Кто спрятался — тот не виноват
Спорт попадает в заголовки новостей или если что-то большое выиграли, или если допинг. От биатлона ждали побед, а дождались допинга.
Биатлон — это зимний футбол. Я имею ввиду, конечно, его популярность. Во всяком случае, среди зимних видов спорта даже хоккей, наш родной хоккей, оказался в тени бега с винтовкой по снегу. Причем женщины за биатлон болеют как-то особенно фанатично, что подтверждает мнение некоторых психологов, что этот вид спорта, с его подлинными страстями и непридуманными сюжетами, заменяет дамам заштампованные сериалы. Потому допинговый скандал и дисквалификация сразу троих наших спортсменов вызвали особо горестный шум.
Про допинг я здесь писал не раз, и сейчас не буду снова говорить о своем отношении к этой насквозь лицемерной, фальшивой со всех сторон теме борьбы за чистоту спорта. Раз уж борются, значит, таковы правила игры, и мы их принимаем.
Так вот есть трое российских спортсменов, уличенных в использовании запрещенного препарата. Их накажут. Наказание будет суровым. Фактически оно означает конец карьеры. Потому что все трое пропустят не только Олимпиаду в Ванкувере через год, но и по правилам также пропустят ближайшую Олимпиаду после истечения срока дисквалификации. Это будет уже в Сочи. Выступать дальше, не имея олимпийских перспектив, бессмысленно и для самих спортсменов, и для их руководства. А ждать фактически пять лет, чтобы начать готовиться к Играм-2018, которые пройдут через девять (!) лет – на это ни один спортсмен не пойдет. Таким образом, это будет не дисквалификация на два года, как формально должно быть, а дисквалификация навсегда.
И вот здесь у меня возникает одно желание. Я хочу, чтобы вместе с этой троицей точно так же навсегда из спорта выгнали всех, кто к этому причастен! Врачей, тренеров, начальство – всех! Их будет много. Возможно, слово «всех» будет действительно означать всех. Но иначе уже нельзя, потому что пошлость и гадость ситуации зашкаливают.
Не думайте, что кто-то из спортсменов принимает допинг по собственному почину. За исключением клинических идиотов, которых в спорте недолго, остальные никакой самодеятельностью заниматься ни за что не станут. В случае с Юрьевой, Ахатовой и Ярошенко речь идет об эритропоэтине. Его можно ввести только путем инъекции. К тому же этот препарат вообще отнесен к категории наркотиков, а во многих странах уже сам факт его хранения может быть уголовно наказуем. И вот вы хотите сказать, что эти трое сами себе кололи? И так, что ни тренеры не знали, ни врачи не замечали?
Наше антидопинговое агентство говорит, что с него взятки гладки, что оно все проверяло и ничего не находило. А почему, кстати, все наши истории с допингом всегда выглядят одинаково? Дома всегда все чисто, а как за границу вылезли – тут же кого-нибудь поймали. Знающие люди рассказывали, как выглядят эти «проверки». Прибывшему на место допинг-офицеру просто дают денег, чтоб он ничего не искал, но поскольку сам анализ все-таки нужен, в пробирку вместо спортсмена писает его тренер или еще какой-нибудь посторонний господин.
И была, к слову, анекдотическая история как раз по теме. Нашего штангиста дисквалифицировали после такого анализа. Только анализ был не его – по привычке писал тренер! А пробы самого атлета потом оказались чистыми, но про это, конечно, никто не говорил тогда – и парня на два года дисквалифицировали.
Да, спортсмен взрослый человек и должен сам за себя отвечать, должен знать, что ему колют, должен отказываться от допинга. Но это будет не спорт, а фэнтэзи. А можно ли отказаться? Вот вам начальник на работе отдает приказы, подчас глупые, несправедливые, непрофессиональные – и что, часто вы спорите с ним? Нет, чаще всего человек предпочитает с начальством не связываться, чтобы не иметь проблем. Иначе выгонят и найдут на твое место другого.
В спорте то же самое! Не хочешь – ступай на все четыре стороны, а мы найдем того, который не побрезгует. Начальству нужен результат, тренеру нужен результат. Не хочешь давать результат – его дадут другие. А оказавшись на улице, спортсмен сразу остается без источника доходов. А кроме как бежать на лыжах и поражать мишень, он больше ничего делать не умеет, ничему, кроме спорта, себя не посвящал. Или согласиться на таблетки и уколы, или стать никем и нигде. А если еще семья есть?
Но не всегда это бывает в лоб. Вот вы можете точно сказать, почему доктор выписывает вам то или иное лекарство? Можете твердо ответить, как это лекарство действует, какие у него побочные эффекты? В инструкциях же не все пишут. И вот молодому парню врач команды начинает под видом витаминов или пищевых добавок давать нелегальные препараты – и как это самому установить без знаний и помощи настоящих специалистов?
И в случае с трио наших горемычных биатлонистов тоже было начальство, требовавшее побед в самом рейтинговом зимнем виде. Врачи доставали препарат и вводили – тайно или явно. Всё вдали от чужих глаз, без письменных распоряжений. А кто не спрятался… Или вспомним другой афоризм — «ловят ни тех, кто принимает, а тех, кто попадается». Но попадается только спортсмен. Не пора ли за задницу взять для примера еще кого-нибудь?
Надежда здесь, как ни странно, только на Михаила Прохорова. С недавних пор он у нас по биатлону главный. И единственный, кто при желании может хотя бы в своем виде спорта прекратить безобразие. Не потому что он святой и образчик незамутненной добродетели. Не в этом дело. Просто Прохоров биатлон выбрал добровольно. Но при этом он не принадлежит к биатлонному лобби, он не связан и не повязан здесь ни с кем и ни с чем. И он, безусловно, не хочет, чтобы его имя теперь ассоциировалось с такой дерьмовой историей. Хватит ему и Куршевеля. Вот ради собственного имени и имиджа самому богатому россиянину и есть смысл разворошить это воронье гнездо.
