Осколочное ранение памяти
Насколько точно сказано о памятниках, что это осколки нашей памяти! Всего лишь осколки, по словарю – отколовшиеся куски, части развалившегося предмета. К шестидесятилетию окончания Второй мировой войны в Германии открыли мемориал жертвам холокоста, в России – очередной памятник Сталину.
В самом центре Берлина, в двух шагах от того места, где располагался бункер Гитлера, теперь чернеют около трех тысяч каменных плит – напоминание о «худшем (как сказал на открытии мемориала представитель Бундестага. – Т. Л.), самом страшном преступлении нацистской Германии – попытке уничтожить целый народ».
Даже сегодня, спустя десятилетия, в Европе ничто не вызывает такого ужаса, как напоминание о фашизме. Несколько лет назад угрозы возрождения нацизма не на шутку испугались шведы. На появление в крохотном шведском городке горстки скинхедов эта страна, почти не опаленная второй мировой, ответила масштабной антифашистской пропагандой, буквально до каждого дома, школы, учреждения донесли миллионными тиражами изданную книгу о холокосте, собрали международный конгресс.
Странно, что в нашей стране, несравнимо больше пострадавшей от войны, буквально выжженной ею, допускаются проявления фашизма. И, что может быть не менее опасно, зачастую они маскируются под национализм. В цивилизованном (не получается обойтись без этого слова) мире под национальностью понимается гражданство, во Франции, например, статистика не делит людей по происхождению, а лишь подсчитывает численность жителей страны в целом. Этническая принадлежность не играет в данном случае никакой роли. Когда в Париже избили раввина, на улицы вышла двухтысячная демонстрация во главе с Франсуа Миттераном.
По определению заведующего отделом социально-политических отношений Левада-центра Льва ГУДКОВА, под национализмом нужно понимать веру в единство происхождения и в общность судьбы. Тогда он становится источником таких сильных чувств, как собственное достоинство, гордость за свой народ, патриотические переживания, вокруг которых консолидируется все общество.
Российский национализм имеет иной смысл. «Он не содержит никакой позитивной программы развития, – говорит Лев Гудков, – а направлен на защиту, консервацию уходящей или испытывающей напряжение системы, ностальгической по своему характеру идеологии». По многолетним исследованиям Левада-центра, наш народ не находит оснований для позитивной самооценки. Для нас главным поводом гордиться собой остается победа в Великой Отечественной войне. А раз нет новых стимулов, то базой для самоутверждения становится рост ксенофобии, восполняющей чувства тревожности, неуверенности, характерные сегодня для всего нашего общества. Отсюда антиисламские, антикитайские, антисемитские и еще многие антинастроения, направленные не только на «внешних врагов», но и (что, может быть, самое страшное) на граждан своего же государства. Как сказала президент фонда «Холокост» Алла ГЕРБЕР, в стране, победившей фашизм, настало время говорить об угрозе фашизма. Нужно лечить застарелые ранения памяти.
