Росатом напрягся
Незаметная, казалось бы, на фоне общего политического кризиса в стране скромная пресс-конференция иркутских экологов по поводу хранения на территории Ангарского электролизно-химического комбината (АЭХК) внезапно вызвала сильную реакцию со стороны ряда СМИ, Росатома и входящих в него структур.
Буквально на следующий день после пресс-конференции в газете "Коммерсант" появилась интересная статья, казалось бы, напрочь опровергающая изыскания экологов (http://www.kommersant.ru/region/khabarovsk/page.htm?year=2006&issue=226&id=189321§ion=6613). В статье приводятся мнения сотрудников АЭХК и Техснабэкспорта - государственной компании в структуре Росатома.
Было бы трудно ожидать, что заинтересованные стороны сразу и откровенно признают правоту экологов. Начальник производственно-технического отдела АЭХК Александр Тетерин попытался обосновать бессмысленность экологических претензий тем, что пресловутых гексафторид урана - это не газ, а твердое вещество. Однако господин Тетерин совершенно забыл уточнить, в каких именно условиях это вещество становится твердым, а в каких - газообразным, и главное - насколько оно все-таки вредно для человека. Ведь известно, что вода тоже является твердым веществом - если его заморозить - и из него даже можно строить здания.
Да, в определенных условиях гексафторид урана - это твердое вещество, что не делает его менее опасным. При контакте с воздушными парами атмосферы это вещество создает ряд смертельно опасных для человека соединений, которые способны разноситься ветром на большие расстояния. Но, самое главное - гексафторид урана, подобно йоду, преобразуется в газ при малейшем нагревании, и тогда радиус его поражения увеличивается в десятки раз. Если же десятитонная цистерна с этим веществом оказывается в районе пожара или хотя бы просто резкого увеличения температуры - она взрывается ничуть не хуже приличной химической бомбы.
Генеральный директор АЭХК в интервью газете "Коммерсант" вообще договорился до того, что ни сам уран, ни отходы его обогащения не являются радиоактивными. Очень странное заявление для столь высокого лица - вполне вероятно, господин Шопен попросту забыл школьную физику и химию, либо, в лучших традициях российских чиновников, пытается убедить всех в том, что черное - это белое.
Пресс-служба ОАО "Техснабэкспорт" прямо заявила о том, что на АЭХК не ввозятся и не хранятся радиоактивные отходы, а "в рамках соглашений с европейскими компаниями на АЭХК поставляется стратегически важное урановое сырье, используемое для обогащения. Частично это позволяет закрыть дефицит урана в стране". Вот тут наблюдается интересная подмена понятий, которая, вероятнее всего, и будет в дальнейшем использоваться для забалтывания ситуации и борьбы с экологами при создании Международного ядерного центра в Ангарске.
Начать с того, что в России нет дефицита урана. Уран добывается в объемах, вполне достаточных для того, чтобы не только перекрыть всю потребность всех российских атомных станций, но и успешно продавать его за рубеж. Правда, по некоторым данным, еще в середине 90-х годов весь объем добычи урана на Краснокаменском месторождении был втихую продан в США, однако с 1991 года потребности России в уране упали в десятки раз, так как многие АЭС остались за нынешними границами страны, а вопрос о военном уране вообще был закрыт. Тот же самый "Техснабэкспорт" судится с министерством торговли США из-за ограничений на продажу российского урана за рубеж.
В любом случае сырье для обогащения может приобретаться в Казахстане, а никак не в странах Европы, где в принципе нет собственных месторождений. Если так называемое "сырье" ввозится из стран Европы - то это не природная урановая руда, а тот самый низкообогащенный гексафторид урана, который остается после первичного обогащения урана. И тут экологи совершенно правы: в России этот гексафторид дообогащается, однако отнюдь не для перекрытия дефицита урана в стране, а для возвращения дообогащенного урана назад в Европу. 90% же гексафторида урана, оставшегося после обогащения, остается в России - в качестве отходов.
Проблема в том, что то, что в Европе считается отходами ядерного производства, при пересечении границы России чудесным образом превращается в "сырье". И это естественно - так как ввоз ядерных отходов на территорию России категорически запрещен.
Само собой, признавать то, что на территории АЭХК складируются ядерные отходы из Европы, не станет ни один из высокопоставленных руководителей Росатома. Удивляет, однако, то, с какой скоростью отреагировали заинтересованные стороны на, казалось бы, весьма скромные предположения экологов. Что косвенно свидетельствует о том, что экологи попали в точку.
Между тем некоторые сотрудники того же АЭКХ прямо признают, что опасность существует, и она достаточно высокая. Так, технический директор и главный инженер АЭХК Сергей Кошелев дал ангарской газете "Время" большое интервью, в котором, в частности, сообщил:
"... нельзя сказать, что ГФУ полностью безопасен, он является вредным химическим веществом.
Обеднённый отвал после охлаждения и отверждения хранится на складе, расположенном на территории комбината, в специальных стальных ёмкостях.
Технология центробежного метода разделения изотопов урана, применяемая на комбинате, впервые была отработана в России и действует с 1963 года. Ничего принципиально нового с созданием МЦОУ не появится. "
