«Не мусорить патриотичнее, чем махать флагами». Интервью с депутатом Антоном Бурмистровым. Эксклюзив
Депутат новосибирского горсовета Антон Бурмистров (КПРФ) рассказал Бабру о том, как чиновники перекладывают друг на друга ответственность за Чемской бор, как старое кладбище оказалось на балансе Министерства образования, почему губернатору стоит прислушаться к критике и многом другом.
— Антон, давайте начнем с самой насущной темы — Чемского бора. В чем главная проблема?
— Если в двух словах: мусор и выезд автомобилей в прибрежную зону. Причем мусор как раз привозят те, кто на автомобиле. И, как ни странно, с собой не забирают. Хотя обычно привозишь много продуктов, а увозишь намного меньше. Почему люди ленятся увозить — это большая загадка. Отношение потребительское: «Я имею право здесь мусорить, потому что здесь кто-то должен отвечать за чистоту».
А на выездном совещании 22 сентября 2026 года выяснилось, что отвечающих, по большому счету, нет. Все говорят: либо нет технической возможности, либо юридической. Три мешка на одной территории, три мешка на другой. Тут границы, здесь водоохранная зона, здесь лес, здесь Новосибирский район. Вот эта вся бюрократическая проблема. Я называю это «бюрократический пинг-понг»: одна структура говорит «это не мое», вторая говорит «это не мое, мы не можем потратить бюджетные средства, нас посадят». И вот этот клубок приходится распутывать — иногда получается, иногда нет.

— Что удалось решить по итогам совещания?
— Во-первых, ключевое: ответственные лица пообещали, что существующий мусор в этом календарном году будет убран. Это важно, чтобы он не ушел в зиму, не стал разлагаться. Во-вторых, наметили примерные пути решения на будущий сезон: установка контейнеров, их опустошение и какая-то техническая возможность препятствовать проезду большого количества автомобилей, чтобы мусора было меньше.
Вроде как удалось договориться на три больших бункера. Правда, там произошла небольшая пертурбация — реформа структуры, которая отвечала за лес. Надеюсь, в будущем сезоне будет меньше проблем. Естественно, будем стараться корректировать это в ручном режиме.
— А «Спецавтохозяйство» (ОГРН 1245400046440) взяло на себя ответственность?
— Они сказали: «Мы не против, вы с нами заключаете договор, платите бюджетные средства, а мы ухаживаем согласно условиям». Условия договора, как я понял, были составлены не очень корректно. Один контейнер в неделю — это очень мало для прибрежной зоны, три даже мало. Но хотя бы на три, я надеюсь, договор будет скорректирован на будущий год.
— Насколько остро проблема мусора стоит в вашем округе?
— Она стоит не только в моем округе, а в любом, особенно там, где есть водоемы, лесная зона, приезжающие туристы и отдыхающие. В любой части города, в любой части страны. Там, где есть более-менее здравый хозяин — муниципалитет или частная собственность, — проблем может быть меньше. Но, к сожалению, еще раз: это сознательность людей, которые считают, что кто-то за них должен убрать.
Хотя ничего сложного нет. Я сам, даже палочку от чупа-чупса или фантик от мороженого, засуну лучше в карман и донесу до контейнера, чем брошу там же, где съел. Это вопрос воспитания, культуры поведения, обращения с мусором.

— Вы упомянули культуру обращения с мусором. А как насчет культуры содержания домашних питомцев?
— Это примерно такая же проблема. Все думают, что зимой ничего сложного нет: собака справила нужду, а весной мы наблюдаем «подснежники» на тротуарах. Но, если честно, мне кажется, культура постепенно начинает выправляться. Я вижу людей, которые мусор выбрасывают в нужных местах, увозят с собой. И приятно видеть, когда хозяева питомцев идут с пакетиком, не стесняются.
Это долгий процесс. Думаю, несколько поколений должно смениться. Это и воспитание детей собственным примером, и образовательная штука в учебных заведениях, и информационный фон, который мы стараемся поддерживать через соцсети, друзей и СМИ-партнеров. Самое простое проявление патриотизма — элементарно не мусорить рядом с собой. Это будет намного нагляднее, чем махание флагами и красивые лозунги.
