Декан иркутского биофака Матвеев оказался продажным экологом

Принято считать, что учёные - это люди без страха и упрека, готовые положить жизнь на алтарь ради правды, фактов и истины. Они являются примером для своих юных учеников. К сожалению, среди них встречаются и отдельные дельцы, готовые с легкостью променять научную истину на звонкую монету.

Аркадий Николаевич Матвеев - доктор биологических наук, профессор, заведующий кафедрой зоологии позвоночных и экологии, декан биолого-почвенного факультета Иркутского государственного университета. Именно о нём пойдёт речь в этой печальной истории.

Больше года прошло с того момента, когда Министерство сельского хозяйства РФ запретило промысловый вылов байкальского омуля, а также его продажу. Запрет действует с 1 октября 2017 года. Напомним, что данное действие было сделано без какого-либо серьезного научного обоснования и неоднократно критиковалось и критикуется уважаемыми академическими учеными.

Депутат Госдумы Николай Николаев уверял и продолжает уверять, что численность байкальского омуля снизилась настолько, что единственный способ восстановить популяцию – ввести запрет на промышленный и любительский вылов. При этом жизненные интересы десятков тысяч жителей байкальских поселений, для которых ловля омуля является единственным способом заработать себе на хлеб, полностью проигнорированы.

Предотвратить столь бессмысленную затею не смогли даже учёные из Лимнологического института СО РАН.

«Мы не видели смысла в этом запрете и не видим. Омуля, разумеется, надо охранять. Но мы считаем, что ситуация не настолько катастрофичная, чтобы вводить полный запрет, чреватый к тому же определенными экономическими, политическими и социальными последствиями, тем более для малых народов. К тому же понятно, что этот запрет не очень хорошо исполняется», - ранее заявлял заместитель директора по науке Лимнологического института СО РАН Вадим Анненков.

Последний полноценный учёт численности омуля в Байкале проводился сотрудниками ЛИН СО РАН в 2011 году. Тогда исследования показали, что биомасса составляет более 30 тысяч тонн. То есть количество находится в норме.

Долгое время оставалось непонятным, что, а вернее, кто поддерживает депутата в столь бессмысленном процессе. Минсельхоз неоднократно ссылался на некие «научные данные» и мнение «иркутских ученых и экспертов», аргументирующих за тотальный запрет вылова. Правда, кто эти «эксперты» и на чье мнение опирались госчиновники, вводя запрет и обрекая на нищету и беззаконие местных жителей Байкал, до сих пор не было озвучено. А сами «эксперты» скромно предпочитали хранить молчание о своем вкладе в столь благое дело.

10 ноября 2018 года стало известно, кто они. В этот день в библиотеке им. В. Г. Распутина ИГУ прошла лекция «Проблема байкальского омуля и промысла на озере Байкал». Читал её доктор биологических наук, профессор, декан биолого-почвенного факультета ИГУ Аркадий Николаевич Матвеев.

Какие же такие проблемы есть у омуля, о которых молчат профильные учёные из ЛИН СО РАН, но о которых знает господин Матвеев?

Оказывается, уже в течение нескольких лет кафедра зоологии биолого-почвенного факультета ИГУ, руководимая Матвеевым, выигрывает торги, проводимые Минсельхозом Иркутской области. У них заключен государственный контракт, благодаря которому могут проводить обследование водоёмов на территории региона и делать, внимание, рыбоводно-биологическое обоснование. Об этом он сам же и проговорился и на проводимой им лекции.

Именно эти отчёты и легли в основу запрета вылова байкальского омуля.

Как же так получается, что мало кому известная кафедра зоологии под руководством Аркадия Николаевича Матвеева год от года выигрывает торги на проведение учета омуля, при этом ведущие академические ученые из Лимнологического института СО РАН, готовые провести оценку новейшими гидроакустическими методами, с 2011 года эти конкурсы никак не могут выиграть?

Наверное, все дело в том, что результаты оценки ученых Лимнологического института не очень устраивают заказчика. Ведь, напомним, по их мнению, никакой катастрофы с омулем в Байкале нет и вместо запретов нужно заниматься борьбой с браконьерством и криминальными дельцами.

С другой стороны, у кафедры Матвеева нет даже необходимого судна и снаряжения для проведения учёта. А единственное в Иркутском госуниверситете судно уже который год стоит на приколе у причала в посёлке Большие Коты. Однако кого же это волнует, ведь при желании, да еще и за несколько миллионов рублей, любую рыболовно-биологическую экспертизу можно просто нарисовать.

Самое удивительное, что в ходе своего доклада Матвеев утверждал, что он был среди тех, кто выступал против этого запрета. Очевидно, зная, что запрет не имел никакого реального обоснования и только ударил по местным жителям, он решил дистанцироваться от этого решения. И про коррупцию и криминал вспомнил Матвеев, рассказав в ходе своего выступления трогательную истории о том, как на самом деле осуществляется контроль за отловом и как местные жители откупаются от проверяющих машинами, полными омуля. Только одного не учел Аркадий Николаевич, - что интернет тоже все помнит. И найти публичные заявления Матвеева, где он агитирует за необходимость тотального запрета вылова, очень просто. Так, буквально в январе этого года в интервью «РИА Новости» тот же Аркадий Николаевич Матвеев аргументировал правильность введенного запрета и просил денег на дальнейшие «экспертизы».

«В науке существует такое понятие «предосторожный подход к оценке запасов». Поскольку последние 20 лет системная работа по изучению численности омуля из-за отсутствия финансирования не велась, то и объективных данных о состоянии популяции нет. В таких условиях лучше перестраховаться, вряд ли грядущие поколения простят нам исчезновение целого вида. Нужно провести учетные работы, чтобы получить реальные величины численности омуля. Только после этого выяснится, какие меры будут адекватны в сложившейся ситуации. Думаю, на организацию экспедиции необходимо порядка 5-7 миллионов рублей», - дешево пытается доказать свою правоту Матвеев.

Теперь обратим внимание на то, к чему всё-таки привёл запрет. Омуль как вылавливался, так и вылавливается. На любом рынке, турбазе или в прибрежном поселке можно без труда купить как сам омуль, так и его икру, в любом количестве. По ночам в Листвянке можно увидеть десятки кораблей на воде. Вряд ли они любуются звёздами и наслаждаются байкальской природой. При том, что каких-то людей всё-таки штрафуют за нарушение закона. Но вопрос в том, каких людей?

Запрет на вылов омуля – это махинация, которая открывает дорогу настоящему омулевому бизнесу. План достаточно прост: заявить, что омуль находится в беде, что его необходимо спасать, официально получить доказательства этого от купленных учёных. В итоге продажи омуля не уменьшились, но вот цена на него значительно возросла, а конкуренты из числа законопослушных предпринимателей с рынка ушли. Стоят за этим привычные для нашей страны криминальные группировки. Как жаль, что всего этого могло и не быть, что местных жителей могли бы не лишать права добывать себе пропитание, если бы не продажные иркутские экологи с профессорскими степенями.

Кстати, недавно ряд иркутских журналистов пытались провести свое расследование о том, что некие иркутские ученые для научно-исследовательских целей получили квоту на ежегодный вылов омуля в пять тонн. Кто именно получил эти объемы и для каких таких «научных» целей нужны тонны омуля, выяснить так и не удалось. Данные «ученые» предпочитают хранить молчание.