Пожары как зеркало русской системы
Заходит так красиво лейтенант-пожарник на мой склад. Брючки наглажены, туфли начищены, в руках папочка, взгляд вежлив, внимателен, но строг. Картинка, а не лейтенант...
«Так, плановая проверочка. Какая у вас площадь? Ага, а где запасный выход? При такой площади быть должен. Ну и что, что типовой проект, в СССР построен, вдруг, пожар!».
Да тут всего два человека, они и так у входа сидят.
«Непорядок. Исправить».
А где то, се, пятое, десятое. Протокол плюс предписание на закрытие. Ну, давай поговорим, лейтенант, точнее, товарищ генерал.
«Ну вот, так-то лучше, вот вам маленький штраф, вот предписание на небольшие недостаточки, сами понимаете, не могу не выписать. И вообще, вы же знаете, предупредить легче, чем погасить.
Все бы так, а то знаете, какие бывают. И вот вам телефончик фирмы, которая сигнализацию поставит, обращайтесь. А вот тут надо огнетушители купить. И там, и там, сошлитесь, пожалуйста, что от меня».
Давно это было. На сегодня профилактика поставлена на такую высоту, что проверяющих и предписывающих больше, чем продающих и тушащих. Только как оказалось, количество протоколов не заменяет количество брандспойтов, лекарство профилактическое не лечит, а снимает симптомы и демонстрирует бурную деятельность. Ну, еще отражается на цене продуктов.
А с этим мы боремся. Напугала в те же годы всех инфляция с десятками годовых, до сих пор для профилактики снижаем. Но не может рост без инфляции быть. Если я знаю, что станок сегодня стоит сто, а завтра будет сто десять, я куплю его сегодня. А если он и завтра, и послезавтра будет стоить сто, а может, и меньше, я куплю его как можно позже. Оборот денежный замедляется.
А тут еще вторая напасть. Инфляция, например, как нам сейчас говорят, шесть процентов, а кредит – двадцать. Фактически, мне он обходится в четырнадцать годовых, или в три раза больше, чем инфляция. А если инфляция, как было шестнадцать, а кредит двадцать шесть, я уже беру кредит под десять процентов, т.е. всего на семьдесят процентов дороже, а не в три раза. И большинство среднего и весь малый бизнес также, потому что нет у них шансов за границей под три процента брать. И берет осторожненько, только на оборотные средства, какое уж тут развитие под такие проценты.
И сверху его давят – не повышай цены. Но профилактикой занимайся: покупай брандспойты, ставь сигнализацию и помогай пополнять бюджет. Не только налогами, а разными целевыми сборами. Например, первичный ветеринарный осмотр животного на забой стоит семьсот рублей. А сдаст он свою коровенку на пятнадцать. Итого, пять процентов – в бюджет, акциз так сказать. И что крестьянин делает? Правильно, сдает перекупщику. Дешевле, зато без мороки и платежей. И никакие рынки и рабочие места ему не нужны. Дороже выходит. Но отчетность опять хорошо –столько-то сделали мест для фермеров. И в строке «Прочие поступления» прибавочка. От тех, кто берет эти справки. И государство богатеет, когда простой продукт имеет. А потребитель беднеет и берет дороже при низкой инфляции. Рост идет в статистике, а я вижу: те, кто раньше брали пять, теперь берут три. А остальное – бразильское, переработанное на нашем мясокомбинате. Вот так, решая тактические задачи – борьба с инфляцией и пополнение социального бюджета, мы своего производителя ВВП загоняем в угол. И поддерживаем чужого производителя ВВП.
А лейтенант тот давно уж не лейтенант, а владелец фирмы по продаже противопожарного оборудования и прочих сигнализаций. Племянник с проверками ходит. Но тяжелей им хлеб дается, карманы дающих худеют. Не заморить бы. И пожары не понадобятся. С мертвыми отчетами.
Сергей Перевозников,
Имение «Заречное»