— Вы писали в своём тг-канале про старое кладбище. Расскажите об этой проблеме.
— Это тоже бюрократическая проблема с точки зрения границы города и области. Там еще вмешивается принадлежность земли Министерству науки и образования РФ. Мы этим вопросом плотно занимаемся больше года: пишем письма, запросы, предложения. Последний ответ был о том, что процесс потихоньку начался, но учитывая, что там завязана Москва, министерская земля, это может затянуться на месяц, а то и на годы.
— Так в чем же суть проблемы?
— Однажды там перестали убираться, мотивируя тем, что это не их земля: мол, мы не можем тратить бюджетные средства на уборку мусора — нецелевое использование. Видимо, раньше это было втихаря, потом, наверное, пришла Контрольно-счетная палата и сказала: «Что это вы тут мусор вывозите с министерской земли? Прекращайте». Прекратили, мусор начал копиться, жители начали обращаться. Выяснилось, что принадлежность земли другая, соответственно, надо выстраивать бюрократию заново, делать кадастровые работы, принимать на баланс. Это очень долгая процедура. Хотелось бы, чтобы быстрее, но стараемся со своей стороны толкать, ускорять, чтобы не забывали и не откладывали. Там захоронены известные лица, в том числе герои Советского Союза Гаврил Михайлович Ивлев и Василий Архипович Бердышев, именем которого названа школа и улица в нашем микрорайоне. Там лежит бывший глава администрации Советского района. Знаковое место для многих жителей района и города.
— Давайте поговорим о других проблемах округа. В начале 2026 года вы встречались с вице-мэром и обсуждали освещение тротуарных дорожек на улице Печатников, примыкание новостроек к дорожной сети, водоотводные канавы в частном секторе, бесхозные коммуникации. Есть подвижки?
— Во-первых, разрабатывается постановление мэрии — регламент обслуживания водоотводных канав в частном секторе. Тоже проблема: говорят, мы не знаем, что это такое, кто и как должен обслуживать. В некоторых местах уже в этом сезоне районная администрация начала их обслуживать. Это важная штука с точки зрения весеннего паводка, чтобы они не засорялись, не зарастали. На улице Молодости, насколько я знаю, такая работа была проведена.
По поводу освещения дорожек на Печатников: там сначала надо убрать деревья. Надеюсь, на будущий год это запланируем вместе с районной администрацией. Смотрите, бюджетный процесс — не простая штука. Все думают: вот снег сошел, дорога поломалась, надо бежать ремонтировать. На самом деле бюджет принимается в декабре. И те планы, которые реализуются летом, верстаются еще зимой. Так не получится, что ты приходишь летом — и они сразу решаются. То же самое с Печатников: я пришел, когда бюджет уже был принят, обозначил проблемы, предложил механизмы. Что-то начало решаться. Иногда бывает экономия, экстренные вещи решаются.
Абсурдная штука: чем больше делаешь, тем меньше делаешь, потому что чем больше ты делаешь, тем больше от тебя ждут. Жители приходят и говорят: «Почему это не решается десятилетиями?» Я говорю: «Прекрасно вас понимаю, но некоторые проблемы, которые не решались десятилетиями, нам удалось решить». И люди такие: «Ну раз ты эту решил, давай еще вот это».
— В мае 2026 года вы указали на проблемные дорожные участки. Что удалось сделать?
— Часть сделали в рамках текущего содержания. Варшавскую, Молодости сделали прям хорошо. Варшавскую вообще соединили с Софийской. Кстати, дорогу около НЭМЗ «Тайра», которая не делалась, наверное, десятилетиями, сейчас заасфальтировали. Это хороший результат, можно сказать, добились большего, чем хотели. Естественно, проблемы остаются, проблемные дороги остаются, проблем куча. Образно говоря: стоит куча, ее надо разгребать. Постепенно берешь два мешка, и она становится меньше. Единственное, проблема в том, что мусор еще добавляется: где-то что-то сломалось, дорога вышла из строя, дерево упало.
