Размышления о солдатских душах
История с предстоящим захоронением останков солдат для меня с самого начала полна размышлений. И основной вопрос – а правильно ли мы делаем? Правильно ли я делаю? Оценивать свои деяния с высоты своего возраста и просто, и невероятно сложно. С одной стороны – большой жизненный опыт, с другой – опасение совершить ошибку. Я снова и снова возвращаюсь к судьбе наших солдат… Хочется и у них спросить, а правильно ли мы думаем и делаем? Вроде бы и тел нет, о чём думать – о мощах? Ан нет, идут думы и идут. И возвращаются они к душе солдатской. Даже не в том дело, есть ли она или нет её. Душа, дух, духовность. В противовес – бездушие, равнодушие, бездуховность. И всё-таки, есть ли душа? Если есть, праведна ли она? Нет, нет, не хочу залезть в душу каждому, нет. Я о тех, кто сложил свои головы под Кривцово.
У Г.К. Жукова, несомненно, было всякое оружие: винтовки, пулемёты, пушки и самолёты. Но и противник имел то же самое. И чтобы победить страшного врага, нужно было более мощное оружие, но его тогда не было. Что делать Жукову? И он обращается к душам солдатским: "Родина в опасности!" И идут солдаты в бой - простые солдатские души. Но идут они по приказу. Приказ для военного должен быть всегда. Но не мыслим приказ без зова сердца, зова души. Ведь пошёл же Юрий Кондратюк, на тот момент уже крупный учёный, добровольцем на фронт и погиб рядом с Михаилом – по зову души и сердца. И только так шли солдаты вперёд! И вот, из всех этих душ солдатских сплетается мощный щит, который непреодолим для врага. По силе своей он сильнее брони, ядерного оружия, потому как невидим для врага. Вот какая сила у солдатской души! И Жуков знал это. Конечно, нет его вины, что не было у него другого оружия, кроме душ солдатских.
Президент В. В. Путин год назад (9 мая 2018 г.) издал Указ о праздновании 75 годовщины Великой Победы. И там чётко и ясно указано: "создавать и всячески улучшать мемориалы павшим воинам". И здесь удивительным образом сливаются наши стремления со стремлением Президента создавать мемориальные комплексы у нас в стране. А проще скажу так: в Москве строится Поклонная гора, у нас – свой мемориал, воинское захоронение.
Словно провидение Михаил Савельев пришёл к нам именно в канун 75-ой годовщины Победы. И пришёл не просто так, а с символом пропавших без вести. И это тоже символично, ведь убитых и пропавших без вести - половина на половину. А оставшийся до юбилея Великой Победы год, нам следует хорошо поработать и сделать мемориал на совесть, на высшем уровне. Красиво оформить захоронение, установить скульптуру двум бойцам, решить вопрос о статусе парка, сделать зонирование. Парк должен стать центром духовного отдыха бичурян. Чтобы приезжающие в Бичуру добрые люди, пришли в парк не в бильярдный зал или сауну, а с букетом цветов или венком.
Будет этот мемориал стоять вечно, и даст Бог, не будет больше войны, и мемориальное захоронение станет вечным символом нашей Победы в страшной войне.
Не надо бояться мощей солдатских, по токсичности они теперь сравнимы разве что с песком речным. Промытые обильными орловскими дождями и снежными талыми водами, окраплённые святой кровью боевых товарищей, лежат они теперь в гробе, как святые мощи, и место им до похорон не в морге, а в храме. Брось в них траву и вырастет трава, брось в них зерно, и вырастет хлеб. А он в плохом не растёт. Мне не понятен поступок уважаемого нашего главы поселения В.В. Тюрюханова и военкома С. А. Гаврилова. Ведь по-мужски договорились определить останки в военкомате, откуда ушёл парнишка 20 лет отроду служить Родине, таким образом замкнув исторический круг. Так ведь ни слова не сказав мне, брезгливо определили останки в душный морг. Где ваше слово офицера, военком? Вам ли так поступать?
Вчера на марафоне не видел я ни Тюрюханова, ни Гаврилова. Что это? Снобизм? Равнодушие? Трусость?
И последнее. Можно ли по христианскому обычаю хоронить людей в парке? Можно. Это защитники Отечества. Мой дядя Тюрюханов Абрам Иванович лежит в городском парке города Знаменка на Украине, в могиле № 35, и за ней ухаживают школьники. Вдумайтесь, в Украине, где свирепствуют бандеровцы. Не хотелось бы проводить аналогию, но факт наводит на размышления.
В 1989 году я приехал в Донской монастырь в Москве на гремучем трамвае и долго бродил среди могил. Здесь лежит весь цвет русской православной истории. Постоял у могилы основателя советской авиации Н. Е. Жуковского. В парке кладбища тихо и покойно, и только высоко среди ветвей пел и щёлкал соловей (это был май месяц). Минор и мажор вместе, в едином духовном устремлении. Надгробия здесь удивительно красивы - кресты, памятники, склепы и часовни-усыпальницы. На Рогожском кладбище – то же самое, склепы, кресты. Здесь мирно покоятся именитые и безвестные старообрядцы России. Часть из них похоронены в могилах, часть в склепах. Вот, например, склеп именитого фарфорового заводчика Кузнецова. Хоронить в парках, склепах – это мировая духовная практика и ничего запретного в этом нет. Всё зависело от прижизненного достатка покойного. Почему сегодня это стало препятствием для нас? От незнания нас самих, нашей истории? Ведь речь идёт даже не о склепе, а воинском захоронении с почестями в районном парке.
А вот эту мысль мне подсказала Мария Петровна Онуфриенко, честный, беспокойный и эмоциональный человек: у нас в Бичуре живут мирно и дружно люди пятнадцати национальностей. У всех кто-то погиб или пропал без вести в Великой Отечественной войне. На 9 мая естественное желание поклониться могилам воинов, для этого им надо идти на центральное кладбище. Думаю, что никто и никогда не скажет слова против этого. Но давайте поразмыслим. У каждого народа есть свой тоонто нютаг - таинство рождения, свои представления о жизни и смерти. Назовём это так: Сокровенное – дорогое, скрытое внутри.
Недавно мне пришлось побывать на похоронах моего студенческого друга в бурятском селе, и я испытывал сложное чувство вторжения в это Сокровенное. Я старался как можно тактичнее вести себя в минуты скорби, чтобы не обидеть людей. Такое же чувство, думаю, испытывают люди других национальностей на наших русских кладбищах. Неизвестный солдат, он свободен от этого, его душа чиста как у ангела, потому как он не имеет ни имени, ни национальности, выше и святее всего земного. А потому не надо его прятать на русском кладбище, это не правильно и не честно по отношению к другим народам, проживающим в Бичуре. У нас ещё есть немного времени на душевное определение, а определиться надо, без насильного решения проблемы, по зову души и совести.
На фото - посередине: руководитель поискового отряда "Костер" Красиков Николай, слева - участники мероприятия, справа от него - делегация от Бичурского района выстроились возле места гибели Савельева М.А.
