Страстной четверг — время очищения
В христианской традиции Пасха считается величайшим из праздников, поэтому ей предшествует длительная подготовка — Великий пост. Предполагается, что в это время человек очищает себя духовно от всего греховного, чтобы достойно встретить Воскресение Христово. Последняя неделя поста — самая важная; она именуется Страстной седмицей, а все её дни называют «Великими», потому что в это время вспоминают последние дни Спасителя на земле: Тайную вечерю, предательство Иуды, суд, распятие и погребение Иисуса Христа. Последние дни Страстной седмицы — время вселенской скорби: в старину наиболее благочестивые прихожане в эти дни вообще отказывались от еды и сохраняли молчание, а другие позволяли себе лишь минимальное «сухоястие» (неварёную пищу). Считалось большим грехом в это время веселиться, петь песни (кроме «божественных» - духовных стихов), кричать или ссориться, даже детям запрещали играть и шуметь.
Богослужения Великого четверга связаны с воспоминанием Тайной вечери, на которой Иисус Христос установил таинство Евхаристии (освящение хлеба и вина) и совершил омовение ног учеников, а также «моление о чаше» в Гефсиманском саду и предательство Иуды.
Великий четверг в народной традиции
Четверг на Страстной неделе у всех славян считался одним из важнейших дней года. Его обычно называли Чистым, потому что главной его традицией было ритуальное очищение людей и всего их окружения. Хозяйки начинали прибираться ещё в Великий понедельник, а в четверг и пятницу завершали уборку в хозяйстве и украшали дом к празднику: расстилали новые половики, развешивали на стенах, окнах и божницах вышитые полотенца, и т. д. Считалось, что если в Чистый четверг всё вычистить и выскоблить как следует, то «весь год чистота в избе водиться будет». Скопившийся за зиму мусор — старые вещи, прелую солому, мусор и прочий хлам — сжигали во дворах или спускали по воде, чтобы таким образом «сплавить» всевозможные несчастья.
После очищения пространства принимались за себя: считается, что всем домочадцам в Чистый четверг непременно нужно как следует вымыться, «смыв» с себя все горести и болезни. В деревнях в этот день непременно парились в банях, а иногда и окатывали друг друга водой, зачерпнутой из реки или источника, или даже купались в реке ради здоровья, долголетия и защиты от порчи. Девицы умывались «с серебра» (положив в воду серебряную монетку), чтобы весь год быть чистыми и красивыми. За свежей водой для умывания принято было ходить затемно, «до петухов», «покуда ворон крыла не обмакнул».
Воскресение Христово воспринималось как полное поражение злых сил, угрожающих человечеству, поэтому Страстная и Пасхальная недели считались самым подходящим временем для изгнания нечистых духов. Чтобы на весь год оградить себя от козней ведьм и бесов, поселяне возводили символические преграды: объезжали дом верхом на кочерге или помеле, очерчивали мелом или косой, обливали углы водой, окуривали жилище можжевельником.
Самой надёжной защитой от зла повсюду считался огонь. В некоторых местах в Чистый четверг даже обновляли все очаги в селении с помощью «живого пламени» - огня, добытого по старинке, трением. Кроме того, «божественный огонь» приносили домой из церкви: после вечернего богослужения «Двенадцати страстных Евангелий» каждый прихожанин бережно нёс домой горящую свечку, стараясь, чтобы она не погасла (если погаснет, считали в народе, то с её обладателем вскоре случится несчастье). Чтобы защитить свечку от ветра, её иногда окружали бумажным фонариком красного, желтого или оранжевого цвета. Дома от четверговой свечи первым делом зажигали лампаду, «чтобы не угасла благодать Господня в доме», а потом хозяин обходил со свечой всё хозяйство – дом, хлев, амбары, заглядывая в каждый тёмный уголок, чтобы таким образом освятить подворье. Копотью такой свечи выводили кресты на матице, над входной дверью и окнами, преграждая путь нечистой силе.
Наибольшая магическая сила приписывалась свече, которую зажигали во время церковной службы не только в четверг, но и в пятницу при выносе плащаницы, а также на утрене Светлого Воскресенья. Огарок такой свечи хранили весь год, на следующий Великий Четверг от него поджигали утром дрова в печи. Четверговую свечу зажигали перед иконами в Юрьев день, когда первый раз выгоняли коров в поле, и во время сева, а также во время больших гроз, чтобы уберечь дом от молнии. Страстной свечой благословляли молодых, жгли её при тяжелых родах, давали в руки страдающему от сильной болезни или поили больного водой, которой обливали огарок свечи. К тому же такую чудодейственную свечу брали с собой в тех случаях, когда опасались нападения нечистой силы: например, с ней искали клады или цветок папоротника, а также «выслеживали» домового, чтобы получить от него шапку-невидимку.
