До десятого колена
Откуда я родом, и кем были мои предки – купцами, графами или крестьянами? У жителей Приангарья в последние годы резко возрос интерес к составлению родословных.
В год семьи изучение собственной генеалогии становится особенно актуальным. Другое дело, что этот процесс – очень трудоемкий и затратный по времени и средствам. В одном архиве за выписку из метрической книги придется заплатить, а в другом – долго ждать, когда будет разрешен доступ к нужной информации. О том, как избежать этих и других проблем при поиске своих корней, знают в иркутском обществе «Родословие».
Эта общественная организация была создана в 2000 году по инициативе кафедры русского языка Иркутского государственного педуниверситета. Члены общества собираются во вторую и четвертую среду каждого месяца в Иркутской областной библиотеке им. И.И. Молчанова-Сибирского. Как ни странно, среди них много молодых людей.
– На наши заседания может прийти любой житель города или области, кого волнует тема составления родословной, кто нуждается в помощи или, наоборот, хочет поделиться своим опытом такой работы, – говорит бессменный председатель «Родословия», известный иркутский краевед Станислав Гурулев. – Частыми гостями бывают студенты, которые пишут курсовые и дипломные работы на основе своих родословных. Кстати, созданием нашего общества мы обязаны именно студентам. Ведь поначалу, работая на базе ИГПУ, мы занимались не генеалогией, а этиологией фамилий. Сибирь богата знатными родами, прославившими Иркутскую губернию своими замечательными деяниями. Наше общество ставит своей целью восстановить эти знаменитые имена, их вклад в общественную и государственную деятельность.
– Чем вы можете объяснить возрастающий интерес к генеалогии?
– Демократией и открытостью общества. Советские времена заставили многих отказаться от своих предков и родственников. Мало кто тогда мог признаться в том, что его дед, например, был священником или кулаком. Боялись об этом не то что писать, а даже говорить, так как с подобными биографическими данными человек не всегда мог устроиться на приличную работу. По этим причинам в биографических данных многих советских людей искажались сведения о предках, и жили они под страхом возможного разоблачения. Власти нещадно уничтожали архивные документы, метрические книги с датами рождения и смерти населения. Мне недавно позвонила одна женщина и рассказала, что когда ее папа был жив, в семье никто и никогда не говорил о его происхождении. И только спустя годы после его смерти мама стала понемногу шепотом рассказывать детям о том, что их отец вырос в богатой московской купеческой семье.
После распада СССР интерес к генеалогии в стране заметно возрос. Восстановилось дворянское общество, которое вскоре распалось на две организации – дворянское собрание и историко-родословное общество. В Санкт-Петербурге при Российской национальной библиотеке открылся Институт генеалогических исследований. Генеалогические общества создаются и по сей день. Причем не только в европейской части России, но и на Урале, в Сибири и на Дальнем Востоке.
– Сегодня в вашем обществе насчитывается более 40 постоянных членов. Гостей же гораздо больше. Правда ли, что стоит только новичку появиться на заседании «Родословия» и назвать свою фамилию, как вы сразу же выдадите все сведения о его предках?
– Это не так. Искать информацию об одной фамилии очень трудно. Это большой риск. Можно весь архив перерыть и ничего не найти. Никакое общество не возьмёт на себя столь трудоёмкую и колоссальную работу, как составление семейной родословной. Простой подсчёт показывает, что при восьми-десяти поколениях в родословной любого человека будет насчитываться более пятисот персонажей с разными фамилиями. Поэтому мы разъясняем, что составлением генеалогического дерева должна заниматься или сама семья, или кто-то один с помощью других её членов. А вот в специфике этого дела мы помогаем разобраться – советуем посмотреть ту или иную литературу, поднять те или иные архивные фонды.
– В уставе «Родословия» прописано, что его члены «намерены оказывать помощь всем желающим восстановить историю своего рода». Выполняете ли вы платные заказы?
