Простите нас, Николай Ильич...

В июле в Иркутске открывали «совместный» памятник конструкторам вертолетов Николаю Камову и Михаилу Милю. На его фоне запечатлелись все городские и региональные чиновники.

Но биографии Николая Ильича и Михаила Леонтьевича, видимо, перед мероприятием читать не стали. Так, пробежали глазами по написанным пресс-секретарями спичам.

Иначе б отложилось, что 24 ноября 2023-го исполнилось 50 лет со дня смерти Камова. И как-то почтили бы память великого земляка.

Но не сложилось.

Да и вообще, при такой-то мощной организации создания этого памятника можно прямо сказать, что гора родила мышь. Если уж сам «Ростех» финансировал этот проект, мэрии можно было расстараться на что-то адекватное удивительному феномену этих родившихся в Иркутске людей. Думается, корпорация не постояла бы за ценой. Тема для них профильная, дело чести.

Но нет, в итоге иркутские власти установили объект в формате 2d, подозрительно напоминающий обложку альбома группы «Tequilajazzz» 2002 года «Выше осени». Тоже, кстати, с графическими объектами в плоскости.

Фраза на монументе «Учившим летать металл» тоже вызывает вопросы. Если в терминах авторов, то летающим металлом много что является. В чем тогда отличие именно конструкторов вертолетов? Это, к примеру, о летчиках-испытателях можно так сказать, какую бы технику они ни ставили на крыло.

Но самое главное, в этом монументе, который, понятно, перечеркнул потенциальную вероятность установки действительно достойного памятника, похоронена сама идея, которую надо было бы туда заложить.

А именно: в столице Восточной Сибири родились советские отцы самых распространенных на планете вертолетных схем.

С именем уроженца Иркутска Миля связана первая из них, классическая: с одним основным винтом и вспомогательным хвостовым, который не дает машине крутиться вокруг своей оси. И здесь именно Миль круче всех в нашей стране и во многом – в мире.

Вторая по распространенности вертолетная схема – соосная. Винта на хвосте нет, зато основных, несущих, два. Они располагаются друг над другом и вращаются в противоположных направлениях.

Эта схема – епархия конструкторского бюро Камова. И здесь, соответственно, никто в стране и во многом в мире не превзошел уроженца Иркутска Николая Камова.

А на памятнике – только силуэт Ми-8.

При этом не секрет (и это логично), что между конструкторскими бюро всегда есть конкуренция. Это, если хотите, один из важнейших факторов их развития. Во всяком случае, на советском этапе. Ну, как бы посмотрел Николай Ильич на памятник якобы и ему тоже, на котором только детище Миля?

Камов и Миль совершенно самостоятельны. Родившись на параллельных улицах, они и познакомились-то только в Москве (ведь и в возрасте семь лет разницы).

Это ведь разные миры. Вплоть до того, что Ми, в первую очередь, это трудяги, занятые в гражданской сфере (хотя, конечно, и на службу их призывали в том же Афганистане).

А Ка, в силу своей маневренности, – вояки, недаром именно из этого семейства происходят знаменитая «Черная акула» и «Аллигатор».

И ведь первую свою винтокрылую машину, самое дорогое детище, Николай Ильич назвал «Иркутянин». Не «Сибиряк» какой-нибудь обобщенный, не «Томич» (ведь в Томске Камов заканчивал вуз, там и аэропорт, кстати, его имени)! Что ж его так обошли на памятнике на родине?

Более того, есть же и третья по распространенности на планете вертолетная схема – продольная. Здесь главных винта тоже два, но они сидят параллельно земле на разных осях и разнесены друг от друга: один – над носовой частью вертолета, а другой – над хвостовой. Большинству знаком силуэт тяжелого транспортного вертолета «Чинук».

Но ведь лет за десять до серийного выпуска этого знаменитого американца вертолет с аналогичным устройством (то есть продольной схемы) создал Игорь Эрлих. Тоже родившийся в Иркутске!

Детище Игоря Александровича – самый необычный советский вертолет Як-24 – осталось в прошлом. Но в других обстоятельствах у него могло быть великое будущее. При большом потенциале не получил большую жизнь, можно сказать, от избытка рождения вертолетных талантов в Иркутске.

То есть родившихся в Иркутске отца-то было три! И основных схем в мире тоже три. И «Иркут» как раз от слова «вихрь» и происходит!

Жаль только, никто этот удивительный, поразительный, совершенно по идее невозможный факт до сих пор так и не подчеркнул так, чтобы навсегда. То, что есть, мало что дает и уму, и сердцу...