О безразличии и рубках на Байкале
Стоит, наверное, сказать пару слов о законе, недавно подписанном президентом России, разрешающем сплошные вырубки на Байкале. Точнее, не о самом законе, а о реакции на него, необычайно прохладной. Фактически, никакого протеста и сопротивления. Помните «Байкальское движение» 2005-2006 годов против нефтепровода? Сейчас и близко нет ничего подобного. Даже более того, я, как активный участник событий того времени, даже не испытывал желания ввязываться в кампанию. Причина – безразличие.
Во-первых, зачем? Природа очищается очень быстро. Через две недели самоизоляции в Москве стало возможно почувствовать запах свежей листвы и увидеть звезды на небе. Так и с Байкалом. Пройдет сто лет, вырастет новый лес, только и всего. Мы этого не увидим, конечно.
Во-вторых, по опыту ряда кампаний, в том числе и той самой, «Байкальского движения», я хорошо понял, что ничего за свои труды не получу, даже элементарной благодарности. Хорошо, если ругани в мой адрес не будет, а то ведь и такое бывало. Потому, к чему мне тратить силы и время на защиту интересов людей, жадных даже на «спасибо»? Фигу под нос можно получить и без каких-либо усилий.
Это фундаментальное свойство нашего общества, которое и ведет ко всему тому, что мы имеем. Выдающиеся усилия и свершения ничем не вознаграждаются. Более того, многие даже искренне считают, что за эти усилия и свершения еще нужно страдать, мучиться и терпеть лишения, и все это сторонники такого дикого и абсурдного взгляда даже готовы с радостью организовать. То есть, человек, способный сотворить нечто значительное и общественное важное, должен быть эдаким мазохистом, которого все бьют, в которого все плюют, а он еще и улыбаться должен. И при этом – дай, дай, дай. Немедленно, все и без возражений.
Так вот, глубоко неуважаемые, с такими взглядами - делайте сами, а я пошел.
Власть со всеми ее безобразиями, в сущности, является сфокусированным отражением недостатков всего общества. Вот и закон о порубках леса на Байкале такой же. Разумеется, чиновники вполне в состоянии устроить на Байкале заповедник и даже хорошо понимают его необходимость. Но это означает также снести турбазы, выселить поселки, закрыть доступ в леса и на озеро. Сколько народу тогда поблагодарит чиновников за это? Нисколько. Напротив, будет буря возмущения: как же так, их «лишают Байкала»! Не дают подъехать на машине прямо к берегу, разложить мангал, поблаженствовать, а мусор закинуть в кусты. Будут жаловаться и писать, а чиновников снимут с работы и поломают им карьеры. Стоит ли им тогда стараться?
А так они ударными темпами провели закон, за который попросили некие влиятельные люди, получили все положенные поощрения, формальные и неформальные, что-то, может быть, в карман положили. Дальше – трава не расти, в буквальном смысле слова. Если что-то пойдет не так, они останутся, по крайней мере, при деньгах. Циничная логика, но по-своему последовательная.
В обществе, где выдающиеся свершения на общественное благо «оплачиваются» фигой под нос, тычками, плевками и оскорблениями, красть, брать взятки, разграблять природу, наносить всякий вред и ущерб, наживаясь на этом, и так далее, объективно становится самой выгодной стратегией поведения. Всякий, способный что-то сделать, либо обращается к этой стратегии, либо же рано или поздно превращается в маргинала и страдальца. Такой человек буквально вышвыривается взашей из общества; и это я наблюдал на примере многих, весьма достойных людей.
Это о том, почему «порубочному закону» не было фактически никакого сопротивления. Не было, потому что сопротивление, которое не видно и не слышно, таковым не является.
Теперь же по существу вопроса. Думаю, что правы те, кто полагает, что закон о вырубке леса принимается не сколько ради железной дороги, сколько ради строительства гостиниц и курортов, под которые нужно будет вырубать приличные по площади площадки.
Так вот, граждане прибайкальцы, для вас Байкал – это что? Это святыня или место, где можно оттянуться под шашлычок и пивко? Если второе, то ни малейших шансов выступить против «порубочного закона» у вас нет. Хотя бы потому, что толкающие его люди действуют в рамках логики и ценностей, вами же признаваемых. Существо вопроса тогда состоит в том, что они попросту отбирают места, которые раньше были как бы бесхозными и потому бесплатными в пользовании, огораживают их, застраивают и ставят ценник. Любой, у кого есть деньги, может приехать и оттянуться. Скорее всего, это будут китайцы, поскольку вы, граждане прибайкальцы, просто слишком бедны. Отбирают потому, что у них больше власти и больше денег, чем у вас; они могут провести закон, а вы – нет.
Вы, конечно, поскрипите, повозмущаетесь, но потом пойдете и заплатите, потому что для вас Байкал – место, где можно оттянуться, и не более чем.
Вот если бы для вас Байкал был бы настоящей святыней, к которому можно благоговейно прикоснуться раз в пять лет, в который плюнуть и бумажку бросить – это святотатство, то вот тогда «порубочный закон» бы не прошел. И тогда вокруг Байкала был бы заповедник, с густыми лесами, чистыми ручьями и разнообразным зверьем.
