Последний гвоздь Путина

Президент России Владимир Путин и его многочисленные информационно-газовые клевреты всерьез думают, что нынешней газовой атакой с повышением цен до $230 за тысячу кубометров они могут всерьез отомстить непокорной Украине и ее неприятному во всех отношениях президенту.

На самом же деле Кремль делает Виктору Ющенко большой и даже драгоценный подарок. Вопрос лишь в том, сможет ли вальяжно-медлительный украинский лидер этим подарком воспользоваться.

Криизис в украино-российских отношений вызван, разумеется, вовсе не газом и даже не Черноморским флотом с радиолокационными станциями. Он исторически абсолютно закономерен и неизбежен. Украина и Россия будут отдаляться друг от друга еще, по меньшей мере, 5-7 лет – пока в обеих странах не случится смена политических поколений и новые элиты не посмотрят на наш общий мир свежими и зоркими непостсоветскими глазами.

Чтобы понять, откуда кризис берется и почему бороться с ним в близком будущем бесполезно, надо выделить стратегические и тактические факторы, определяющие российско-украинские отношения в принципе.

К стратегическим факторам следует отнести:

- принадлежность двух стран к одной цивилизации, наличие у Украины и России общего исторического корня, роль Православия как доминирующей религии в обеих странах;

- принципиально различный генезис государственности в двух странах, в силу чего в России, если ей суждено сохраниться в обозримом историческом будущем, всегда будут преобладать авторитарные формы модернизации модель сакральной верховной власти, в Украине же – демократические формы власти и политический полицентризм.

Основной тактический фактор – качественное несовпадение жизненных философий правящих классов (элит) Украины и России. Если в различных слоях украинской элиты (независимо от противоречий идеологического, доктринального, ментально-культурного свойства) преобладает ориентация на собственную государственность как непреложную и важнейшую ценность, то российская элита ориентирована на консервацию «стабильности безразличия» и атомизации общества, а центр своих жизненных интересов видит за пределами немытой России. Современная российская элита живет как бы вне прошлого и вне будущего, потому ее, по большому счету, волнуют только проблемы «здесь и сейчас».

Российской-украинский конфликт во многом обусловлен этой ценностной несовместимостью элит.

Несовместимы и лидеры двух стран. Владимир Путин – жесткий бизнесмен. Виктор Ющенко – мягкий политик. Путину тяжело с Ющенко, а российский президент любит людей, которые оперируют преимущественно циничными категориями получения чисто конкретной прибыли. С такими ему легко. Потому Виктор Янукович и Юлия Тимошенко рассматриваются в качестве явных и тайных партнеров Кремля, а Виктор Ющенко – ни при каких обстоятельствах. (На формальные реверансы некоторых уполномоченных российских дипломатов обращать внимания, разумеется, не стоит).

Вопреки распространенному мифу, у Путина нет никаких имперских амбиций. Путинская модель России – это компактное государство-нация, не обладающее никакими атрибутами Империи – ни политическими, ни экономическими, ни военными, ни эстетическими. Своего рода большая евразийская Нигерия. Североевропейский газопровод и всякие прочие транзитные консорциумы – последовательные шаги в направлении «нигеризации» России. Истерики Путина по различным вопросам отношений с Украиной обусловлены не имерским хамством или панически осознаваемым уменьшением геополитической роли России, а неудовлетворенными бизнес-амбициями и соображениями личной мести, всегда сверхактуальными для личностей унтер-офицерского калибра. (Последнее в отношении Путина к Ющенко играет более чем существенную роль).

