Из огня да в полымя: злоключения Бодайбо
Осенью 2025 года действующий мэр Бодайбинского района Евгений Юмашев заявил, что текущий срок полномочий станет для него последним. Акела устал и больше не хочет избираться. И природа, словно проверяя чиновника на прочность перед исходом с тонущего корабля, буквально взбунтовалась.
Ну или как иначе объяснить череду катастроф, накрывшую Бодайбо и район за последние несколько месяцев?
Минувшей зимой авария на котельной №7 – одном из ключевых узлов старой системы «Тепловодоканала» – привела к тому, что температура теплоносителя упала до 35–40 градусов. В домах на улицах Поручикова, Труда и Комсомольской стало холодно, а из кранов с горячей водой едва ли текла теплая жидкость. Авария стала событием федерального уровня.
«Огромная просьба ко всем жителям: для скорейшего восстановления нормального теплоснабжения… не сливать горячую воду из системы отопления», – взывала к горожанам администрация, пытаясь спасти остатки давления в сети. Однако изношенность жилого фонда и попытки жильцов самостоятельно «прокачать» систему лишь усугубили коллапс. Прокуратура оперативно внесла представление главе поселения, а Следственный комитет организовал проверку по статье 238 УК РФ (оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности) .
Зиму выдержали. Кое-как подлатали теплосети. Но весна преподнесла новый, еще более болезненный удар.
В ночь на 10 мая 2026 года льды на реке Витим пришли в движение. Стихия безжалостно вытолкала водозаборную станцию «Роса» прямо на берег, словно игрушечный кораблик. Город, где проживает около 7,5 тысяч человек, мгновенно остался без питьевой воды.
Под отключение попали 12 котельных и 169 жилых домов. В зоне бедствия оказалось почти шесть тысяч человек, включая полторы тысячи детей. Школы и детские сады временно прекратили работу – писать Всероссийские проверочные работы юным бодайбинцам предстояло лишь после подключения санитарных узлов.
«Стандартные решения не сработали, а нестандартные потребовали больше времени», – философски заметил руководитель ресурсоснабжающей организации Сергей Мазур, пока коммунальщики в авральном режиме пытались запустить систему. Пока копались в оборудовании, на помощь пришла авиация. Из Иркутска спецрейсом доставили 5 тонн питьевой воды. В соцсетях жидкость тут же окрестили «золотой» – стоимость доставки в условиях, когда дороги размыты, а зима сменяется распутицей, действительно космическая.
Мэр Юмашев, уже превентивно попрощавшийся с постом, вновь вышел к людям с докладом. 12 мая он заверил, что систему запустили, но признал: вода из кранов идет желтая и техническая. Пить её категорически нельзя. Жителям посоветовали набраться терпения – пока системы заполнятся, пока Роспотребнадзор возьмет пробы и даст добро на использование, пройдут еще сутки.
Получается, последний срок мэра Юмашева проходит под девизом «Испытание стихией». Сначала город замерзал без тепла, затем иссох без воды. Можно было бы списать это на суровый северный климат и капризы погоды, если бы не одно «но»: главная причина заключается в том, что инфраструктура Бодайбо настолько изношена, что реагирует на любую смену сезона как на катастрофу. И, бесспорно, столица золотодобычи – лишь первый звоночек падающей коммунальной системы, существующей без реального «лечения» десятилетиями после развала СССР.
А какой город будет следующим?