В Великий четверг крестьяне запасались ещё одним оберегом — освящённой четверговой солью. Между прочим, обычай класть под престол храма соль для освящения упоминается ещё в постановлении Стоглавого собора 1551 года: «...некоторые же невейгласы попы в Великий четверток соль под престол кладут, и до седьмаго четверга по Велице дни тамо держат, и ту соль дают на врачевание людем и скотом». Такой обычай вроде как осуждался отцами церкви, но тем не менее, благополучно дожил в некоторых областях до XIX века. В других местах соль для освящения клали на хлеб и оставляли под иконами до Пасхи, либо выносили в четверговую ночь под звезды. Нередко применяли «перепекание», для чего соль пережигали в печи, перетирали в ступке, просеивали и бережно хранили потом весь год. Подобная соль внешне напоминала золу, однако почиталась в народе насколько чистой и священной, что ею лечили людей и скот практически от любого недуга и даже порчи, использовали как оберег от всего «нечистого». В Пасху четверговой солью приправляли освященные в церкви яйца. Кроме того, такую соль вместе с просфорами, полученными в церкви, добавляли в зерна при первом севе и давали скоту при первом выгоне в поле.
На Страстной четверг в старину приходилось множество разных обрядов, связанных с домашними животными. Коров, лошадей и домашнюю птицу символически «ограждали», чтобы животные не болели и держались дома, не терялись во время летнего выпаса. С этой целью, например, заставляли детишек на рассвете оббегать двор с коровьими колокольцами в руках, выкрикивая: «Около двора железный тын!»; а хозяйки тайком на рассвете надевали на колья забора перевернутые горшки. Кур в этот день кормили из обруча, чтобы держались своего двора. Хозяйки устраивали животным «перекличку»: соседки ходили и стучали друг к другу в окна, спрашивая: «Дома ли коровушки (лошадушки, курочки и т.д.)?», а им отвечали: «Дома, дома!». В костромских деревнях еще в начале XX в. совершали такой ритуал: девушка «до солнца» садилась на помело, распускала волосы и в одной рубахе объезжала дом и двор, после чего, подъехав к окну, обращалась к матери: «Тетка Анна, скотина дома?»; та отвечала: «Дома!» и благословляла, так повторяли три раза.
Особым защитным ритуалом было «кормление», с помощью которого надеялись уберечь хозяйство от разных враждебных существ. Например, в некоторых губерниях в Великий четверг ставили на ночь во дворе еду (кашу или овсяный кисель), либо символически приглашали к ужину Мороза или волка, медведя. Хозяин при этом выкрикивал приглашение с крыльца или в окно: «Мороз, мороз! Иди кисель есть! Не бей наш овес, нашу рожь, а бей быльник да крапивник!», «Волки, медведи, лисицы, куницы, зайцы, горностайцы, идите к нам кисель есть!» и т. п. Считалось, что такой ритуал защитит молодые всходы от заморозков или потравы, а скот не тронут хищники во время летнего выпаса.
Задабривать иногда могли и нечистых духов, надеясь на их помощь. Например, хозяин, желающий увидеть домового, в Чистый четверг брал страстную свечу и поднимался с ней на чердак: считалось, что домовой непременно покажется там где-нибудь в тёмном углу. Чтобы суседка» оберегал скот и хозяйство, не мучил лошадей и любил домочадцев, в Великий четверг клали ему под угол дома еду или оставляли на чердаке яйцо (чтобы и домовой мог «разговеться» на Пасху), а также читали приговор: «Чужой домовой, ступай домой, а свой домовой, за скотиной ходи, скотину паси».
Самые древние ритуалы «задабривания» у славян были связаны с духами усопших. Старинные поучения против язычества с негодованием сообщают, что прихожане в Чистый четверг радушно встречали умерших-навий, прилетающих в виде птиц: жгли для них костры у ворот, оставляли на столе на ночь кутью и воду, топили бани, вешали там полотенца и рассыпали пепел (рассчитывая утром обнаружить на этом пепле птичьи следы от навьих лап).
В средневековых поверьях навьи выступают как опасные для людей существа, неупокоенные духи; но в древности, возможно, так обозначали души умерших вообще. У всех восточных славян даже в XIX веке было распространено поверье, что в Чистый четверг духи предков прилетают на землю, проводят своё богослужение и навещают живых родственников. «Душеньки» приглашали к семейной ритуальной трапезе или оставляли для них еду и воду для мытья, а также разводили в Страстной четверг костры во дворах или у могил, чтобы помочь «родителям» согреться после зимних холодов.
