Государственная экологическая экспертиза продается и покупается?
Деятельность Ростехнадзора в последнее время привлекает все большее внимание общественности в связи с обострившейся экологической обстановкой. Очевидна его неспособность или нежелание противостоять разрушительным для природы проектам дельцов и государства.
Совсем недавно служба оказалась в центре громкого скандала в связи с прокладкой нефтепровода в сейсмически опасной зоне по берегу Байкала, что гарантировано приведет к периодическим выбросам нефти в это уникальное озеро. Проект вызвал резкий протест общественности и учёных. Мы недавно писали о том, что против строительства высказалось руководство Сибирского отделения РАН. Государственная экологическая экспертиза дала отрицательное заключение по проекту, однако Пуликовский, нимало не смущаясь, отменил его, продемонстрировав таким образом зависимый, чтобы не сказать продажный, характер Ростехнадзора.
30 марта состоялась пресс-конференция руководителя Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (Ростехнадзора) К.Б. Пуликовского. Она была посвящена итогам работы службы за 2005 год, подведённым на расширенном заседании Коллегии службы, которое прошло 28 и 29 марта.
Предлагаем вам репортаж о пресс-конференции.
Государственная экологическая экспертиза становится коммерческой
30 марта состоялась пресс-конференция руководителя Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (Ростехнадзора) Константина Борисовича Пуликовского. Она была посвящена итогам работы службы за 2005 год, подведённым на расширенном заседании Коллегии службы, которое прошло 28 и 29 марта.
К.Б.Пуликовский отчитался по статистическим показателям и рассказал об устройстве Ростехнадзора. Во время последующей беседы с журналистами был затронут вопрос о судьбе государственной экологической экспертизы в России.
Принципы экологической экспертизы в действующем российском законодательстве закреплены в Законе “Об охране окружающей природной среды” (ст.35), выделяющем среди них принципы: обязательности, научной обоснованности, независимости (вневедомственности) в организации и проведении, широкой гласности и участия общественности, а также в законе “Об экологической экспертизе”, добавляющем принципы презумпции потенциальной экологической опасности и приоритета экологической безопасности, комплексности оценки, достоверности и полноты информации, гласности, ответственности. “ГЭЭ является обязательной мерой охраны окружающей природной среды, предшествующей принятию хозяйственного решения (ст. 36), а финансирование и осуществление работ по всем проектам и программам производится только при наличии положительного заключения ГЭЭ...” (ст. 70). Государственная экспертиза является на сегодняшний момент главным механизмом недопущения реализации потенциально опасных для состояния окружающей среды проектов.
ГЭЭ оказалась под угрозой после того как после того как комиссия экологов сумела приостановить строительство трубопровода из Восточной Сибири в Дацин. Владимир Путин не раз заявлял, что считает строительство этого трубопровода крупнейшим народнохозяйственным проектом, сопоставимым по значению с БАМом. Однако первоначальный маршрут трубопровода, проходивший по южной оконечности Байкала, был полностью забракован экологами. “Проект стал на сотни миллионов долларов дороже, так как было принято решение пойти по северной оконечности Байкала, - сказал по этому поводу президент. - Экологические экспертизы не должны препятствовать развитию страны и ее экономики. Поймите правильно, мы только начинаем что-либо делать, одна из линий атаки против нас - всегда экологические проблемы”. Высказанная позиция соответствует российской доктрине развития, озвученной президентом в работе “Минерально-сырьевые ресурсы в стратегии развития российской экономики” (2000): “главной целью федеральной политики является экономический рост, основанный на эксплуатации природных ресурсов”.
Экологи не соглашаются с таким подходом. По мнению сопредседателя экологической группы “Экозащита” Владимира Сливака, подобные заявления президента могут означать попытку передать контроль за распределением крупных инвестиционных проектов в другие руки: “Экспертиза - это разрешительный барьер между экономическими интересами и интересами окружающей среды. Обойтись без нее не получится. Но вполне возможно, что в ближайшем будущем попытаются передать ее в какое-нибудь специальное ведомство, которое будет выдавать разрешительные документы нужным предприятиям”. Директор по программам “Гринпис России” Иван Блоков заявил “Возможно, президент не особо информирован о состоянии окружающей среды в России и о законах, защищающих ее. Сегодня государственная экологическая экспертиза не дает стопроцентной гарантии, но она хотя бы помогает соблюдать природоохранное законодательство. Если от нее отказаться, скорее всего, начнется полный разгул уничтожающих природу строек и серьезное увеличение инвестиций в опасные области” (Материалы интервью были опубликованы 27 июля 2005 года в “Газете”).
Представители законодательной власти поначалу не поддержали столь однозначную позицию президента. “Никаких планов об отмене экологической экспертизы не существует. Ни в комитете (по экологии Госдумы), ни, насколько я знаю, в правительстве нет планов отменять юридический институт государственной и общественной экологической экспертизы”, - сообщил в интервью для РИА Новости глава думского Комитета по экологии Владимир Грачев в ноябре прошлого года.
Константин Пуликовский также отметил необходимость существования института ГЭЭ, но финансирование экспертизы по его мнению должно происходить за счёт частных компаний. Тенденция к коммерциализации ГЭЭ наметилась еще при Андрее Малышеве, предшественнике Пуликовского на посту главы Ростехнадзора.
Ростехнадзор может наказать природопользователя только если он не соглашается провести экспертизу за свой счёт. Учёные-экологи же считают, что если собственник финансирует проведение экспертизы, то она скорее всего не будет добросовестной.
Единственной сферой, где ГЭЭ останется по-настоящему государственной, будут “особо опасные производства”: если речь идёт об атомной энергетике и радиоактивной опасности. Подобная практика существует в странах Западной Европы. “После изучения этого вопроса я направил письмо в Минфин и буду способствовать тому, чтобы эта часть экспертиз оплачивалась государством”, - заявил Пуликовский.
Сейчас обсуждается проект строительства АК “Транснефть” нефтепровода Восточная Сибирь – Тихий Океан по маршруту “Тайшет-Перевозная”. Он альтернативен забракованному экологической экспертизой проекту “Ангарск-Дацин”, который предполагал прохождение трубы рядом с южным берегом озера Байкал. Согласно новому проекту нефтепровод должен пройти в 700 метрах к северу от Байкала, в зоне сейсмической активности. Проект не устраивает общественность и учёных. Мы недавно писали о том, что против строительства высказалось руководство руководство Сибирского отделения РАН. ГЭЭ дала отрицательное заключение проекту, однако Пуликовский отменил его. “При реализации проекта будут использованы самые совершенные технологии, - говорит глава Ростехнадзора, - в случае землетрясения нефть действительно может пролиться в Байкал, однако технологий, позволяющей предотвратить такую аварию, не существует”. Пуликовский заявил, что протест против строительства инициирован “силами, которым очень невыгодно, чтобы в России появился нефтепровод, который пойдёт в Азиатско-Тихоокеанский регион”.