– Нет, мы от них всячески отказываемся. Приходит как-то ко мне бизнесмен и просит найти документ, подтверждающий, что его предки пришли в Сибирь в таком году и оттуда-то. Я отказался и при этом дал ему несколько советов о том, что и как он самостоятельно может сделать. Или вот из Москвы звонят и просят найти казаков Второго читинского полка, которые раньше жили в Иркутске, при этом знают только фамилию. Они не понимают, что это необъятный труд. Можно жизнь угробить – и ничего не найти. А вот когда делаешь для себя – времени не жалко. На западе, кстати, есть такая услуга – за деньги составлять родословные. Но у них там и возможностей больше. Например, в Соединённых Штатах уже давно многие архивы переведены в электронный вид, что существенно ускоряет работу архивиста-генеалога. Американцы с помощью генеалогии даже туризм развивают. Находят по запросу информацию о том, что ваш предок родился или жил в такой-то стране, городе, деревне – и сразу же предлагают оформить туда тур. В Англии сейчас активно работают порядка 800 генеалогических бюро. В Москве таких организаций всего лишь порядка десяти, а по всей России – не больше 30. Как видите, сравнение далеко не в нашу пользу. А о том, что жители Приангарья активно интересуются родословными, красноречиво говорит тот факт, что в Госархиве Иркутской области стали потихоньку закрывать на реставрацию фонды с метрическими книгами в силу их истрепанности.
– Но ведь, с другой стороны, кто ищет – тот всегда найдет.
– В начале пути я всех подбадриваю этой мудростью. Приходят как-то на одно из заседаний «Родословия» бабушка с внучкой. Рассказывают историю о том, что в «пушкинские времена» из Петербурга в Иркутск за какие-то грехи был сослан их родственник – русский граф Штольберт, немец по происхождению. По семейной легенде, якобы он стал заигрывать с самой царицей. Бабушка утверждает, что Штольберты потом поменяли фамилию на Ивановы. Я ей объясняю, что фобия по отношению к немецким фамилиям была перед Первой мировой войной, и поэтому информацию нужно искать в архиве за соответствующий период. Бабушка в силу возраста и здоровья сама не смогла заняться поиском, а внучка посчитала, что одной ей будет не найти справку о том, что она родственница графа. А вот другой пример – физик Наталья Михайлова два года работала над своей родословной, в результате чего написала книгу. В ней собраны ее воспоминания о родных и близких, улице и дворе детства, соседях и даже домашних животных. Большую часть издания занимают фотографии – главные семейные реликвии. Кстати, ее внук на уроке географии получил две пятерки за сочинение про родословную. Безусловно, эту оценку он заслужил во многом благодаря бабушке. Сейчас они вместе работают над историей старого ангарского моста, в строительстве которого участвовали их предки.
– Во многих школах Прингарья (а особенно в сельских) работают кружки по краеведению, на которых дети изучают основы генеалогии. Вы с ними сотрудничаете?
– Напрямую – нет. Мы совместно с областным Центром детско-юношеского туризма и краеведения проводим областной заочный конкурс исследовательских работ «Моя родословная». В этом году его итоги будут подведены в мае. Конкурс проводится с целью воспитания у школьников уважительного отношения к родителям, старшему поколению. В нем принимают участие учащиеся 6–11-х классов, интересующиеся историей своей семьи. В качестве наставников начинающих исследователей выступают учителя, родители, а также профессиональные историки. Жюри оценивает умение ребят работать с историческими источниками (устные свидетельства, фотодокументы), государственными архивами, дневниками, воспоминаниями, статьями, подшивками старых газет и т.д.
– А часто ли к вам обращаются люди, которые абсолютно ничего не знают о своих корнях?
– Однажды на заседание пришел Леонид Лебедев и сказал, что знает только имена мамы и папы и то, что родились они «вроде бы в Черемховском районе». Спустя какое-то время он нашел сначала сведения о бабушках, потом о дедушках… И сейчас он – один из крупных специалистов по Госархиву Иркутской области. Ему дважды довелось поработать в Российском государственном архиве древних актов. А вообще нам не столь важно, знает человек хоть что-либо о своих предках. Главное – его желание и стремление к поиску. К нам идут люди, имеющие как городские, так и сельские корни. Все мы, горожане нынешние и горожане прошлых веков, родовыми корнями уходим в деревенскую крестьянскую жизнь. Такова наша общая генеалогическая канва-дорога. И многие крестьянские семьи бережно хранят и передают из поколения в поколение сведения о своих близких и далёких предках. Примером удачного и результативного поиска своих родовых корней является труд члена нашего общества Юрия Петровича?Лыхина, кандидата исторических наук. Свою родословную 13 колен он довёл до предка Григория, жившего на Руси на рубеже XVI и XVII века; сын Григория Иван Лыхин пришёл в Восточную Сибирь и поселился на Верхней Лене в первой половине XVII века. Доказать документами столь длинную родословную?Юрию Лыхину помогла собственная неустанная и целеустремлённая работа в архивах.
