Господин Гексафторид - 4. Первый Контакт
Итак, весна растопила лед и он тронулся. После неудачных попыток объявить участников БД и БЭВ "английскими шпионами", запугать их всех вместе и по одиночке подметными письмами по месту работы, и т.п., руководство АЭХК вынуждено было пойти на прямой публичный контакт с экологами, и 24.04., на территории фонда "Байкал 3 тысячелетие" состоялся Первый Круглый стол, за которым противоборствующие стороны смогли, наконец, посмотреть друг другу в глаза сквозь накопившийся туман удаленного противостояния.
Благодаря виртуозному ведению это сложнейшего мероприятия д.ф.-м.н. профессором В.А Мазуром туман быстро рассеялся. И не смотря на обилие приведенных ангарчанами для своей поддержки "квакеров", типа "насквозь пропитанного ураном" геолога или "специалиста по деловому туризму", им не удалось заболтать проблему и увести дискуссию в сторону.
Этому немало способствовало, прежде всего, присутствие в первой части обсуждения главы областного радиационноэкологического совета, зав. лаб. ИГХ, профессора А.И. Непомнящих, сразу придавшего дискуссии конкретный, предметный характер.
Силы, разумеется, были не равны с самого начала. Из заранее приглашенных докладчиков, со стороны АЭХК, помимо начальника производственно – технологического отдела А.Г. Тетерина и главы пресслужбы Ф.Т. Дрогунова, выступили также зав. лаб. ИГХ А.И. Непомнящих, заслуженный геолог В.П. Зенченко, докторант туристических наук из ИрГТУ В.М. Хромешкин, а также депутат А.Козьмин.
От экологов дали слово только Д.А. Таевскому и М.П. Рихвановой. И все же это – несомненная победа БД и БЭВ: АЭХК вышел, наконец, на диалог с общественностью.
Итак, что же скрывал туман?
1. Перед начальником произвдственно-технологического отдела АЭХК, А.Г. Тетериным была поставлена почти невыполнимая задача, с которой он, тем не менее, успешно справился: создания иллюзии открытости при почти нулевой выдаче информации. Так и остались без ответа ключевые вопросы:
а) об использовании освобождающихся производственных площадей АЭХК под хранение новых емкостей с ГФУ;
б) о полном количестве ГФУ на АЭХК (даже после просьбы профессора А.И. Непомнящих, который перед этим гарантировал присутствующим радиационную безопасность комбината);
в) о судьбе тетрафторида (ТФУ) урана. в который собираются превращать уже накопленный ГФУ; г) почему ГФУ и ТФУ принадлежат к веществам первого класса опасности;
г) даже точная цифра предельно допустимого давления для контейнеров с ГФУ почему-то вдруг выпала из памяти господина А.Г. Тетерина.
2. При этом, однако, господин А.Г. Тетерин не упускал возможности понадувать перед присутствующими щеки, как специалист по обогащению урана, пиная экологов за очевидные опечатки в (первой) статье "Господин Гексафторид", о которых уже было все сказано в последующих статьях "Господин Гексафторид-2", "Господин Гексафторид-3".
Это выглядело особенно эффектно на фоне, по сути, лишенных слова для ответа, экспертов со стороны БД.
А что же стало ясно в сухом остатке?
1. А стало ясно, что уважаемому господину А.Г. Тетерину все же не удалось не проговориться, в чем основная заслуга принадлежит хозяину Круглого стола, В.А. Наумову, очень удачно задавшему невинный с виду вопрос. Чтобы понять суть дела (ведь дьявол, как всегда, прячется в деталях) посмотрим сперва, чем же, на самом деле, были надуты щеки специалиста по обогащению урана.
Вот основные физико- химические свойства ГФУ из монографии С. Виллани, "Обогащение урана", в переводе под ред. акад. Кикоина, Энергоатомиздат, 1983.
Мы видим здесь и фазовую диаграмму, и основные химические реакции, о которых с таким пафосом говорил А.Г. Тетерин. А теперь, обратим внимание на 2-й абзац в пункте 3.3.2. "UF6 не диссоциирует до очень высокой температуры".
