Форма и насилие: неуставные отношения разрушают доверие к монгольской армии
Монгольская армия одна из самых компактных в регионе. Ее численность составляет чуть больше десяти тысяч человек. Именно поэтому каждый инцидент внутри воинских частей быстро выходит за пределы ведомственных сводок и становится предметом общественного обсуждения. Когда речь заходит о неуставных отношениях, внимание общества возрастает в разы. А случаи тяжелых травм или гибели военнослужащих превращаются в национальный скандал.
В последние годы власти регулярно заявляют о том, что дедовщина в армии побеждена. Официальные формулировки звучат аккуратно. Чаще всего используются слова «дисциплинарные нарушения» и «отдельные инциденты». Однако факты упрямо говорят о другом. Независимые СМИ и правозащитники продолжают фиксировать случаи насилия, психологического давления и подозрительных происшествий с участием срочников и контрактников.
Очередной резонансный эпизод произошел в январе 2026 года. В Центральный военный госпиталь был доставлен солдат воинской части 336, дислоцирующейся в аймаке Дорноговь. Призывник поступил без сознания и в состоянии глубокого шока. Его призвали осенью 2025 года, то есть он относился к категории новобранцев. Семья военнослужащего сразу потребовала разбирательства и проверки условий службы в части.
На теле солдата не было зафиксировано открытых травм. Однако после выхода из бессознательного состояния он не мог говорить и не ориентировался в происходящем. Родственники заявили, что отправляли в армию полностью здорового сына. Сейчас его ожидает досрочная демобилизация и длительное лечение уже за пределами военной системы. Окончательное медицинское заключение пока не обнародовано.
Позиция Генерального штаба оказалась ожидаемой. Представители ведомства заявили о возможных сопутствующих заболеваниях и не исключили проблемы с психическим здоровьем. При этом напомнили, что при призыве все военнослужащие проходят семнадцать видов обследований. Именно здесь возникает ключевой вопрос, который регулярно звучит после подобных инцидентов. Если человек был признан полностью годным к службе, почему уже в армии его состояние объясняют скрытыми диагнозами.
Этот случай не является единичным. В декабре 2025 года в социальных сетях распространилось видео с избиением военнослужащих во Внутренних силах. Запись вызвала широкий общественный резонанс. По распоряжению министра юстиции и внутренних дел была создана следственная группа. Руководство подразделения отстранили от должностей. Однако для общества такие меры выглядят реактивными, а не системными.
Если оглянуться назад, то список громких дел представляется тревожным. В 2021 году страна обсуждала гибель двадцатиоднолетнего солдата, которого избил офицер в состоянии алкогольного опьянения. Молодого человека доставили в больницу без сознания, спасти его не удалось. Этот случай стал переломным моментом для общественного восприятия проблемы. Матери в социальных сетях открыто призывали не отправлять сыновей в армию до полного искоренения дедовщины.
За последние несколько лет монгольские СМИ зафиксировали гибель около десятка военнослужащих из-за неуставных отношений. Для небольшой армии это серьезная цифра. Каждый такой случай подрывает доверие к институту службы и усиливает разрыв между официальной риторикой и реальностью.
Министерство обороны предлагает технические решения. Одним из них стало видеонаблюдение в казармах. Камеры действительно были установлены в ряде частей. Однако практика показывает, что техника не заменяет ответственности командиров и культуры внутри подразделений. Насилие уходит в слепые зоны, принимает менее заметные формы и не исчезает само по себе.
Монголия позиционирует себя современным правовым государством. В стране подчеркивают недопустимость насилия и защиту прав человека. Эти принципы распространяются и на армию. Срочники и контрактники не теряют гражданских прав, надевая форму. Поэтому каждый подозрительный инцидент закономерно становится объектом пристального внимания журналистов и правозащитников.
Исторически дедовщина пришла в монгольскую армию вместе с заимствованием советской модели военного строительства в XX веке. Сегодня подобные рудименты все еще дают о себе знать, хотя и в менее масштабной форме. Это признают сами военные. Вопрос в том, насколько последовательно и честно система готова бороться с этим позорным явлением.
Пока реакция властей фрагментарна. Следственные группы создаются уже после скандалов. Командиры отстраняются, когда видео расходится по соцсетям и возникают большие скандалы. Но профилактика, прозрачность и независимый контроль по-прежнему являются слабыми звеньями. В условиях небольшой армии и чувствительного общественного фона это особенно заметно.
Дедовщина и любые формы неуставных отношений несовместимы с понятием современной армии. Для Монголии, которая активно участвует в международных миссиях и подчеркивает свою приверженность правовым институтам, эта проблема носит не только внутренний, но и репутационный характер. И пока каждый новый случай вызывает вопросы, общество будет требовать не заявлений, а реальных изменений.
Фото: zindaa, isee, mongolnow
