Империя должна умереть. Почему России стоит пересмотреть свое отношение к монголам

Протесты, разгоревшиеся в Монголии в декабре 2022 года, вскрыли крайне интересную тему — отношение России к этой стране и ее жителям. Оказалось, что многие представления россиян на этот счет застряли в глубоком прошлом, критически неактуальны и несут прямой вред отношениям двух стран.

Для начала стоит отметить, что никаких больших опросов никто не проводил. Понятно одно — в России есть массовый интерес к Монголии, который стал заметен благодаря протестам. Происходящее в Улан-Баторе стало главной темой в СМИ, независимо от их политической ориентации — одинаково активно о монгольских событиях рассказывал как «Дождь» (признан инагентом), так и Владимир Соловьев в своем шоу на одном из федеральных каналов (иностранным агентом за владение недвижимостью в Италии почему-то не признан).

В отношении к протестам их существующие в разных мирах аудитории тоже разошлись. Патриотически настроенные спикеры вроде Соловьева рассматривают происходящее в Монголии как бунт на российской территории — не в плане административно-государственного деления, конечно (хотя при подобной риторике не была бы удивительной и такая точка зрения), а как вражескую попытку навести порядки в зоне российского влияния. В этой реальности земной шар будто бы поделен на районы, и у каждого, словно в грустном провинциальном российском городе, есть свой «смотрящий». Вот Монголию в этом царстве больной фантазии и «держит» Россия.

А значит, не гражданская позиция, а иностранное влияние. Не протест, а беспорядки. Не митингующие, а бузотёры. И не недовольство коррупцией и качеством жизни из-за конкретных решений конкретных людей, а попытка коллективного запада вмешаться, перестроить, подмять. 

Хотя, казалось бы, что там подминать — общественно-политический строй и так демократический, что на Западе всех устраивает. Экономика Монголии же держится на торговле сырьем с Россией и Китаем, что Запад изменить в ближайшие годы неспособен, даже устроив революцию, так как новому правительству все равно придется с ними торговать — это вопрос выживания.

Монголия, полностью зависящая от России, кончилась в 1954 году со смертью Иосифа Сталина; Монголия, сколько-нибудь обращенная к Советскому Союзу, прекратила свое существование весной 1990 года в ходе бархатной революции в стране. Потом была Монголия, которая торговала с Россией, но к 2019 году доля «северного соседа» во внешнеторговом обороте страны степей сократилась до 13% — еще не жалких, конечно, но довольно громко кричащих о том, что никакого влияния давно нет.

Да, без российской нефти Монголии пока не прожить, но первые лица государства открыто заявляют о намерении слезть с этой иглы и готовы торговать сырьем даже с Австралией, лишь бы ослабить российское влияние, что уже довольно показательно.

Поэтому когда публичные спикеры — тот же Соловьев, или застрявший как раз в советской версии мирового порядка профессор Маслов, а также бесчисленные «политологи» и «лидеры общественного мнения» разной степени анонимности из телеграма заявляют, что треклятый вашингтонский обком все никак не успокоится, пока не отберет у России последнюю пядь земли, что это все козни товарищу Си, что давайте вообще срочно примем Монголию в ОДКБ (!) — кто бы ее еще об этом спросил — это, к сожалению, рассуждения о Монголии вымышленной.

При всей практической бессмысленности подобных сотрясений воздуха — ну нечем людям заняться, кроме как расставлять зеленых человечков по макету альтернативной Монголии — есть у такого подхода и весьма очевидные проблемы. Из Улан-Батора все это выглядит так, будто в России решают, как им, непутёвым «младшим братьям», жить. Сами же они все равно ничего не поймут, пойди объясни. Да и что с них взять? Надо за них все придумать сначала, сделать, а потом как-нибудь уж и спасибо скажут.

Вот только монголы все видят, слышат и понимают. И вряд ли протестующим в двадцатиградусный мороз пенсионерам, студентам, беременным женщинам и просто ответственным гражданам своей страны приятно узнавать, что они, оказывается, на собственную позицию неспособны, в политической жизни государства участвовать они не могут, а их руками действуют западные кукловоды. И вообще бы дубинками их хорошенько — чтобы неповадно было этому Байдену!

В этом проблема. «Эксперты» ставят на карту вымышленной Монголии реальных людей. За реальных людей решают, как им жить, где их враг, кто их друг. И они, конечно, далеко не первые, кто стал невольной жертвой этой садистской игры — другие «игроки» сейчас платят непомерную цену за участие в этой безумной партии. 

Имперские замашки большого и сильного соседа не нравятся монголам — и вообще мало кому нравятся, пора признать.

В Монголии все еще очень любят Россию и россиян, с ними готовы сотрудничать, для них придумывают индивидуальные туристические программы, им предлагают огромные скидки на учебу в вузах и персональные распродажи. И не стоит воспринимать это как должное — скорее как привилегию, которую монголы в любой момент могут отозвать, если сочтут, что к ним относятся без должного уважения.

Россия может быть отличным равным партнером для Монголии — и только в таком статусе, в общем-то, обе стороны могут что-то от этого выиграть.

Однако история взаимоотношений с Монголией — даже после сталинского палача Чойбалсана и его репрессий, даже после насмешливого отеческого отношения, а затем пренебрежения (кому нужна эта маленькая бедная страна?) — остается для России чистым листом, на котором можно написать отличную историю не про мифическое братство, но про равенство и партнерство.


И это огромное везение — особенно в реалиях, когда очередей из желающих дружить, прямо скажем, вдоль границ страны не проглядывается. Не стоит пренебрегать этим шансом — имперские замашки явно его не стоят.

Бабр продолжит внимательно следить за развитием событий.