Канский Чернобыль: как депутатская семья 17 лет «тушит» ядовитый полигон и зарабатывает на этом миллионы

В десяти километрах от Канска лежит ядовитая гора, которая медленно дымит уже 17 лет. Местные зовут её своим Чернобылем. Там горит лигнин — отходы биохимического завода, которые выделяют формальдегид, фенол и прочий набор веществ, от которых портятся лёгкие и жизнь в целом.

По информации телеграм-канала «Красноярский лев» история тянется с 1957 года, когда в Канске заработал биохимический завод. Он делал технический спирт из опилок, а выжатые опилки — лигнин, свозил на полигон. Лигнин ядовит, но до 2006 года о нём хотя бы кто-то думал: завод следил за хранилищем. После банкротства предприятия свалка стала бесхозной.

В 2008-м она загорелась. С тех пор, если ветер идёт в сторону города, дышать становится невозможно. Ближайшие деревни — Чечеул, Ашкаул, Бражное, Зелёный Луг — задыхаются регулярно.

Первая попытка «похоронить» проблему

В 2010 году на ликвидацию возгораний ушло 50 миллионов рублей. Лигнин засыпали землёй и глиной, создав защитный саркофаг. К 2015-му он дал трещины, и тление началось снова.

Жители писали жалобы в Канскую администрацию, в край, в Роспотребнадзор. Ответы были одинаковыми — «работы будут проведены». Но ничего не менялось.

Появляется семейный подряд

В 2020 году из краевого бюджета выделяют 26,8 миллиона рублей на «окончательное» тушение. Контракт получает Кристина Петрова, жена депутата Канского горсовета Андрея Петрова.

По документам, она завезла на полигон 134 тысячи кубометров золошлака, грунта и глины. На деле, как утверждают местные депутаты, на площадке в лучшие дни работало максимум пять машин, а в некоторые — всего полторы. Часть техники принадлежала не Петровой, а Канской ТЭЦ.

Водители жаловались, что нет топлива. Шлак складировали в стороне от прогаров, а глину брали из остатков десятилетней давности.

Несмотря на это, в ноябре 2020-го глава Канского района Заруцкий бодро рапортует о полной ликвидации задымления. Петрова получает почти всю сумму контракта.

Полтора года тишины

К середине 2022 года саркофаг снова треснул. Городская администрация пыталась подсыпать грунт, но трещины только росли. Петрова ответственности не понесла.

В 2023 году за «окончательное» решение вопроса взялся уже сам депутат Андрей Петров. Его фирма «Регион 24» получила 11,7 миллиона рублей. По контракту он должен был закупить золошлак на Канской ТЭЦ и привезти его с расстояния 37 километров.

Как заработать на ядовитом дыме

Следствие выяснило: Петров решил сэкономить и завёз на полигон бесплатную золу с котельной в Чечеуле, что в десяти километрах. Материал не подходил для тушения, но в актах Петров написал, что использовал именно золошлак с ТЭЦ.

Из резервного фонда правительства края ему выплатили всю сумму. Ущерб бюджету — 11 миллионов рублей.

В 2024 году лигнин снова начал дымить.

Условный приговор

Заместитель Генпрокурора Дмитрий Демешин поручил возбудить дело о мошенничестве в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК РФ). Прокуратура требовала реального лишения свободы.

Суд назначил Петрову три года условно и штраф 500 тысяч рублей. Прокуратура заявила, что будет обжаловать приговор.

Лигнин всё ещё тлеет

Сейчас край заказал разработку проекта по полной ликвидации полигона. Стоимость — 20 миллионов рублей. Сколько уйдёт на сами работы — пока неизвестно. Между тем, как сообщают в министерстве экологии, на лигнине зафиксированы два новых прогара.

И когда вообще начнется устранение проблемы — не знает никто.

Жители Канска давно перестали верить в обещания «окончательно и бесповоротно» потушить эту свалку. За 17 лет сменились подрядчики, главы района, премьеры края. Не меняется одно — ядовитый дым над городом. И ощущение, что для некоторых людей это не катастрофа, а стабильный источник дохода.