Полицейщина вместо идеологической борьбы
Не так давно Госдума РФ одобрила поправки к статье 354.1 УК РФ, ужесточающие наказание за реабилитацию нацизма. Статья была принята и введена в действие в 2014 году, а теперь ее решили расширить, исходя из того, что некие злоумышленники переписывают историю Второй мировой войны и все в антироссийском духе.
Вообще, у нас принято со звериной серьезностью относиться к некоторым темам. Но тут дело изумительное и удивительное, если подумать. У меня вопрос есть. Дорогие господа законодатели, вы историю войны помните?
Дело в том, что правление Гитлера окончилось для Германии следующими последствиями: полное поражение в войне, безоговорочная капитуляция и разоружение, потеря четверти довоенной территории, потеря 8,5 млн человек убитыми только в вооруженных силах (примерно 30% мужчин), разрушенные и сожженные бомбардировками города, демонтаж значительной части промышленности, депортация около 5 млн немцев из Чехии и Польши, выплаты репараций, оккупация союзными войсками, серьезное ограничение суверенитета страны, разделение страны на две части на 40 лет и строительство стены поперек столицы.
Результатом политики Гитлера была национальная катастрофа. Это разве можно как-то по-другому назвать? Это, кстати, не я придумал: так выражались товарищи Ульбрихт и Пик.
Поэтому, любому, кто пытается, как вы выражаетесь, реабилитировать нацизм, достаточно задать всего лишь один вопрос: «Если нацисты были столь хороши, то почему они потерпели столь сокрушительное поражение?».
Один этот вопрос полностью ломает мировоззрение любого реабилитатора нацизма. Какую бы он истерику не устроил, он не может не признать объективный факт полного, сокрушительного и безоговорочного поражения нацистов, и не может не признать, что это поражение вытекало из самой сущности, идеологии и политики нацистского режима.
Если сказать кратко, то нацисты потерпели поражение потому, что они не предложили другим народам ничего, кроме смерти или рабства. Их планы подразумевали собой установление безраздельного немецкого господства везде и всюду, без ограничений и пределов, фактически без правил и принципов, а также прочных соглашений с другими странами и народами. По этой простой причине, куда бы они ни пошли, они везде встречали врагов, боровшихся с ними открыто с оружием в руках или тайно, диверсиями или саботажем. Нацисты считали своих союзников и помощников временными попутчиками, и легко меняли к ним отношение, захватывали и оккупировали. Парадокс войны – немцы успели повоевать со всеми своими бывшими союзниками в Европе. Повоевали бы и с японцами, но этого не случилось из-за географической отдаленности театров военных действий. Удивительно, что у них вообще находились союзники.
Уничтожение евреев забило, пожалуй, самый толстый гвоздь в гроб нацистской Германии. Жестокие расправы вызывали страх и ненависть среди завоеванных народов, и даже у многих гитлеровских пособников вызывали мысль, что следующими в концлагере или расстрельном рву могут оказаться они. Жестокость нацистов только умножала число их врагов.
То есть, причина поражения нацистской Германии кроется в самой нацистской Германии. В ней был самый серьезный изъян, раз против них объединился весь мир, в том числе и страны, до этого находившиеся в остро враждебных отношениях, и война окончилась для Гитлера и Германии крахом и национальной катастрофой. Это был очень веский и постоянно действующий фактор. Он перевесил тщательную подготовку к войне, замысловатую дезинформацию, внезапность, хорошую немецкую военную машину.
Собственно, а что тут можно реабилитировать и восхвалять? Все ведь, даже в самом кратком изложении, совершенно очевидно. Реабилитировать нацизм – это все равно, что поставить себе на лоб клеймо: «Глупец», «Недотепа» или еще что-то в этом роде. Защищать самоубийственную политику, в сущности, политику, ведущую к национальной катастрофе, это действительно глупость, причем граничащая с душевным заболеванием.
Теперь же обратим внимание, что даже в ситуации, когда дебаты просто невозможно не выиграть, когда доводы и позиция оппонента разбиваются и уничтожаются буквально одним вопросом, в качестве средства идеологической борьбы была избрана чисто полицейская мера. На мой взгляд, это выражение того, что идеологическая борьба у нас вызывает изумление своим удручающе низкопробным уровнем. Можно сказать даже, по моему мнению, что эта самая идеологическая борьба, как государственная и общественная деятельность, у нас попросту отсутствует. Равно, как и понимание, что это такое.
Идеологическая борьба, на мой взгляд, не сводится к рупору и к затыканию ртов угрозой тюрьмы, а ведется за ясность и бесспорность убеждений. Продукт этой борьбы – некое убеждение, тезис, с которым человек соглашается ввиду его бесспорности. Сама бесспорность возникает либо в результате дискуссии, попыток критики, опровержения, которые не удались, либо убеждение бесспорно потому что его никто не оспаривает.
Идеологическая опасность статьи против реабилитации нацизма, по моему мнению, состоит именно в том, что это уклонение от оспаривания нацизма. Фактически, вместо того чтобы указать стороннику нацизма на то, что нацизм потерпел сокрушительное поражение из-за своих внутренних изъянов (из чего следует, что придерживаться его не нужно), статья закона говорит: «Заткнись, а то сядешь в тюрьму».
