Полёт длиною в 125 жизней

Самолёт коснулся шасси посадочной полосы, пассажиры облегчённо вздохнули: «Слава Богу, прилетели…». Сергей Горбачевский уже расстегнул ремень безопасности и в этот момент вдруг осознал: произошло что-то ужасное.

9 июля 2006 года чёрной страницей вошло в историю Иркутска. В этот день авиакатастрофа в аэропорту за несколько минут оборвала жизни 125 человек: погиб каждый второй пассажир, летевший рейсом Москва — Иркутск.

Немногие выжившие в этом кошмаре могут спокойно вспоминать и говорить о том, что произошло с ними год назад. Старший тренер Иркутской области по тяжёлой атлетике Сергей Горбачевский — из числа этих немногих. Он считает, что авиакатастрофа никак не повлияла на его жизнь, за исключением того, что полгода из неё «вылетело» на восстановление здоровья. А ещё он стал больше понимать, что жизнь такая мимолётная, и всё в ней может измениться за какой-то миг. Сегодня ты живой и здоровый, а завтра можешь навсегда остаться в горящем самолёте.

Хотя бесследно авиакатастрофа для Сергея Владимировича всё же не прошла. Он признаётся, что иногда ему вспоминаются жуткие женские крики, даже дети не кричали так, страшное зрелище развалившегося на части самолёта и пережитое тогда чувство, что он ничем не может помочь тем, кто остался внутри горящих обломков.

Но летать на самолётах тренер вопреки всему не боится. Только испытывает неприятные ощущения, когда лайнер приземляется в аэропорту Иркутска.

В настоящее время Сергей Владимирович — член комиссии при департаменте социальной защиты населения Иркутской области по распределению денежных средств пострадавшим и родственникам погибших в авиакатастрофе. Надо сказать, что на расчётный счёт, открытый год назад, до сих пор поступают денежные средства, люди всё ещё делают пожертвования, стремясь помочь тем, кто ещё не до конца прошёл курс лечения, тем, кто потерял кормильца или детей. На этом фоне особенно поражает Горбачевского откровенное равнодушие авиакомпании «Сибирь», представители которой за всё это время даже не попытались встретиться с пассажирами и родственниками того злополучного рейса. Мало того, авиакомпания пыталась отделаться от них ещё прошлой осенью, разослав всем письма о своей готовности выплатить по

100 тысяч рублей каждому в качестве моральной и материальной компенсации взамен отказа от дальнейших к ней претензий.

Однако более 200 человек, среди них и Сергей Горбачевский, решили судиться с «Сибирью» в США. Сумма их иска составила 300 млн долларов. И вот накануне годовщины авиакатастрофы стало известно, что американский федеральный суд отклонил иск, поданный пострадавшими и родными погибших при крушении самолёта А-310. Как объясняют информированные источники, сделано это было на основании ходатайства S7 (так теперь называется «Сибирь»), в котором компания просила не рассматривать иск в США, так как для этого есть все «необходимые правовые предпосылки» в России. Юристы авиакомпании указали, что данное «судебное дело основано на требованиях российских граждан, адресованных российскому авиаперевозчику в связи с авиационным инцидентом, имевшим место на внутреннем авиарейсе».

Теперь пострадавшие и родственники погибших будут судиться с компанией S7 в России и, по мнению адвокатов, представляющих их интересы, могут многое потерять. Правда, если авиакомпания через полгода после решения суда не выплатит деньги, суд в США снова будет иметь право рассмотреть иск.

О катастрофе помнят не только пассажиры злополучного рейса, родственники и друзья погибших, но и те, кто в первые минуты оказался на месте трагедии — пожарные, сотрудники спасательной службы аэропорта.

— На место авиакатастрофы первая машина прибыла через 75 секунд, — говорит начальник смены поисково-спасательной команды аэропорта Валерий Шиверский. — Мы немедленно приступили к тушению самолёта. На первом этапе у нас возникли трудности, из-за того что тушить воздушное судно приходилось с хвоста против ветра, так как нос аэробуса закрывали гаражи, и до него было невозможно добраться. Спустя какое-то время наши сотрудники попытались проехать к носу самолёта через гаражный кооператив. Туда их не пропускал сторож кооператива, поэтому им даже пришлось сломать забор.

Рискуя собственной жизнью, спасатели проникали в горящий самолёт и вытаскивали оттуда пострадавших.

— Первого пассажира я обнаружил лежащим возле самолёта, это была женщина, у неё была обрублена стопа, — продолжает Валерий Шиверский. — Потом через аварийный люк задней хвостовой части аэробуса мы проникли в салон самолёта. Люди, которых нам удалось вытащить, были в бессознательном состоянии. Спустя несколько минут авиалайнер развалился на части, раздался взрыв.

В день трагедии ни спасатели, ни пожарные службы не знали о количестве людей, погибших в авиакатастрофе.

— Когда самолёт врезался в гаражи, было обнаружено только две жертвы авиакатастрофы, — вспоминает пожарный Станислав Скудаев. — Мы думали, что больше погибших нет. Потом пламя огня утихло, подул ветер, и перед нашими глазами открылась жуткая картина… Тела погибших среди обломков самолёта. Нам приходилось вытаскивать трупы — это было самое сложное. К тому же рядом с нами работали мальчишки-курсанты Восточно-Сибирского авиационного института, многим из них было всего по 17 лет. От увиденного они даже в обморок падали. Неожиданным для нас был взрыв шасси.

Когда тушили пожар, в баках с горючим находилось около тридцати тонн керосина.

— Аэробус находился между частными гаражами, — говорит исполняющий обязанности заместителя начальника ГУ МЧС России по Иркутской области Александр Сапожник. — Нам приходилось вскрывать гаражные боксы, чтобы установить есть ли там автомобили с горючим. В любой момент всё это могло взорваться, возникала опасность работы личного состава пожарного подразделения.

Непросто в те дни приходилось и работникам психологической службы. Помощь родственникам оказывалась круглосуточно. Психологи работали в морге судебно-медицинской экспертизы, в аэропорту и трёх иркутских гостиницах, где были размещены приехавшие на опознание родственники.

— Люди нуждались тогда в психологической помощи, — рассказывает психолог отдела кадров ОГПС МЧС России города Иркутска Ирина Утинская. — Им нужны были поддержка и внимание. Помню, в аэропорту я подошла к матери одного из погибших в авиакатастрофе. Я взяла её за руку, предложила свою помощь. Она начала мне рассказывать о своём сыне, о его детстве, юности… Она плакала и всё говорила и говорила. Потом женщина успокоилась, пришла в себя и поблагодарила меня за поддержку.

Кстати

В Иркутске создадут Парк памяти - мемориальный комплекс памяти жертв всех авиакатастроф, произошедших в небе над Иркутском. Общее количество погибших в них за последние 30 лет огромно . около 1000 человек. Парк памяти решено разместить в центре города, на территории восстанавливаемого Иерусалимского кладбища (ныне Парк культуры). В годовщину авиакатастрофы епископ Иркутский и Ангарский Владыка Вадим отслужит панихиду на месте трагедии.