В России за одну пятилетку будет возведено гражданское общество
К 2005 году в Москве обещают выстроить Музей СССР. Пока, правда, его потенциальными экспонатами служат лишь сотрудники Музея и центра им. Сахарова.
Голос диктора Левитана: От советского информбюро! работают все радиостанции советского союза! в десятилетнюю годовщину распада союза советских социалистических республик музей и центр имени андрея сахарова объявляет открытый конкурс концепций и предложений – чему должна быть посвящена экспозиция музея СССР?! Слово предоставляется директору центра товарищу Самодурову Юрию! (Слышится неуверенное интеллигентское покашливание.) – Товарищи! «СССР – это наше все», так, в определенном смысле, можно сказать, перефразируя слова, сказанные о Пушкине. Если наше «все» канет в Лету, это будет так же плохо, неумно и безнравственно, как беречь не портреты и тексты Пушкина, а только критические статьи о нем. Напротив, «СССР» нужно чем-то обозначить, он должен стать доступным взгляду (осмотру), чтобы его можно было зримо и мысленно представить, тогда, думаю, к СССР начнет формироваться правильное, а не придуманное отношение. …Создание Музея СССР – дело, требующее активного сотрудничества профессионалов, гражданского общества и государства, думаю, не только России, но и стран, входивших в сос... Доклад прерывается шумом падающей мебели, и в микрофоне звучит сипловатый восточный голос: – Я, я готов, я уже много музэев построил. И саврэмэнного искусства, и импэратора Пэтра, и другие… – БЕЗОБРАЗИЕ! – А ты, Лэвитан, лучше молчи, когда джигит разговаривает! Ты давно умэр и вообще пэрсонаж виртуальный! Самодуров (растерянно): – А вы-то сами кто? – Я? Да я самый крутой профэссионал из всэх, которым ты прэдложил концепцию разрабатывать! Мэня сам Колумб боится! Но только дэшево покупаешь: за первое место 600 баксов! А где лаве, что тебе Бэрэза на благотворительность слил? А? Да за такие дэньги тебе никто музэй затычек для ванн делать не будэт! – Простите, но мы, правозащитники, люди бе… – Корочэ, слушай сюда. С тэбэ дэшево возьму, всэго поларбуза гринов. Ты мнэ нравишься! Я тэбэ такой модный музэй сделаю, московско-дэржавный, пальчики оближешь. Ты слушай! Воробьевы горы пэрэимэновываем обратно в Ленинские, а потом сроем – мы с рэбятами уже Поклонную гору срыли, нэ привыкать! Тэм самым обозначаем преемственность с советской свэрхдержавой и непредвзятое к ней отношэние. На ровном мэсте строим грандиозный пантеон, опыт тожэ есть. Мой бэздарный прэдшэственник, архитэктор Витберг, в память войны 1812 года там как раз пантэон строить собирался, масон хрэнов. Каждый камешек символичэски и нумерологически просчитал, а с бюджэтом погорэл. Про откат, понимаешь, забыл!Одно слово, дилэтант! – Но позво… – Нэт, ты слу… Речь прерывается звоном графина, разбитого о тупой и тяжелый предмет. Вступает новый голос: – Нет, уважаемый господин Самодуров, вы его не слушайте. Все эти державные монстры остались в прошлом веке! А музей СССР третьего тысячелетия должен быть радикальным музеем. Щас, только в вену попаду, я так куда суггестивнее становлюсь. Уф, кажется, зацепило! Итак, стиль – это человек, советский стиль – это советский человек. Дискурс – это тоже человек, а советский дискурс – это, ясный симулякр, советский человек. В общем, я уже договорился – у меня такие связи… Сам Глеб Олегыч меня ценит. Итак, уцелевших истинно советских индивидуумов вроде бывшего главы Пионерской организации профессора Юрия Афанасьева или генсека ЦК КПСС Михаила Горбачева мы уговариваем после кончины отдать свои тела на пользу истории. А вы, как настоящий советский диссидент, должны подать им пример. Щас, только косяк забью, мне так объяснять проще! Уф, кажется, торкнуло! Итак, из тел этих мучеников истории набиваются чучела, монтируется инсталляция и выставляется в специальном помещении. Этикетки я уже написал, там и про художественный жест есть, и про кластер, и про дискурс не забыто. Естественно, экспозиция должна быть украшена мумиями настоящих офицеров советских спецслужб, за телами которых надо обратиться в правительство. Нас, прогрессивных арт-пиарщиков, там так це… Раздается сдавленный хрип, и вступает новый оратор: – У, сионо-фашист пархатый, живучий какой! Мы, прогрессивные красно-коричневые черносотенцы, давно разрабатывали свою единственно верную, потому что она всесильная, концепцию музея первого в мире государства истинно православных рабочих и истинно православных крестьян! Итак… Из угла слышится тихое испуганное подвывание культурного правозащитника Самодурова. P. S. Увы, даже такой реакции на довольно комично выраженную инициативу Сахаровского центра (в цитате из Самодурова мы осмелились лишь слегка подправить пунктуацию), выдвинутую 19 января, общественность пока не проявила. А жаль. И не только потому, что к любопытной «выставке-лаборатории» «Музей СССР», прошедшей в 1999-м и предварявшей нынешний долгоиграющий проект, приложили руку вполне достойные художники – от патриарха отечественного абстракционизма Юрия Злотникова до столпа «бумажной архитектуры» Александра Бродского. И не потому, что большинство нынешних российских школьников нетвердо знают, кто такой дедушка Ленин, то есть относятся к племени Иванов, родства не помнящих и на родную историю плюющих. Похоже, авторы инициативы должны винить самих себя. Российское правозащитное движение давно подорвало собственный авторитет благодушным резонерством «в пользу бедных», никакого резонанса не вызывающим, и отчаянно ручным поведением по отношению к властям. Настолько ручным, что новый проект вполне можно истолковать как очередную мутную водицу на мельницу сановных реставраторов «совка». Впрочем, и им проект пока ни к чему: зачем лишний шум вокруг Советов, когда со свободой слова еще не разобрались. К тому же за тяжелую многомесячную работу (а концепция такого музея – не фунт изюму) предлагаются три премии – 600, 500 и 400 долларов. А за такие деньги нормальный россиянин, паранойей не страдающий, может предложить правозащитникам лишь концепцию еще одного исторического российского музея – Музея воровства. Как люди образованные, они наверняка должны помнить карамзинскую историю России в одном слове – «Воруют!».