Эта, действительно, довольно высокая температура, была уже оценена нами в работе "Господин Гексафторид-2" (Задача 9). Она имеет прядок 2000К для диссоциации на UF4 и F2, и вполне достижима в случае пожара, вызванного падением самолета. (Как утверждал на том же Круглом столе А.Козьмин, взлетная полоса нового аэропорта пройдет на расстоянии 10-15 км от АЭХК). Однако, господин А.Г. Тетерин, то ли действительно, вовсе не знаком с физхимией высоких температур, то ли просто сделал вид, что не понимает, что речь идет о совсем других реакциях, - тепловой диссоциации, не имеющих никакого отношения к сравнительно низкотемпературным реакциям гидролиза, фторирования, выщелачивания, восстановления, кальцинирования и т.п., сопутствующим процессам обогащения урана.
2. И у нас есть все основания надеяться именно на второе. Ибо, как мы теперь знаем, благодаря вопросу В.А. Наумова, оказывается, на АЭХК то ли строятся, то ли еще разрабатываются установки для создания водяной завесы по периметру площади хранилища, ИМЕННО НА СЛУЧАЙ ВЫСВОБОЖДЕНИЯ ИЗ КОНТЕЙНЕРОВ БОЛЬШИХ ОБЪЕМОВ ФТОРА, который там надеются таким образом осадить тут же в виде плавиковой кислоты HF (разъедающей даже стекло)! Насколько такая система защиты может быть эффективна для столба раскаленных газов высотой в сотни метров, мы предоставляем Читателю самому поразмыслить на досуге.
Для справки. Самолет Ту-154 содержит такую смесь керосина, кислорода и магния, что сгорает полностью за 10 минут.
Согласно данным метеорологов, газообразный фтор при выбросах с ИрКаза вполне беспрепятственно долетает и обнаруживается в Солнечном.
Именно эти выбросы обеспечивают широкую гамму - от ОРЗ до онкологии, и основной процент заболеваний дыхательных путей жителей Иркутска, Ангарска и Шелехово. Именно об этом просто вопиет и приводимая ниже карта содержания фтора в снегу. А кстати, что это там за черно-красное пятнышко многократного превышения ПДК между Иркутском и Ангарском? Уж не АЭХК ли?... Однако, больше нечему. Это именно АЭХК, дающий, как следует из исследования заслуживающего доверия предприятия "Сосновгеология", 2 килограмма чистого фтора на один квадратный километр в сутки!
Но в количественном отношении выбросы ИрКаза - просто капля по сравнению с тем океаном фтора, что может единовременно освободиться из хорошо подогретых контейнеров АЭХК, как видим, занимающих достаточную площадь для прицеливания даже со спутника.
И последнее замечание. Как явствует из приводимого ниже пункта "Меры ядерной безопасности" из той же монографии С. Виллани, "Обогащение урана",
предпринятая нами в Задачах 5-8 работы "Господин Гексафторид-2" попытка оценки критической массы ядерного взрыва непосредственно для ГФУ, относится отнюдь не к области фантастики, как утверждают нам с экрана некоторые записные специалисты в области ядерной физики из ИГУ, а к вполне реальной на данном производстве ситуации. Остается лишь надеяться, что хотя бы на самом АЭХК знают об этих ограничениях.
В принятой Росатомом концепции АЭС-2006, из "Бюллетеня по атомной энергии, N2, 2007" указывается, что купол станций нового поколения, - АЭС-2006, должен выдерживать падение самолета. Хранилище ГФУ на АЭХК, как видим, обладает с этой точки зрения, не только радиационной но и до сих пор игнорируемой химической опасностью для окружающего населения, не менее серьезной чем от АЭС.
Поэтому, оно должно быть либо также незамедлительно снабжено аналогичным, причем герметичным куполом, либо перенесено в безлюдную местность, за пределы 200 километровой зоны вокруг Байкала, на расстояние, безопасное для проживания пока еще живущих здесь "полутора молекул", благодаря которым эта территория и считается, пока еще, российской.
Д.А.Таевский, М.П.Рихванова, С.Э.Коренблит, "Байкальское движение"
Карты:
журнал "Волна" N 2 (11) 1997, В.Я.Киселёв "Карты загрязнений снежного покрова в Иркутской области и на Южном Байкале"
