Смертельная ошибка иркутских врачей. «Сестру не вернёшь, но справедливость должна быть восстановлена»

3 октября состоится заключительное судебное заседание по уголовному делу, возбужденному против иркутских медиков, после вмешательства которых умерла пациентка. Женщина была здорова и обратилась к пластическому хирургу в эстетических целях.

Почти пять лет длится уголовное разбирательство по факту смерти Татьяны Распутиной. 54-летняя женщина обратилась к пластическому хирургу для того, чтобы сделать липосакцию. Операция прошла неудачно – образовался свищ, воспаление, поднялась температура. Врачи говорили, что всё образуется. Но через полгода пришлось делать повторную операцию, после которой Татьяна впала в кому и через несколько дней скончалась.

Не частная лавочка, а государственная клиника

Повторную операцию делал известный в Иркутске хирург Игорь Куклин. Учреждение было выбрано не из «частных лавочек», а государственное – отделение пластической хирургии Иркутского научного центра хирургии и травматологии. Насторожить мог лишь тот факт, что деньги за операцию провели не через кассу – официальный платеж составил лишь малую часть: 38 из 150 тысяч рублей. Но, впрочем, кого это удивляет в нашей стране.

А вот что странно. Уголовное дело возбудили не сразу, а лишь спустя восемь месяцев  – после того, как родственники Татьяны написали ряд жалоб в различные инстанции, разместили петицию, о смерти пациентки рассказывали федеральные средства массовой информации. Расследованием гибели Татьяны Распутиной занялись правоохранительные органы. Причинение смерти по неосторожности – часть 2 статьи 109 Уголовного кодекса Российской Федерации. Материалы уголовного дела есть в распоряжении редакции.

Многочисленные нарушения

То, что расследование так называемых медицинских дел всегда идёт в России со скрипом – известный факт. Работники правоохранительных органов, следователи, судьи – тоже люди. А в небольших городах они вынуждены обращаться к тем же врачам, которые порой попадают в поле их профессиональной деятельности. Ссориться никто не хочет.

Семья погибшей Татьяны Распутиной сразу же испытала на себе всю неповоротливость системы в таком деле. И началось всё с экспертизы. Её проведение в Иркутске по непонятным причинам оказалось невозможным, как и в Новосибирске, и в Москве. Лишь через полгода удалось получить экспертное заключение в Красноярске. Специалисты выявили многочисленные нарушения, рассказывает сын Татьяны Григорий:

– В экспертизе говорится о том, что у пациента произошла остановка сердца во время операции. Как полагают эксперты, на этот момент давление  уже не определялось, а сатурация достигла критических значений – 10-15 процентов. Наблюдение за пациентом не велось, поскольку в медицинской карте даже не указано время остановки сердца. При этом эксперты отмечают, что на момент начала реанимационных мероприятий, когда врач-анестезиолог наконец заметил, что пациентка уже и не дышит, прошло не менее 10 минут, то есть наступили необратимые изменения головного мозга вследствие кислородного голодания.

Изучение документов медучреждения открыло поразительные факты. Оказалось, что согласие Татьяна Распутина подписывала на один вид вмешательства, а фактически были выполнены и другие манипуляции. Как впоследствии прокомментировал анестезиолог Виталий Афанасов, в отношении которого ведётся уголовное разбирательство, пациентка дала такое согласие устно, в ходе операции.  Он также пояснил, что хирург Куклин не согласовал с ним план операции, поэтому действие  анестезии прекратилось ранее окончания операции.

В конечном итоге корректировка плана операции потребовала дополнительных мер со стороны анестезиолога: Татьяне в дополнение к эпидуральной анестезии просто ввели дозу промедола. После этого наступила остановка дыхания. Анестезиолог в суде сообщил, что были выполнены реанимационные мероприятия, однако восстановить функции головного мозга уже не удалось. Пациентка впала в кому, в которой находилась три недели, и не приходя в сознание, умерла.

В процессе операции видеосъемка не велась. Во время судебного процесса для установления хода действий проводились допросы экспертов, в том числе московского профессора. По его мнению, такие последствия, как в случае с Татьяной Распутиной, не наступают одномоментно.

– Профессор московской клиники в ходе допроса в режиме ВКС на суде чётко сказал, что сатурация 10-15 % – это не мгновенное явление, а продолжительный по времени процесс. И если бы за ходом операции следили, то сразу бы заметили этот факт. Также эксперт отметил, что до таких значений сатурация могла снижаться в пределах примерно 20 минут. Вероятнее всего, всё это время пациент находился без наблюдения, в ином случае данный факт был бы замечен, данные об этом внесены в протокол наблюдения за операцией. Кислородное голодание, согласно экспертизе, длилось примерно 10 минут, – рассказывает Григорий  Распутин.

Сын погибшей также сообщил, что в медучреждении после неудачной операции уничтожили все образцы, которые в ходе расследования могли бы пролить свет на произошедшее. «Подчистили» и документацию. Согласно экспертизе, протокол обезболивания и карта наблюдения противоречат друг другу. То, что происходило на самом деле во время операции, подтвердить документами в медучреждении не смогли, и по сути никто не знает, какие препараты вводили Татьяне.

Цена жизни

Последствиями громкого дела стало закрытие отделения пластической хирургии Иркутского научного центра хирургии и травматологии. Анестезиолога Афанасова уволили, хирург Куклин ушёл сам – в другую клинику, частную, где продолжает практиковать.

Вопиющий факт: убили мать, и мы не можем уже пятый год установить, что произошло на самом деле. Человек здоровый зашёл в клинику и больше не вышел, – искренне и справедливо возмущён Григорий Распутин. –  А сейчас анестезиолог Афанасов вместе с хирургом Куклиным распространяют слухи о том, что они обо всем договорились, и что судья уже определился с оправдательным для них приговором и на очередном заседании готов его озвучить.

Родственники Татьяны не понимают, почему все судебные заседания по этому делу проводились в закрытом режиме. Чтобы никто не узнал? Чтобы врачи, после вмешательства которых люди больше не выходят из больниц, могли и дальше безнаказанно и высокооплачиваемо работать? Все эти факты заставляют усомниться в том, что решение будет вынесено объективно.

Сестру не вернешь. Но справедливость должна быть восстановлена, а виновные неминуемо должны понести наказание. Пока справедливости не будет – никто не остановится. Есть Москва, есть министерство здравоохранения, есть президент, будем добиваться справедливости, – заявил родной брат погибшей, депутат думы города Иркутска Алексей Распутин.

Случай Татьяны – трагический. И это может повториться, если те, кто повинен в смерти женщины, смогут избежать наказания. Да, правды приходится добиваться и отстаивать её, признают родственники погибшей. Хотя закон должен работать одинаково для всех – в больших городах и в малых, в громких делах и в менее резонансных. Вне зависимости от того, кто оказался на скамье подсудимых.

Фото: docacademy.com, proprikol.ru