— Вам не кажется, что это сизифов труд? Руки не опускаются?
— Опускаются иногда, да. Но пока хватает энергии. Бывает, кажется, что все бесполезно. Но когда оглядываешься назад, думаешь: «Блин, офигенно, сделано немало». Как житель я об этом только мог мечтать. А если ты становишься соучастником позитивных перемен, это вдохновляет. Реально, в том числе благодаря тому, что я кого-то организовал, кому-то письмо написал, поднял вопрос на сессии или комиссии. Получается, что не зря. И если бы не наша активность, наверное, эта проблема была бы отложена на будущие годы и десятилетия. В своей работе призываю и жителей не быть равнодушными, не полагаться на волшебника, а в том числе давать обратную связь и обращаться с замечаниями.
— В какой момент вы поняли, что хотите стать депутатом?
— Если честно, я по-другому все представлял. Думал, что это просто: меня избрали, я пошел, топнул ножкой, стукнул по столу — проблема решилась. Как показывает практика, это не так. Приходится несколько раз стучаться в разные двери. Но даже если 10% из того, что мы обозначаем, решается — это прям хороший результат. И как показывают результаты выборов год назад, этих 10% тоже немало, потому что раньше было еще меньше. Это штука неблагодарная, потому что зачастую людям всегда мало, надо всегда больше. Но когда оглядываешься, что было сделано за последние несколько лет, думаешь: «Нифига, было сделано больше, чем в предыдущие несколько лет». Поэтому вроде получается что-то.
— Строительство поликлиники в микрорайоне ОбьГЭС по схеме государственно-частного партнерства отменено. Что вы думаете о ГЧП? Почему этот механизм не работает в Новосибирске и области?
— Я не знаю, почему это все не работает. По поликлинике: муниципальный депутат на нее повлиять мало может. Это прерогатива области, областного правительства, Заксобрания. Но мы стараемся вникать, продвигать. Сейчас одни из последних ответов: экономическая ситуация не позволяет строить за бюджетный счет. Федеральные программы усекаются, региональные усекаются. Губернатор публично говорит, что новые проекты не берутся, если нет понимания, что за ближайшие три года они завершатся. Чтобы не было брошенных проектов.
Если масштабно взять не только нашу поликлинику, но и концессии в целом по области: как показывает практика, они привели не туда, наверное, куда надо было. Это отразилось и на нашей поликлинике. Критика существующих проектов — которые стали дороже, сроки сбились — привела к решению все отсечь, пока незавершенное не закончим. Посмотрим, может, чудо произойдет, экономическая ситуация поправится. По крайней мере, со слов чиновников из Минздрава и строительства области, с которыми я лично общался, наша поликлиника в приоритетах. В следующих приоритетах. Но когда это будет следующее, я не могу сказать.
Тут еще ключевой вопрос не только в помещении и оборудовании, но и в кадрах. Я слышал, что строят офигенные ФАПы или новые поликлинические корпуса, а кадров там нет. В чем смысл пустых стен, когда нужны грамотные специалисты, молодые, которые умеют и работают? Если специалистов нет, никакая новая поликлиника не будет работать. Это две взаимосвязанные вещи. В существующей поликлинике тоже дефицит кадров. Надо комплексно подходить.
— Как оцениваете деятельность губернатора Травникова?
— Сложно сказать. У каждого человека есть плюсы и минусы. Конечно, я бы какие-то решения принимал по-другому, но я не губернатор и не знаю всех подводных камней. Видите, в чем еще причина: у любого политика есть круг общения. Может быть, как в интернет-мемах, он все не знает, ему не доносят правдивую информацию. В этом как раз работа оппозиции — конструктивной оппозиции, конструктивных депутатов, которые говорят: «Ребята, вот здесь проблемка, обратите внимание». Грамотный руководитель будет это понимать.
Я как депутат тоже слышу много критики в свой адрес и в адрес того, что кто-то другой делает. Безусловно, я стараюсь проблему увидеть своими глазами: прийти на место, потрогать ее, узнать у специалистов, как её лучше решать.
