Государственная премия Усса. Вопросы по существу
Судя по всему, подходит к концу время, когда деятели культуры Красноярского края с завистью наблюдали за своими коллегами из соседних регионов, вот уже много лет получающих за свои достижения губернаторские премии.
Проект соответствующего закона уже разработан Министерством культуры региона по поручению губернатора Александра Усса и 19 сентября направлен на рассмотрение в краевой парламент. Что ж, лучше поздно, чем никогда.
Закон «О государственных премиях Красноярского края в области культуры» предусматривает ежегодные денежные выплаты в размере 230 тысяч рублей работникам (либо творческим коллективам, состоящим не более чем из пяти человек), которые будут утверждаться личным решением губернатора. Кандидатов в лауреаты будет определять так называемый Экспертный совет.
Инициатива, безусловно, благая, но без вопросов не обошлось. В первую очередь это касается Экспертного совета, который будет формироваться из 12 человек (прямо суд присяжных какой-то), как указано в законопроекте, «на паритетных началах губернатором и Заксобранием края».
Хочется спросить, у нас губернатору с депутатами больше заняться нечем? Или они лучше других разбираются в искусстве? Ведь до Экспертного совета все заявленные на премию литературные произведения и творческие работы будут проходить через утверждение экспертами от Министерства культуры, а окончательная подпись всё равно за губернатором.
Не проще ли было остановиться на одном совете, сформированном Минкультом как непосредственным куратором всей культуры края?
С размером вознаграждения также не всё ясно. Каждому лауреату на его банковский счёт будет перечисляться 230 тысяч рублей. В случае же коллективной премии эта сумма будет делиться на число членов творческой команды. Если их двое, четверо или пятеро (больше нельзя по принимаемому закону), то всё понятно. А вот на три 230 не делится, причём никак – получается 76 и 6 в периоде. Учитывая, что премия будет выплачиваться из бюджетных средств, оставшиеся рубли и копейки необходимо как‑то оприходовать.
Не логичнее было бы назначить сумму, которая успешно делится и на 2, и на 3, и на 4, и на 5? Тем более что далеко ходить не надо – это 240. Семьдесят лишних тысяч в год, бюджет края этой суммы даже не заметит.
Как вы поняли из предыдущих вычислений, всего премий будет семь:
- имени Годенко в хореографическом искусстве;
- имени Астафьева в области литературы;
- имени Сурикова в живописи;
- имени Шпиллера в музыке;
- имени Хворостовского в опере;
- имени Смоктуновского в театральном искусстве;
- имени Трегубовича в кинематографии.
Заметили, да? Опять Хворостовский. Нельзя было придумать ничего хуже, чем на волне народного недовольства повальным присвоением всему подряд имени ушедшего из жизни вокалиста и открытием ему же монументального памятника придумать очередную премию его имени. Мало того что номинация загадочная – «оперное искусство», сразу отстраняющая от соискательства солистов Филармонии и Музыкального театра, так ещё и впечатление такое, что её специально придумали и отделили от «музыкального искусства», что бы ещё чему‑нибудь присвоить имя знаменитого певца.
Почему бы не учредить премию в целом за вокальное искусство имени профессора и заслуженного деятеля искусств Екатерины Иофель, которая не только воспитала плеяду выдающихся певцов, включая того же Хворостовского, но и отдала Красноярску всю свою жизнь?
К счастью, у народных избранников ещё есть время доработать законопроект. Кстати, наверняка кто‑нибудь подскажет Александру Уссу, что в подавляющем большинстве регионов страны премия называется не «государственная», а «губернаторская». С одной стороны, скромнее, а с другой – возможностей для дополнительного пиара гораздо больше. Правда, выше и ответственность. Тем более что вопросы наверняка не последние.
Фото: wallpaperstock.net
