Общественно-государственный тупик
Минобрнауки защитило вузы от студенческого аудита.
"Уровень взяточничества в нашем вузе не поддается описанию. Это не просто ситуация, когда преподавателю дают деньги, а он ставит высокую оценку ни за что. Дошло до того, что без взятки на экзамен или зачет, на защиту доклада или курсовой просто не сунешься — бесполезно. В итоге дань преподавателям вынуждены платить все. И за всё". "Образование, которое мы получаем, столь некачественное, что у выпускников постоянные проблемы с трудоустройством. Работодатели нас не берут! А ведь официально наш вуз считается неплохим". Все эти призывы "Спасите наши души!" исходят с "Титаника" отечественного высшего образования. Но их, как водится при катастрофах, мало кто слышит. Российские студенты устали от показухи, коррупции и низкого качества образования. Победить это зло они предложили испытанным демократическим путем — введением общественного аудита вузов. И натолкнулись на упорное противодействие чиновников.
Жалобы на высшее образование в России слышатся все чаще и чаще. И от студентов, и от работодателей. Общероссийская общественная организация "Всероссийский студенческий союз" (ВСС) услышала эти SOSы, приняла их и даже снарядила было спасательную экспедицию — проект "Общественный аудит в вузах". Но... Всегда вылезает это пресловутое "но".
Спасение утопающих — дело рук самих утопающих
Система общественного аудита крайне проста и эффективна. Не хочет какое-то учреждение решить тот или иной вопрос — граждане обращаются с жалобой в профильную общественную организацию. Та информирует о готовящемся аудите проштрафившейся конторы выборные органы власти и получает официальное разрешение провести его. Все: можно идти проверять. Правда, юридической силы акции такого рода не имеют. Но она и не нужна. Итоги общественного аудита широко освещаются через СМИ. И одна лишь возможность предания гласности злоупотреблений, нерадения и прочих чиновничьих шалостей напрочь отбивает охоту совершать их.
Так учит мировой опыт. И два года назад ребята из ВСС решили применить его к нашему высшему образованию — благо, власти заговорили о необходимости взять его под общественно-государственное управление. "Время введения общественного контроля над деятельностью чиновников в нашей стране пришло, — решили они. — Мы уверены, что изменения ситуации в системе высшего образования можно добиться путем проведения общественного аудита. Общественный резонанс, который вызовут итоги аудита, позволит вселить в каждого студента уверенность в том, что его права могут быть защищены, и заставит руководство остальных вузов более тщательно подходить к выполнению своих должностных обязанностей".
Схема мыслилась такой. Шаг первый: "На сайт Всероссийского студенческого союза от студентов приходит информация о неправомочных действиях работников учебного заведения". Шаг второй: "По итогам предварительной проверки этой информации ВСС принимает решение о необходимости проведения аудита и при поддержке депутатов Государственной думы готовит письмо в Министерство образования и науки с запросом на получение полномочий для проведения общественного аудита". Шаг третий: "Команда профессионалов проводит аудит. По итогам пишется отчет, который выставляется на сайте ВСС, отправляется в Минобрнауки, Общественную палату, СМИ, а также в администрацию самого вуза". Трепещи, злоумышленник!
Эффект хорошей лоббистики
Всероссийский студенческий союз подготовил нужные документы и начал переговоры о взаимодействии с властью, нашел спонсоров и даже сформировал команды проверяющих во главе с аудиторами-профессионалами (ни больше ни меньше, как из "Газпрома"), готовыми по первому зову взять на основной службе отпуск и поработать во славу общественных интересов.
Провели мониторинг студенческих жалоб на ситуацию в вузах и выявил узловые проблемы. Главной, рассказал "МК" вице-председатель ВСС Сергей Гончаров, оказалась вузовская коррупция — именно на нее жалуется наибольшее число студентов. Вплотную за ней идет низкое качество образования. А следом — проблема общежитий: "Не просто проблема, а истинный коллапс, вызванный притоком иногородних студентов после введения ЕГЭ. Вузы оказались не готовыми к массовому наплыву учащихся, нуждающихся в поселении, и в ближайшие 2–3 года острота ситуации в крупных городах будет только нарастать. Для студентов это очень опасно. Не получив места в общежитии, многие вынуждены снимать квартиры. А для того чтобы оплачивать их — не столько учиться, сколько работать. В итоге ребята запускают учебу, а потом и вовсе вылетают из вузов. Многие — так и не узнав, что числящиеся за ними койко-места в общежитиях на самом деле занимают люди, давно вышедшие из студенческого возраста и не имеющие никакого отношения к их альма-матер".
Вообще, многое из того, что предназначено для студентов, существует только на бумаге, сокрушаются в ВСС. Например, центры общественного пользования, аккумулирующие закупаемую Минобрнауки новейшую аппаратуру для работы молодых ученых. Закупки, вздыхает Сергей Гончаров, идут с 2007 года. Однако до сих пор полной, общедоступной, единой базы данных о том, что куплено и где размещено, нет. И вузы бродят в этих информационных потемках, дублируя дорогостоящие закупки инновационного оборудования и не покупая того, что нужно. Другими словами, поле деятельности для студенческого аудита — немереное.
Исходя из масштабов бедствия, за первый год работы проекта ВСС планировал проверить 15–20 самых проблемных вузов страны. Правда, назвать их поименно в ВСС сейчас отказываются: чтобы не спрятали концы в воду. Однако в первоочередном списке, признался Сергей Гончаров "МК", "есть и петербургские, и московские вузы, в том числе из первого десятка. К примеру, университеты, недавно получившие статус исследовательских, но славящиеся в среде студентов не качеством образования, а процветанием системы взяток. Что же касается исследовательского статуса, то он, по словам ребят, был получен некоторыми из них исключительно вследствие хорошей лоббистики".
По оценке Гончарова, итоги аудита станут ощутимыми уже через месяц после реального запуска проекта. Но, увы, наша жизнь походит на реалии гражданского общества не более, чем курица на павлина. А потому проект студенческого аудита у нас не пошел: здесь он насмерть завяз в чиновничьем болоте.
Чиновничья засада
Самым трудным, рассказал "МК" Сергей Гончаров, "оказалось протащить идею через Минобрнауки. Во всем мире общественный аудит логично дополняет государственный, и договориться о его проведении не составляет труда (в ряде стран он и вовсе не нужен, поскольку на страже общественных интересов стоит само государство). Но у наших чиновников своя логика: чтобы узаконить нашу деятельность, необходим приказ по Минобрнауки, без которого нас попросту не впустят ни в один вуз. Это и оказалось непреодолимой преградой. Более полугода назад мы обратились в министерство за поддержкой и с тех пор ведем бесконечные переговоры, ни на шаг не приблизившись к решению вопроса. Да, официального отказа министерства мы не получили. Но и согласия тоже: чиновники просто посылают нас от одного к другому".
Марина Лемуткина
