Владимир Кулиш: «Правительство разрешило сбрасывать в Байкал химические отходы»

Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат (БЦБК) вновь пытаются запустить в условиях зимних холодов и изношенности оборудования.

Член правления «Движения в защиту Байкала» Владимир Кулиш поделился своим мнением с корреспондентом Великой Эпохи (The Epoch Times) о последствиях загрязнения Байкала отходами производства БЦБК и возможностями выхода из ситуации.

- Владимир Павлович, как Вы относитесь к постановлению правительства, которое позволяет сбрасывать отходы производства БЦБК напрямую в озеро Байкал?

В.К.: Этим постановлением было перечеркнуто все, что достигли защитники Байкала за 40-летнее существование БЦБК. Сейчас все ограничения сняты, теперь и речи нет, сбрасывать или не сбрасывать в озеро отходы. Вся уникальная экологическая система Байкала терпит бедствия из-за такого вредительства.

Экосистема Байкала имеет уникальное свойство — она сама способна производить и сохранять чистой воду. Байкальский планктон, пропуская через себя воду, не только удаляет посторонние примеси, но и обогащает воду кислородом. Но планктон не способен очистить воду от технических отходов, к тому же эти уникальные микроорганизмы убиваются веществами, сброшенными БЦБК. Постепенно качество байкальской воды ухудшилось.

Когда-то жир байкальской нерпы использовался в лечении некоторых заболеваний, а теперь он стал вреден, так как в организме нерпы обнаружены полихлорбифенилы, в том числе диоксины — один из самых страшных ядов, которые практически не разрушаются. Нерпа стоит на последней ступени пищевой цепочки в байкальской экосистеме. Даже в молоке кормящих матерей, употребляющих в пищу мясо нерпы, обнаружены диоксины.

- Многие жители рассказывали, когда работал БЦБК, в воздухе стоял стойкий неприятный запах. Как сказались эти атмосферные выбросы на Байкал?

В.К.: Исследования показывают, что комбинат выбрасывал в воздух ежегодно десятки тысяч тонн пыли и газа, который и дает этот резкий запах. В результате на площади около шестисот квадратных километров ученые отмечают засыхание верхушек деревьев, а в радиусе ста шестидесяти километров — полное усыхание хвойных лесов.

- Как Вы считаете, скажется ли на экосистему Байкала решение правительства о складировании, захоронении и обезвреживании вновь образующихся промышленных отходов вблизи озера?

В.К.: Это решение угрожает всему живому вокруг. В сотнях метров от Байкала, рядом с БЦБК, в шламонакопителях находятся десятки миллионов кубометров твердых отходов производства комбината-лигнина. Он содержит опасные соединения хлора и тяжелых металлов. Комбинат находится в зоне повышенной сейсмичности и если шламонакопители повредятся, тогда все потечет в Байкал.

К тому же БЦБК — старое предприятие, был запущен в 1966 году и с тех пор не модернизировался, трубы не ремонтировались, не заменялись изношенные системы. Еще 10 лет назад степень износа предприятия составляла 80%. Из дырявых труб отходы попадают в почву. Эти яды накапливаются в подземных горизонтах и прямо попадают в Байкал.

- Ранее в печати сообщалось, что комбинат запустить зимой невозможно по техническим причинам, но после постановления уже выпустили пробную партию целлюлозы. Каковы могут быть последствия запуска комбината зимой?

В.К.: Многие квалифицированные специалисты уже уехали из Байкальска или нашли работу на других производствах, поэтому собственных специалистов сейчас на комбинате не хватает. При запуске не были соблюдены технологические процессы из-за нехватки специалистов.

Во время пробных пусков комбината в декабре прошлого года и январе 2010 года уже произошли аварии, удалось обойтись без человеческих жертв. Но запуск комбината в условиях зимних холодов может привести к серьезным авариям.

- Какой Вы видите выход из создавшегося положения?

В.К.: Необходимо перепрофилировать БЦБК. 20 лет назад в журнале «Охрана труда и социальное страхование» №4 я нашел публикацию о вторичной переработке древесных отходов, разработанной академиком РАЕН Михаилом Васильевичем Бирюковым. Я сразу же зацепился за этот метод, он решал проблему 21 века — утилизация твердых бытовых и промышленных отходов.

Я ездил к нему в Балабаново, где он организовал небольшое предприятие по производству строительного бруса из древесных и растительных отходов. Дом из такого бруса можно собрать за 5 часов, причем материал экологически чистый и высокого качества. Технологии М. Бирюкова получили положительную оценку и признание как в России так и за рубежом, но реализовать проект так и не смогли.

Если поставить несколько таких установок на БЦБК, то решился бы вопрос утилизации накопленных годами отходов и трудоустройства жителей Байкальска.

- Озеро Байкал содержит почти четверть мировых запасов пресной воды. Собрано большое количество доказательств вредного воздействия комбината. Как Вы думаете, что движет людьми, которые упорно хотят запустить комбинат?

В.К.: Я начал задаваться этим вопросом много лет назад, когда моя мама сказала фразу «Байкал травят враги народа». БЦБК было всего 5—7 лет от роду, а жители Слюдянки, расположенной на берегу Байкала, уже не раз извещали о массовой гибели бычков и омуля, а также случаях отравления людей. Я начал собирать информацию и пришел к выводу, что существуют силы, уничтожающие Байкал.

По прогнозам ЮНЕСКО, через 2—3 десятилетия вода станет самым востребованным, а значит и самым дорогим товаром. Эти силы не могут допустить экономическое процветание и поэтому губят источник экологического и экономического благополучия. Они уничтожают живую воду Байкала — 94,6% запасов стратегического сырья России, чтобы уничтожить ее народы. Сейчас, когда отравлены большие и малые реки, когда уже сложно найти чистую воду на земле и под землей, уничтожение Байкала — это уничтожение России.

- Поэтому Вы решили организовать «Движение в защиту Байкала»? Расскажите, с чего Вы начинали?

В.К.: Мы организовали «Движение в защиту Байкала» в ноябре 1988 года и избрали членов правления, куда вошел и я. А 22 ноября собирали первый митинг и демонстрацию. Готовились секретно, все же было под колпаком КГБ, было опасно тогда собираться. Помню, день выдался морозным, собралось более 500 человек. С плакатом «Гласность — оружие перестройки» прошли по центральным улицам, так впервые в Иркутске прошел свободный демократический митинг.

Организовывали сборы подписи на улицах города, за день набирали до 10 тыс. подписей. С печатью информационных материалов было очень сложно. Тогда множительная техника вся была под контролем, кгбэшники приходили на предприятия, где была такая техника и опечатывали помещения. Они боялись антисоветской агитации. Я тогда работал в аэропорту, брал простую печатную машинку и вручную печатал материалы. Уходило много времени, но я об этом не думал, печатал столько, сколько мог.

За эти годы удалось остановить строительство водовода от БЦБК для сброса в реку Иркут, изменить маршрут строительства нефтепровода в обход водосборной территории Байкала, но предотвратить главное бедствие для Байкала — БЦБК — пока не смогли. Многое зависит от того, чтобы как можно больше неравнодушных людей выступили в защиту озера Байкал.

Справка о Байкале

Напомним, что Байкал — озеро в южной части Восточной Сибири, крупнейший природный резервуар пресной воды и самое глубокое озеро планеты. Больше половины года Байкал скован льдом. Период ледостава с 15 января по 1 мая, судоходство осуществляется с июня по сентябрь.