Кто отправит Кремль в отставку?

Народное возмущение планами Транснефти - читай, планами Москвы - по поводу прокладки нефтепровода на северном побережье Байкала, имеет все шансы вылиться в возмущение общей политикой Кремля.

Ситуация вокруг Транснефти обнажила многие проблемы внутренней политики России, остававшиеся до сих пор незаметными за многочисленными монетизациями и псевдонациональными проектами. Некомпетентность руководства, полная безответственность властей, коррупция на всех уровнях – все эти проблемы очевидны, но сейчас они проявились как никогда наглядно.

Основным вопросом, поднятым дискуссией вокруг нефтепровода, стал вопрос о легитимности власти. Проблема в том, что власть – это временный подарок группе людей от выбравшего их народа. Беда, если власть начинает считать этот подарок вечным или, что еще хуже, думать, что народ не вправе отобрать этот подарок назад. Как раз имеет. Для этого перед народом нужно всего лишь поставить вопрос о легитимности.

Чем отличается власть законная от власти, насильственно присвоенной кучкой бандитов? Всего лишь согласием населения признать эту власть. Однако власть при этом должна исполнять волю народа – а никак не наоборот.

В ситуации же с нефтепроводом все оказалось перевернуто с ног на голову. Весь народ – имеется в виду, само собой, не народ, живущий в Москве, а народ, живущий в районе строительства нефтепровода – против строительства. Против строительства и местные власти, и даже нелегитимный губернатор, насильственно посаженный в это кресло вопреки Конституции страны, тоже против. За строительство стоят лишь федеральные власти. Причем власти даже не особенно скрывают, что строительство это ведется не столько для народа, сколько для обогащения группы московских чиновников.

Тем самым федералы однозначно ставят себя в положение власти нелегитимной, власти, не поддерживающей народ и не поддерживаемой народом. Что это означает?

Означает это в первую очередь то, что народ имеет полное юридическое право не подчиняться этой власти. Для Кремля это может обернуться боком уже в ближайшее время, когда в отместку за трубу народ не придет на референдум по объединению. Однако референдум может показаться цветочками, если ситуация разовьется в соответствии с логикой и здравым смыслом.

Далеко не в лучшей ситуации оказался и сам президент. Уже высказав мысль о необходимости проведения нефтепровода в предложенном Транснефтью варианте, от этой идеи он откажется уже вряд ли – что в очередной раз скомпрометирует его в глазах Европы и даст очередную порцию козырей в руки оппозиици. В то же время народ пока что еще ждет решения от президента – так как еще с крепостных времен население привыкло надеяться на батюшку-царя и его веское слово. Вот только если это слово оказывается вразрез с народными чаяниями – тогда может оказаться, что проще не подчиниться и сделать по-своему. Так как людей – их много, а президент, как ни крути – один.

Не открою никакого секрета, если выскажу банальную мысль: в Сибири Москву не любят. Нелюбовь эта имеет мощные исторические корни – в самом деле, за что любить столицу и ее чиновников потомкам ссыльных, переселенцев, кулаков, белогвардейцев, политических и прочих декабристов. Более того – Москва всегда рассматривала Сибирь как колонию, Сибирь же всегда рассматривала жителей европейской России, в той или иной степени, как колонизаторов.

Идея отделения зреет в Сибири давно. Правда, в дореволюционные времена "тюрьма народов" не особо стремилась к разделению на отдельные княжества – скорее наоборот, император могучей рукою объединял и соединял разные земли и народности. В советское время, само собой, с самостийностью тоже особо разбежаться было некуда. А вот в новейшее время с этим стало несколько проще, так как прецедентов хватало. Правда, стараниями первого российского президента и его Конституции у российских народов было отобрано право на самоопределение – отобрано вопреки всем международным нормам – но принцип народного бунта, бессмысленного и беспощадного, в общем-то, еще никто не отменял.

Своими действиями, ведущими к собственной нелигитимности, российское правительство само толкает сибирских сепаратистов к активным действиям. Резкий протест против прокладки нефтепровода – то есть против использования Сибири в качестве колонии – как нельзя лучше ложится на идеи областничества и, что самое интересное, получает широкую народную поддержку. При общей нестабильности федеративного устройства в России, при значительных центробежных процессах на окраинах империи, эти настроения могут перерости в идею, которая, как известно, побеждает тогда, когда овладевает массами.

В случае, если Москва настоит на своем и все-таки проложит нефтепровод по берегу Байкала, она автоматически получит в самом центре Сибири мощнейшую оппозицию всему правящему режиму и всему федеративному устройству. Все последующее время Кремлю придется ощущать за своей спиной "пятую колонну", способную пойти наперекор в самый неподходящий момент.

Впрочем, если Кремль согласится с требованиями возмущенных иркутян, это также может ухудшить его положение. Пятнадцать лет российский народ жил в состоянии глубокой депрессии, и вот он впервые самостоятельно вышел на улицу с сознательными гражданскими требованиями. Успех народного движения естественным образом воодушевит его организаторов и приведет к росту гражданской сознательности снизу – то есть к тому, чего так долго и безуспешно добивались российские либералы. Чем это может закончиться для Кремля – одному богу известно.

Однако, как бы ни развивались события в будущем, пока что ситуация для кремлевских властей складывается крайне неблагоприятная. Народ полнится пониманием нелегитимности, недейственности, безответственности власти, а вся история говорит нам, что такое понимание редко заканчивалось для властей благоприятно.

Вопрос лишь в том, кто первым поставит вопрос о голом короле.