«Запасной аэродром» для миллиардов: банкротство УКСа Иркутска
Как депутат и застройщики, аффилированные с ним, готовят городское предприятие к банкротству, выводя активы через свежее ООО.
Пока дольщики ЖК «Эволюция» годами ждали свои квартиры, руководство структуры, которую возглавляет депутат думы Иркутска Александр Сафронов, готовило «запасной аэродром». Даже поверхностный анализ открытых данных и документов судебных процессов показывает: городское предприятие целенаправленно ведут к банкротству, а бюджетные деньги и средства дольщиков могут уйти в неизвестном направлении.
Золотой актив «Пионера» и дыра в бюджете
Чтобы понять масштаб схемы, нужно вернуться к 2022 году. Именно тогда УКС выставил на продажу землю стадиона «Пионер» – стратегический участок в центре Иркутска. Официальная версия директора УКС и депутата Александра Сафронова звучала благородно: вырученные средства спасут ЖК «Эволюция» от банкротства и помогут рассчитаться с дольщиками.
Участок ушел забайкальскому предпринимателю, а затем был перепродан структурам, связанным с крупным застройщиком – ГК «Альфа». Однако ожидаемого финансового оздоровления не произошло. Деньги от продажи лакомого актива, похоже, не смогли заткнуть дыру. Более того, вместо завершения всех обязательств, в конце прошлого года дольщики, уставшие ремонтировать свежие квартиры «Эволюции», подали в суд на АО «УКС города Иркутска» с требованием о банкротстве.
Пока УКС судится с дольщиками на сумму в несколько миллионов (что для стройки – копейки), судьба «Пионера» продолжает обрастать уголовными следами. Глава СК РФ Александр Бастрыкин лично поручал возобновить расследование уголовного дела о нарушениях при продаже стадиона, которая, по данным следствия, могла пройти по заниженной стоимости. А в декабре 2025 года суд постановил вернуть стадион городу, признав сделку незаконной. Однако вместо исполнения решения мэрия и сам УКС подали жалобы, пытаясь оттянуть возврат земли.
Митинг в защиту стадиона Пионер
Параллельно пока идут суды, руководство УКСа, судя по всему, уже придумало, куда спрятать будущие доходы. Главная находка нашего расследования – существование ООО «УКС. Управление проектами».
Согласно данным ЕГРЮЛ, эта компания была зарегистрирована 26 июня 2025 года – то есть в самый разгар кризиса и предбанкротных процессов. Юридический адрес: улица Сухэ-Батора, 13. Учредителями новой структуры выступили само АО «УКС города Иркутска» и ООО «Специализированный застройщик "УКС города Иркутска"».
Налицо классическая схема вывода активов. На фоне приближающегося банкротства АО, на которое подают иски дольщики, создается новая «дочка» с минимальным уставным капиталом (всего 10 тысяч рублей) и свежим руководителем – неким Айтамировым Хусейном Умаровичем.
Зачем это нужно?
Как только на счета УКСа начнут поступать средства с эскроу-счетов от продажи квартир в ЖК «Возрождение» (последняя очередь печально известной «Эволюции»), эти деньги могут быть переведены в это свежее ООО. Поскольку формально новая фирма не обременена долгами перед дольщиками (общая сумма исков которых, напомним, составляет «всего» несколько миллионов), вывести их из-под удара кредиторов будет технически просто. АО останется с долгами и пойдет под нож банкротства, а ликвидные активы и средства уйдут в частную структуру, неподконтрольную городской думе, где заседает Сафронов.
Особый интерес в этой истории представляет личность самого Александра Сафронова. Депутат и руководитель УКСа тесно связан с семьей иркутских застройщиков Чеботаревых.
Напомним, что именно структуры, близкие к Чеботаревым (ГК «Альфа»), стали бенефициарами скандальной сделки по стадиону «Пионер». Получается замкнутый круг: городское предприятие под руководством депутата продает частникам землю, чтобы покрыть свои долги, но долги не закрывает. Затем, когда предприятие оказывается на грани краха, создается новая фирма, куда, вероятно, будут слиты деньги от новых строек. Старые кредиторы (дольщики) остаются ни с чем.
Сейчас в Арбитражном суде решается вопрос о введении внешнего управления УКСа. А это – последний шаг перед банкротством. И за ним – никакой помощи дольщикам. И никакого реального расследования роли и поступков руководства банкротящейся организации.
