Вместо тысячи слов
Руководство крупных предприятий Иркутской области о нынешней экономической ситуации в регионе говорит как о покойнике: либо хорошо, либо ничего. Между тем в прессу просачиваются слухи о сокращениях персонала и объёмов производства.
6 ноября на территории Усть-Илимского лесоперерабатывающего комплекса (УЛПК) прошла часовая забастовка. Куратор координационного совета профсоюзов в Усть-Илимске Ирина Кузнецова сообщила, что персонал требовал повышения заработной платы, которое предусмотрено в случае роста прожиточного минимума. В Усть-Илимске он вырос на 13%, такой же прибавки работники хотят и к своей заработной плате. Повышения жалованья сотрудники добиваются с начала второго квартала этого года, однако единственное, чего удалось достичь, – это прибавка к зарплате в 1%, которая, естественно, никого не устроила. «Руководство отказывается не только повышать нам жалованье, но даже садиться за стол переговоров, хотя мы готовы идти на компромисс», – пожаловалась Ирина Кузнецова. По её словам, отказ в повышении заработной платы мотивируется просто: «Нет денег». «Не знаю, насколько это связано с кризисом, – рассуждает Кузнецова. – Кризис – это очень удобная отговорка».
Заместитель директора филиала УЛПК Сергей Сизов между тем заявил корреспонденту «Конкурента», что на УЛПК «нет проблем с размером и сроками выплат заработной платы». «Ожидаем решения о сокращении объёма производства, однако пока на то нет официальных документов», – сказал он. Предприятие отказывается от дополнительных услуг сторонних поставщиков.
На ОАО «Коршуновский ГОК» начальство пока тоже не находит повода официально объяснить работникам ситуацию. «Руководство комбината не выступало перед сотрудниками с какими-либо заявлениями, хотя этого ждут уже месяц. Если ситуация не поменяется в ближайшее время, будем выступать с официальными обращениями мы», – отметил председатель профсоюза Коршуновского ГОКа Владимир Большаков, пока отказавшись от иных комментариев.
По словам одного из работников ГОКа, сейчас некоторых сотрудников пытаются отправить в отпуск без содержания, причём не подписывая при этом официальных документов, чтобы не нарушать трудовой договор. «О необходимости уйти в отпуск устно сообщают начальники отделов, а руководство молчит. Но на комбинате работают неглупые люди, мы тоже отслеживаем ситуацию, видим, что объёмы производства значительно уменьшились, как и объёмы экспорта», – сказал один из сотрудников ГОКа. Он также сообщил, что снижается отгрузка концентрата потребителям не только в Китае, но и в Челябинске.
«Сейчас вся металлургия на ушах, покупатели просят снизить цены на сырьё, но эту цену определяем не мы, а «Мечел», – заметила пресс-секретарь ОАО «Коршуновский ГОК» Оксана Пономаренко. Она сообщила, что «производство на предприятии сохранено в прежнем объёме». Однако не подтвердила информацию о том, что комбинат работает на склад. Сейчас на ГОКе разрабатывается антикризисная программа, и от накладных расходов всё равно приходится отказываться, сказала Пономаренко. «Управленцам ГОКа урезали лимит на телефонные разговоры. Уменьшили количество служебных машин, прекратили приём на работу новых сотрудников», – перечислила она. Оксана Пономаренко подчеркнула, что сокращения штата не планируется. «У нас технологичное производство, куда сложно подобрать квалифицированный персонал, и если мы сейчас его распустим, то потом этих людей просто не соберём, а других не найдём», – сказала Пономаренко.
Председатель профсоюза Иркутского алюминиевого завода (ИркАЗа) Владимир Бутаков каждый день начинает с мониторинга данных Лондонской биржи: «Смотрим, на каком уровне находятся цены на алюминий. Пока что ещё можно работать. Сегодня сырьё стоит 1940 долларов за тонну. Критическая ситуация возникнет, если цена упадёт до 1800 долларов», – рассказал он. По информации источника, близкого к руководству ИркАЗа, на предприятии сейчас возникают проблемы с экспортом алюминия, потому что у прежних покупателей нет денег на приобретение сырья.
В одной из фирм-поставщиков специализированного оборудования сообщили, что РУСАЛ заморозил оплаты по отгрузкам оборудования на ИркАЗ, БрАЗ и Тайшетский алюминиевый завод до февраля и пытается отказаться от некоторых заключённых контрактов. На БрАЗе от каких-либо комментариев о том, как кризис отразился на работе завода, отказались. Председатель профсоюза БрАЗа Виктор Шевцов сообщил, что пока обязательства по коллективному договору руководство выполняет полностью, однако уже известно о намерениях снизить социальные гарантии на следующий год.
Заместитель директора строительства Тайшетского алюминиевого завода, первую очередь которого планировалось сдать в декабре 2009 года, Евгений Бородулин рассказал, что темпы стройки замедлились и персонал частично сокращён, как и финансирование. «Сейчас строим на столько, на сколько есть деньги. Кончатся деньги – кончится стройка», – ёмко сообщил Евгений Бородулин.
Один из работников завода на условиях анонимности рассказал, что «производственные показатели на предприятии катастрофически снижаются. Ситуация уже не поддаётся контролю». На сайтах различных СМИ целую неделю обсуждается слух, что банковские счета ИркАЗа арестованы и прекратились перечисления в местный бюджет. Первый заместитель мэра Шелеховского района Светлана Щепина комментировать денежные поступления от ИркАЗа не стала, однако отметила, что впервые за долгое время наметилась тенденция к снижению доходов муниципального бюджета. В пресс-службе ИркАЗ ОК РУСАЛ на запрос «Конкурента» сообщили, что предприятие работает в обычном режиме. «Пересмотрев структуру затрат ещё в начале 2008 года, ИркАЗ в данный момент не планирует снижать численность рабочих и зарплату и переходить на сокращённую рабочую неделю. Зарплата на предприятии выплачивается своевременно и в полном объёме».
Во многих компаниях сотрудникам уже предложили написать заявления о переходе на четырёхдневную рабочую неделю с целью сэкономить на фонде заработной платы. В пятницу стало известно, что с 1 декабря в Иркутске закрывается представительство ТНК-ВР, правда, в московском представительстве официально эту информацию не подтвердили.
