда, оправдывает то, что это было заложено в правила игры – фейк с последующим разоблачением.
Но дело не в том, было это подлым, некрасивым или просто неудачной шуткой – сколько журналистов, столько и оценочных суждений. Мне кажется, более важно понять реакцию самих журналистов. Соболев соврал? Да и ладно! Пусть это останется на его совести.
Давайте посмотрим на это с точки зрения работы, производства новостей. Недостоверная информация? Но формально в СМИ она была достоверная, ведь событие случилось - деньги были подкинуты. Это - новость раз. Потом это оказалось шуткой с целью привлечения внимания – это новость два. Вместо одной новости – две. СМИ находятся в чистом выигрыше – две новости вместо одной. Вины журналистов нет – они сообщают о возмущениях информационного поля по мере появления этих возмущений, и глупо обижаться на то, что информационное поле искривляется вне эстетических пристрастий журналиста.
Я имею в виду вот что. Соболев обманул не журналистов, он обманул читателей. Журналисты сообщили объективную информацию в обоих случаях – что сначала сотрудники фонда говорили о подкинутых деньгах, потом что они сами себя опровергли. Ещё раз – никакой вины журналистов в этом нет. Они грамотно, чётко и корректно сделали свою работу.
Так почему же последовала такая резкая реакция журналистского сообщества в отношении фонда «Оберег»? И это важно, почему. Мне кажется, что мы обиделись не на сам факт фейка, предоставления недостоверной информации, а на то, как сам Соболев его обосновал – то самое «журналисты любят желтенькое».
Получается, что негодование редакторов вызвала только форма извинения Соболева – он, по сути, обвинил (совершенно безосновательно) СМИ в отсутствии интереса к благотворительности, но приверженности к внешней броскости события. Это и есть его ошибка. Ещё раз – не то, что он сам себе подбросил деньги, создав фейковый новостной повод, а в том, что по итогам возложил ответственность за распространение фейка, из-за его внешней сенсационности, на трудяг новостного фронта – что обидно, несправедливо и возмутительно.
Но, позвольте, у нас есть своё право на мощный инструмент влияния – оценочное суждение. Почему же тогда во всех новостях о произошедшем фейке никто не высказал своё (личное и даже редакционное) отношение к подобного рода акциям? Почему журналисты извинились перед читателями, но не объяснили им, почему подобный поступок не этичен? Разве не это стало бы справедливым наказанием лично для Соболева, ударив по его личной репутации напрямую, вместо того, что бы сейчас, умолчав всю эту кухню от читателей, тихо мстить целой организации баном – а это выглядит именно так, как тихая месть. Но ведь медиа должны говорить – информировать и объяснять, а не молчать, разве нет?
Отправить в бан – это месть конкретному человеку, которая ударит по целой благотворительной организации, которая занимается очень нужным делом. Хотелось бы напомнить, что Соболев не зарабатывает деньги на фонде – ему наша реклама не нужна. Он тратит деньги на фонд. Уже это заслуживает уважения.
Итак, вы предлагаете «отправить его в бан». Хорошо, давайте отправим его в бан за эту дурацкую шутку с корявым объяснением, что «во всём журналисты виноваты». Но перед этим позвольте вам напомнить одну недавнюю ситуацию. Никаких «неудачных шуток» тогда не было – пресс-служба целого областного министерства занималась прямой травлей журналистов, рассылая лживые пресс-релизы по всем областным редакциям с вырванными из контекста фразами, обвиняя журналистов в невероятных грехах. И что-то я не помню тогда призывов «отправить в бан» это министерство, хотя одним из первых, подвергшихся этой травле, был журналист той самой редакции, которая сейчас выдвинула гениальную идею «чёрных списков» для ньюсмейкеров.
И это правильно. Вспомните, что мы – профессионалы. Нашим читателям нужна информация. Нам могут не нравится ни методы наших источников, ни они лично. Но если то самое министерство открывает хоспис для детей – мы все должны об этом писать – и мы написали об этом. И если Соболев, так плохо думающий о журналистах, кормит нищих, даёт кров бомжам и устраивает судьбы женщин, подвергшихся насилию и бежавших из дома, то пусть его дурацкие шуточки остаются на его совести. Мы должны делать свою работу.
Я не поддерживаю бойкот в отношении Соболева и не собираюсь его соблюдать. У меня запланированы в сотрудничестве с ним тексты, которые очень важны – мне лично, моей работе, моим читателям. Как бы Александр Соболев ко мне и к моей профессии не относился.
Новости Прибайкалья - в Вайбере. Только эксклюзив! Подписывайтесь!