Я надеюсь, что Травников и вообще руководящие органы, которые прошли крайние выборы с 57%, не будут заблуждаться в том, какую информацию они получают. Потому что зачастую окружение говорит: «Да кого вы слушаете, они постоянно кричат, вечно недовольны, не обращайте внимания». Проблемы есть, на них надо обращать внимание.
— А Кудрявцев? Его называют протеже Травникова. Он же не может принимать других решений?
— Одна команда, да. Ситуация такая: когда ты встраиваешься в вертикаль власти, тебе сложно быть противником этой власти. Ты зависишь. Если вспомнить Локтя: в 2014 году он весной избрался мэром, а уже к осени были поправки от области, что город лишают, по-моему, трех миллиардов налогов — огромная сумма на тот момент. Это был своеобразный урок: типа смотри, что мы умеем. Стал мэром, но теперь будешь к нам ходить с протянутой рукой, потому что мы у тебя забираем часть финансирования, теперь мы распоряжаемся частью НДФЛ. Вот так бывает. Потом конструктив был найден между городом и областью. Сейчас можно сказать, что у них нет недопонимания. Все-таки это одна вертикаль власти. Может быть, это и хорошо для горожан, потому что нет вот этого «мы у вас заберем — они не дадут — и сами объясняйте горожанам, почему у вас дороги не ремонтируются». Но проблемы остаются, их может быть даже не меньше.
Вот та же ситуация сейчас с Чемским бором. Реформа, которая была затеяна — переназначение городских лесов в департамент ЖКХ. У ЖКХ своих проблем хватает всегда. Теперь они еще за лес должны отвечать. Я не был сторонником этого, с опасением относился. Сейчас может быть что-то наладится, но есть опасения, что ЖКХ скажет: «Ну блин, мы вообще тут трубами занимаемся, какой лес, вы о чем?»
— Что можете сказать об итогах выборов? На ОбьГЭС победила КПРФ.
— Это локальная победа. Наверное, в этом заслуга работы команды депутатов различных уровней. Люди видят, что что-то делается, ничего плохого не происходит, поэтому доверяют и идут поддерживать оппозицию. Но в целом и в районе, и в городе победили те, кто должны были победить. И Аксененко, наверное, тоже должен был победить. Судя по результатам кандидата от «Единой России» и его активности, он не претендовал на победу, мягко говоря.
Интересный результат у «Яблока». Неожиданно большой. По сути, они не вели никакую кампанию, но результат получился. В Советском районе, по-моему, третье место. Наверное, это сигнал, к которому стоит прислушаться всей вертикали власти. Все прекрасно знают, с каким лозунгом они шли. Тут надо понимать, что у избирателей есть какая-то усталость. Они что-то хотят сказать таким результатом, мягко говоря. Надо сделать какие-то выводы и воспринять это адекватно. Потому что можно воспринять как «происки врагов», а можно понять, что люди устали. Я общаюсь с людьми — да, есть небольшая усталость, это правда.
— Вам депутатская деятельность работать не мешает?
— Мешает. Сильно. Депутатская деятельность — это общественная нагрузка, я не получаю за нее зарплату. Мне повезло с работодателем: есть возможность совмещать общественную деятельность и свою работу. Безусловно, приходится дорабатывать — по выходным, по вечерам, по утрам. Я могу сдвинуть рабочий процесс, но страдает свободное время, семья. Сложно, но можно. И вдохновляет результат, на который оглядываешься — сделано. Элементарно те же дорожки, по которым мои дети ходят в школу. Я же гуляю по ним — приятно.
Более того, работа иногда участвует в общественной деятельности, мы привлекаем внебюджетное финансирование. Без этого невозможно работать на округе. Некоторые вещи либо забюрокрачены, либо юридически невозможно потратить бюджетные средства. Иногда проще купить мешки, перчатки и пойти убрать самому — быстрее. Или спилить ветку. Компания, в которой я работаю, — там тоже много жителей моего округа, они с пониманием относятся, часть средств привлекается из вне бюджета. Это своеобразное проявление патриотизма.

Фото: Бабр
