"Сокровенный театр" перебирается в Иркутск
2 марта в драматическом театре им. Н.Охлопкова на камерной сцене прошла премьера моноспектакля "Трагическая повесть о Гамлете, принце Датском". Поставил его режиссер Геннадий Офенгейм, отец небезызвестного Артура Офенгейма, приглашенного недавно в иркутский театр в качестве главного режиссера. Геннадий Офенгейм уже связывает свои дальнейшие планы с Иркутском.
- У вас есть домашний театр под названием "Сокровенный театр". Вы - режиссер, сын - актер и ваша жена - актриса. Что скрывается за словом "сокровенный"?
- Репертуар "Сокровенного театра" отличен от репертуара традиционного театра. И это театр одного актера. Мы делаем моноспектакли по текстам, которые сами себе выбираем и считаем достойными, интересными для воплощения. Театр существует давно, уже десять лет. Начался он со спектакля "Трагическая повесть о Гамлете, принце Датском" и живет по сей день. Мы выезжаем на гастроли по России и за рубеж.
- 2 марта вы представили в Иркутске "Гамлета". Как за эти десять лет изменился Гамлет?
- Поскольку это моноспектакль и исполнитель один, то и спектакль меняется с возрастом исполнителя, с приобретением опыта личного, человеческого. Если сравнивать эти работы, можно точно сказать, что сегодняшний спектакль мудрее, потому что помудрел исполнитель.
- Не боитесь за сына, все-таки выступить перед труппой в качестве актера - вещь опасная?
- Но ведь спектакль предназначен для зрителя, и Артур имеет профессиональное актерское образование и стаж работы в театре. Страха нет, а есть, как всегда, премьерное волнение.
- Недавний "Исход" вы тоже ставили в "Сокровенном театре"?
- Да, это был второй спектакль после "Гамлета". Ему семь лет. Сейчас этот спектакль сделан по другому принципу, как многофигурный драматический.
- Вы с этим решением согласны?
- Да, я не только согласен, оно мне нравится. Оно никак не противоречит моему представлению об этом материале. В связи с тем, что там другой принцип работы над текстом, другой принцип реализации, спектакль приобретает какие-то новые качества, новое звучание, которое, может быть, с одним актером невозможно.
- Спектакль одного актера - это ведь минимальные выразительные средства. Вы приверженец именно такого подхода?
- Я вообще приверженец интересного театра, главное, чтобы не было скучно. Когда-то Осип Мандельштам сказал, что театр будущего - это театр одного актера. Может быть, он заострил проблему, но действительно, если ты имеешь актера-личность, актера-индивидуальность, то нет препятствий для работы.
- А если большинство не поняло и не приняло, как быть?
- Любой спектакль, любой материал имеет свой адрес. Не может быть пьесы, которая интересна абсолютно всем. Тут - никаких обид. Художественная состоятельность произведения и его уровень от этого не зависят, зависит прокат.
- Предоставится ли нам возможность познакомиться с вашей женой?
- Я надеюсь, что она приедет к нам посмотреть наши работы.
