Экологически чисто
Чудеса происходят у нас в стране, просто чудеса! Потому что я не помню случая, чтобы какие-то решения верховной власти корректировались под давлением общественности, более того, чтобы эти решения фактически отменялись.
Да не просто общественности, а экологов, на которых верховной власти плевать, потому что экологи — это юродивые, которые со своими бабочками, жучками и цветочками только под ногами путаются.
Олимпиада в Сочи до сих пор вызывает немало споров, но споры эти почти все из разряда теоретических: построят — не построят, разворуют — не разворуют, достойна тоталитарная страна — не достойна. Но вот есть один вполне практический момент, споры по которому действительно были и существенны и неприятны. Экологи протестовали против проекта Игр до и продолжали протестовать после того, как Сочи выиграл конкурс. Экологи — фактически единственные противники Олимпиады, у которых есть содержательные аргументы. Я к этим протестам относился не то чтобы скептически, но с пониманием того, что толку от них не будет. Раз МОК отдал нам Олимпиаду, то он тем самым развязал руки организаторам и менять что-либо поздно.
Экологическим организациям особенно не нравилось размещение санно-бобслейной трассы в Грушевой поляне, а также горной части олимпийской деревни. Близость стройки к Кавказскому заповеднику, по мнению экологов, привела бы к нарушению экосистемы, гибели редких видов растений и животных и прочим неприятностям. Оргкомитет все отметал и отрицал, приводил данные замеров и проб, расчеты и схемы, из которых следовало, что вреда большого, во-первых, нет, а во-вторых, если что и повредят, то все это компенсируют в еще большем объеме.
Министр Трутнев был менее деликатен и попросту отшил экологов, посоветовав им не вредить имиджу страны, потому что ничего страшного не случится, если в течение 10-15 дней люди скатятся здесь «на санках». Мол, вреда от этого природе нет и быть не может, а вот стране такие идеи вред несут большой. Припугнул, в общем. Вопрос был закрыт.
До тех пор, пока Путин на заседании по Олимпиаде вдруг все враз не перевернул. Трассу от заповедника уберут, горную деревню перенесут, водозабор тоже найдут в другом месте. Это ли не чудо? Экологи в восторге! Они говорят, что всегда верили в справедливость, хотя очевидно, что они уже практически на нее не надеялись. Сказать, что решение было спонтанным — значит не сказать ничего. В Федерации бобслея России о переносе узнали из телевизора, никого из ее работников на заседание не позвали, вернее, приглашение пришло, но пришло буквально за пару часов до совещания, когда посылать из Москвы в Сочи людей имело смысл разве для того, чтобы помахать в сочинском терминале хвосту улетающего самолета Путина.
И вообще создалось впечатление, что о переносе объектов в начале мероприятия, кроме Путина, не знал никто. Потому что когда решение начали обосновывать все полагающиеся в этом случае чиновники, их речи звучали странно. Жуков говорил, что это отличное решение, позволяющее сэкономить кучу денег, и на самой стройке, и на сооружении подъездных путей и коммуникаций. Но если это так, то почему же такое неудобное место, требующее таких колоссальных затрат и вызывающее такие протесты в стране и в мире, столь упорно отстаивали все это время, хотя был более удобный, дешевый и бесспорный вариант?
Что же сподвигло Путина на радикальное и столь необычное для него решение? Ведь Олимпиада — один из любимых его проектов, он, говорят, очень тщательно вникал в детали. А теперь говорит, что план был не продуман и не согласован. Путин вообще был какой-то нервный. А когда он нервничает, то рождаются его знаменитые афоризмы. Вот и поведение начальника Олимпстроя Колодяжного он назвал «троцкизмом». Колодяжный не смог твердо пообещать, что срок сдачи объектов от внезапного переноса не пострадает, и Владимир Владимирович надавал ему по шапке: «Это не ответ, это процесс. Движение все, конечная цель — ничто, это троцкизм. Мне нужен прямой, ясный, однозначно понимаемый ответ!» Колодяжный такой ответ дал, твердо пообещав. Ну а куда ему было деваться?
Так вот нервничать Путина заставила заграница. Точнее ЮНЕСКО, чьи эксперты неделю назад на сессии этой организации представили однозначный доклад и вывод: план Игр в Сочи не отвечает экологическим стандартам. С учетом внешне довольно вялого развития событий на олимпийских стройках угроза переноса Олимпиады из Сочи куда-нибудь еще из чисто гипотетической становилась внезапно почти реальной. Тем более что МОК дал понять, что доклад ЮНЕСКО рассматривает всерьез. Вот наше начальство и разозлилось. На всех сразу: на наших «энтомологов», на ЮНЕСКО, на МОК, на сочинских бюрократов, не сумевших замять дело. Пришлось сдаваться. И в то же время своим решением Путин как будто укрепил собственный престиж, показав себя гибким политиком, чутким к проблемам защиты окружающей среды и всемирного наследия.
Короче говоря, решение принято. Не ясно только, как его выполнять. Прежний проект санно-бобслейной трассы был, по правде говоря, очень хорош — с чисто спортивной точки зрения. На новом месте так хорошо уже не получится. К тому же проект придется рисовать заново и согласовывать с международной бобслейной федерацией. Новую горную деревню придется согласовывать с комиссией атлетов МОК, а это еще сложнее и дольше. Понятно также, что придется вносить коррективы во все прочие планы по цепочке. Ведь не зря же мы хвалились компактностью Игр как одним из главных достоинств. То есть каждый клочок земли задействован, расписан и закреплен. И втиснуть в это пространство и трассу, и деревню, к тому же водозабор по-иному спрофилировать будет совсем непросто. В этом смысле даже хорошо, что строительство толком не начиналось, потому что тогда и ломать уже пришлось бы, вполне вероятно.
Конечно, в жизни все может оказаться не так проблематично, но на данный момент очевидно, что времени, которого и так было в запасе немного, не осталось вовсе. При этом я так же, как и прежде, не сомневаюсь, что все построят. Просто спешка хороша при ловле блох, а не на стройке.
