Блогнот. Фрики левого искусства

КЕН ЛОУЧ – 90

ДЕНИ ЛАВАН – 65

Два юбилея, два ярких культа, которые побуждают заметить, как резко ломается мир. Я не раз писал про Лоуча и всегда начинал с того, что его репутация столь же безупречна, как у королевы. Это была гипербола и метафора – но в прежней системе координат она работала и имела смысл. Иронический, конечно, поскольку все фильмы Лоуча были против британского капитализма и консерватизма. Его называли певцом пролетарской морали и одновременно христианских ценностей, о нём говорили как о гуру для молодёжи, о великом гуманисте нашего времени, его цитировали с не меньшим почтением, чем энциклики папы римского.

И вот теперь, заглянув в поисковые строки, я обнаружил в основном обсуждение интересной темы, антисемит Кен Лоуч или всё же не совсем. Сразу предупреждаю: здесь и сейчас мы это обсуждать не будем, не на этом парткоме. Как и конфликты внутри лейбористской партии, в которых режиссер принял весьма активное участие. Для меня остаются значимы его лучшие фильмы – вершины социального кино ХХ века, ставящие во главу угла человеческое достоинство.

«Кес», «Семейная жизнь», «Град камней», «Меня зовут Джо»... Никакого антисемитизма я в этих и других фильмах нашего фигуранта не обнаружил. Что касается радикальной левизны – да, не без этого, а этим кушаньем мы в последнее время слишком даже наелись. Тем не менее констатирую: баланс того, что можно назвать значительным искусством, пока что на левой стороне политического спектра.

Второй сегодняшний юбиляр – тоже фрик левого искусства. Дени Лаван сыграл 140 киноролей, но всё равно остался актёром чёрного романтика Леоса Каракса. Готовя в 1985 году полнометражный дебют «Boy Meets Girl», юный Каракс никак не мог выбрать актёра, которому доверил бы играть собственное альтер эго. Пока не встретил своего ровесника в агентстве для безработных артистов. Лаван сыграл и в последующих картинах режиссера – в «Дурной крови» и «Любовниках Нового моста». В последнем он изображает уличного акробата и огнеглотателя, влюблённого в полуслепую художницу. Сам бывший акробат, он освоил также искусство дыхания огнём и плавания в холодной воле Сены.

Лаван воплощал характерное для раннего постмодерна увлечение «новыми дикими», «неоварварами» и харизматичными монстрами. Его тема – прекрасное уродство инопланетного мутанта, чужого в нашем бездушном и прагматичном мире. В 2008 году Лаван снова снялся у Каракса – в новелле из трилогии «Токио!». Его персонаж по имени Дерьмо, живущий в городской канализации, опять появляется в фильме «Корпорация „Святые моторы“».

А совсем недавно Лаван сыграл выразительное камео в «Постороннем» у Франсуа Озона. Теперь он – мастер таких эпизодических появлений, но время чёрного романтизма, которое он воспел сорок лет назад, осталось далеко позади.

Автор: Андрей Плахов, кинокритик и киновед, кандидат искусствоведения

Фото: Getty Images, Global Look Press