Спровоцировав газовый кризис, Путин вбил последний гвоздь в гроб Российской империи. Отныне Россия утратила все и всяческие рычаги реинтеграции Украины (и других впавших в кремлевскую немилость постсоветских стран) в некое москвоцентричное геополитическое пространство. Империя в истории всегда оправдана постольку, поскольку она дает империализуемым нациям некие осязаемые активы: дополнительные культурные и экономические возможности, безопасность, гарантии развития национальной идентичности. Ельцинская Россия отчасти обеспечивала на постсоветском пространстве безопасность и в очень большой мере – энергетическую стабильность. Путинская Россия не гарантирует ни первого, ни второго. Как заметил недавно в интервью журналу Time известный британский политик, глава Оксфордского университета Крис Пэттен, почему мы должны уважать Путина, если он не может предложить нам ничего, кроме газа? Украине Путин не предлагает уже и дешевого газа. Следует отметить, что от газовой войны страдает, в первую очередь Восток Украины, где расположены крупнейшие индустриальные потребители российского газа - металлургические и химические предприятия страны. А значит, отношение к России может отчасти измениться и в тех регионах, которые мощно и искренне поддержали в 2004 г. Виктора Януковича.

Ошибка Украины состоит в том, что руководство и элита страны весь 2005 год продолжали гипнотизировать себя мифами об «имперской России» и не сделали ничего, чтобы удовлетворить деловые амбиции кремлевской команды. Украинской власти нужны шустрые посредники типа влиятельного путинского помощника Игоря Сечина, которые на условиях масштабных откатов могут «все устроить». (Во внутренней политике России так происходит постоянно). В этом смысле – horribile dictu! - положительную роль для Украины играла и играет угрюмая компания «РосУкрэнерго». Будучи классическим ядром изощренной коррупционной схемы, она обеспечивала экономические интересы Украины за счет интересов России как государства, гарантируя поступления в алчно оттопыренные карманы отдельных нетипичных представителей российской топ-бюрократии и начальства «Газпрома». Если бы не «РосУкрэнерго», большой газовый скандал мог бы разразиться еще в сентябре текущего года, когда Россия настойчиво искала в украинских газовых хранилищах куда-то запропастившиеся 8.5 миллиардов кубов. Эти кубы, как мы помним, были спасительно выкуплены компанией, ассоциируемой с именем полумифического (как все великие преступники) Семена Могилевича.

Чтобы договориться с контрагентом, необходимо постичь его логику и мотивацию. Виктор Ющенко и Юрий Ехануров еще не окончательно опоздали это сделать.

Политически газовый кризис выгоден Виктору Ющенко и его избирательному блоку «Наша Украина». Нации всегда сплачиваются перед лицом серьезной угрозы, особенно – исходящей извне. У Ющенко есть шанс мобилизовать свой потенциальный электорат методом «от противного». Кроме того, газовый кризис способен изменить сам контекст выборов. В ситуации, когда спасение страны от энергетической катастрофы становится проблемой и задачей N 1, вопросы коррупции, недостойного поведения близких чьих-то близких родственников и обилие невнятных трагифарсовых персонажей в избирательных списках неизбежно отходят на второй план. Кризис может стать для президента Украины тем же, чем в 1999 году явилась для Путина вторая чеченская война.

При максимально неблагоприятном развитии ситуации убытки Украины (государства и основных экономических субъектов) от новых условий торговли газом составят в 2006 году до $4 млрд. Эти убытки могут быть компенсированы за счет:

- повышения тарифов на транспортировку газа через территорию страны;

- повышения арендной платы для Черноморского флота РФ;

- изменения экономической логики использования Керченского пролива;

- и, наконец, поступлений от легитимации приватизации – тех самых доплат за предприятия, проданные плохим государством и купленные хорошими бизнесменами за бесценок в 1993-2004 годах.

В свое время мы (Институт национальной стратегии) прикинули, что легитимация приватизации может принести Украине $15-17 млрд. Этого вполне достаточно не только для того, чтобы путем открытых и скрытых дотаций спасти от разорения химическую и металлургическую отрасли. Но и для того, чтобы реализовать, наконец, легендарную программу внедрения энергосберегающих технологий, которая оценивается разными экспертами в $7-9 млрд.

Так что для национального расстройства и тем более паники нет никаких оснований. Украинско-российский кризис, чья острая фаза проходит в форме кремлевской газовой атаки, - это никакая не беда. А шанс, поле возможностей для Украины. Плацдарм, с которого возможен новый рывок к сильному, самостоятельному во всех смыслах государству.

Последний гвоздь программы, исполняемой для Украины Владимиром Путиным, надо встретить хорошо подготовленными бурными аплодисментами.