Мир устремился к «якорным» валютам

Окончанием эпохи господства доллара можно считать решение Китая в прошлом месяце разместить первый выпуск гособлигаций в юанях для иностранных инвесторов, уверен обозреватель британской The Daily Telegraph Эмброуз Эванс-Притчард (Ambrose Evans-Pritchard)

Пекину нет необходимости привлекать деньги за рубежом, поскольку Китай держит 2 трлн долларов валютных резервов. Единственная цель — подготовить путь к становлению юаня в качестве полноценной глобальной валюты, пишет обозреватель The Daily Telegraph.

«Это звон колокола, — комментирует Майкл Пауэр (Michael Power), эксперт компании Investec Asset Management. — Мы только начинаем осознавать огромный масштаб и историческое значение того, что произошло».

Что и кто потеснит доллар

Именно изменения в Китае и на других растущих рынках Азии и Латинской Америки угрожают господству доллара, а не отвязка от доллара в ценообразовании нефтяных контрактов. Вчера рынки были потрясены (впоследствии опровергнутыми) сообщениями о том, что Китай, Франция, Япония, Россия и страны Персидского залива планируют отказаться от доллара в расчетах по сырьевым контрактам. Но мало что зависит от того, за какую валюту продают нефть — будь то доллары, евро или венецианские дукаты.

Важно другое — куда страны ОПЕК и другие нефтепроизводители решат вкладывать средства и как использовать профицит торгового баланса. Если они перестанут переводить эти доходы в американские казначейские обязательства, ипотечные бумаги и другие активы, доллар будет со временем ослабевать.

«Весь мир значительно перегружен долларами, — комментирует Дэвид Блум (David Bloom), глава валютного направления банка HSBC. — Когда инвесторы распределяют вложения — немного туда, немного сюда — среди других валют или золота, это постепенно разрушает доллар. Как было и с фунтом стерлингов после Первой Мировой войны. Любой может понять, что это сейчас и происходит».

Дефицит, долги и станок

«В США ставки близки к нулю, внешнеэкономические балансы дефицитны, госдолг растет к уровню 100% ВВП, и кроме того, они включили печатный станок. Это прямо-таки «идеальный шторм» для доллара», — уверен Блум.

«В прошлом году доллар рос, потому что случился глобальный кризис ликвидности, но теперь правила изменились и на этот раз все будет совсем по-другому», [если последует очередной массовый сброс активов], — считает Блум.

Самокорректирующийся механизм мировой валютной системы до сегодняшнего момента не действовал, потому что Китай и другие азиатские страны ограничивали рост своих валют для стимулирования экспорта. Нефтяные страны Персидского залива в основном поддерживают привязку к доллару, по другим причинам.

Продолжать эту стратегию стало невозможно. При такой стратегии (этим странам) приходится «импортировать» американскую денежно-кредитную политику, которая слишком мягкая для их экономики и которая будет провоцировать неустойчивый рост «пузырей» по мере восстановления глобального рынка.

Денежно-кредитная политика Пекина

Лоренцо Бини-Смаги (Lorenzo Bini Smaghi), член правления Европейского Центрального банка, заявил, что Китаю, например, нужно стиснуть зубы (и решать эту проблему). «Я думаю, лучший вариант — это если Китай начнет проводить свою собственную денежно-кредитную политику и отделится в этом отношении от ФРС».

Пекин ведет себя очень странно, сетуя на падение стоимости своих огромных валютных резервов (около 1,6 трлн долларов), размещенных в долларовые активы, и в то же время упорно продолжая прежнюю политику, из-за которой вынужден аккумулировать американские активы, — то есть не допуская более чем точечного роста юаня против доллара.

Несмотря на все свои заявления, Китай в июне купил американские казначейские обязательства на 25 млрд долларов, еще столько же было куплено в июле. Низкий курс юаня позволяет во время экономического кризиса не закрывать в стране предприятия и поддерживать общественный порядок, хотя в августе китайский экспорт все же сократился на 23%. Но время такой политики уже истекло. Сторонники реформ в Пекине готовят глубинные изменения в китайской экономике, предполагающие уход от экспортно-ориентированной модели (на экспорт приходится 38% в структуре ВВП) и переключение на внутренний спрос, и они понимают, что если слишком долго сохранять привязку к доллару, то в любом случае экспортное преимущество будет размываться — вследствие влияния инфляции.

Бремя Европы

Пока основное бремя азиатской валютной политики несет на себе Европа. Привязка китайской валюты к доллару привела к падению юаня против евро, даже несмотря на рост китайского торгового сальдо с ЕС. Профицит достиг в прошлом году 169 млрд долларов. Вследствие этого уже возникают протекционистские разговоры в Европе, где уровень безработицы в процентах скоро будет выражаться двузначными показателями.

Член управляющего совета ЕЦБ Гай Кваден (Guy Quaden) заявил, что терпение уже заканчивается. «Проблема не в обменном курсе доллара против евро, а в соотношении доллара и некоторых азиатских валют, например, китайского юаня».

Министр финансов Франции Кристин Лагард (Christine Lagarde) на встрече представителей «Большой семерки» заявила, что курс евро был поднят слишком высоко. «Необходима перебалансировка, чтобы одна валюта не принимала весь огонь на себя».

Разумеется, что это больше чем проблема только доллара. Это несоответствие между старой гвардией — США, Европа и Япония — и новыми державами, которые должны иметь более сильные валюты в соответствии с динамикой их развития и растущим благосостоянием. Чем дальше это будет продолжаться, тем больше разрушений это принесет глобальной экономике.

Новый валютный порядок может напоминать ситуацию 1920-х годов и предполагать наличие четырех-пяти региональных «якорных» валют, (роль которых могут выполнять) юань, рупия, евро, реал — и доллар, но не как гегемон, а как первый среди равных. США от этого будет только лучше.

Эмброуз Эванс-Притчард, The Daily Telegraph,
перевод Натальи Бокаревой