Какая жизнь – такая и смерть

«Желтая» пресса раздула историю с кончиной Ии Саввиной: «скорая помощь», повинуясь некоей инструкции, отказалась везти смертельно больного человека в больницу.

И мы на «Эхе» это обсуждали, и народ привел массу примеров из личного печального опыта. Хотя эксперты, как официальные, так и вполне независимые, но знающие ситуацию изнутри, вообще-то винить медиков не спешили. Разговор все время упирался в эту неведомую инструкцию, и получалось так, словно кто-то хочет вывести на чистую воду врачей-убийц, хладнокровно отказывающих в помощи больным людям.

Я думаю, что дело здесь вообще не в инструкции. Есть она или нет ее – дело в практике. С которой и ваш покорный слуга, к сожалению, сталкивался довольно часто в последнее время. Просто мы находимся в плену неких общих представлений. Например, что визит врача непременно должен привести к улучшению состояния пациента. Что больного обязательно нужно везти в больницу. Что в любом случае надо бороться за него и пытаться любыми средствами «оживить». Хотя попутно в массе своей мы считаем врачей сволочами, недоучками, взяточниками и тому подобными мерзавцами.

Врачи бывают разные. И равнодушные в том числе. И мерзавцы тоже. Хотя основная масса плохих врачей – просто… плохие врачи. И процент плохих врачей не выше и не ниже процента «брака» среди представителей любой другой профессии. Вот, правда, ответственность у врачей выше. Но даже отличные врачи – не боги. А больницы – это уж точно не рай земной.

В конце концов, что значит «доставить в больницу»? Доставить «тяжелого» больного просто до кареты «скорой помощи» – уже целое дело. Это часто невозможно физически. А бывает, что эта, казалось бы, простая процедура приводит к смерти. А есть же еще утомительный путь в машине по разбитым дорогам и пробкам, мучения в приемном покое, попадание в палату, где восемь человек на маленьком пространстве, где штукатурка обвалилась, грязь, один врач на все отделение, а в выходные – вообще один врач на несколько этажей. Мы упрекаем их в бездушии, но даже навещая больных одного за другим, только на этот обход доктор тратит пару часов. Чаще всего у врача нет современной аппаратуры для диагностики. Периодически у него нет нужных лекарств. И у него хронически нет времени, чтобы проявить заботу о каждом. Это страшно, но это правда. И конкретные врачи – такие же жертвы обстоятельств, как и их? пациенты.

Врачи – циники. Это входит в их необходимый набор профессиональных качеств. Иначе просто свихнешься, пропуская через себя боль всех этих людей. Врачи – циники и прагматики. Видя тяжелого больного и больного в относительно приличном состоянии, они скорее помогут тому, кому легче. Просто потому, что помогать надо, когда реально можешь помочь. Чтобы спасти хоть кого-то.

В нашей медицине не хватает всего – больниц, персонала, оборудования, медикаментов. И оценивая свои возможности и состояние больного, доктора, как правило, объясняют родным ситуацию и говорят о том, что, к сожалению, уже ничем нельзя помочь. И нет смысла пытать умирающего бесполезной поездкой в убогий стационар. И я с ними согласен. Вопрос в другом: как помочь облегчить уход человека из этой жизни? Как помочь родственникам в эти последние часы или минуты, чтобы не оставлять их наедине с бедой в полном бессилии и незнании, что делать и как себя вести. Но мы умираем так же, как живем. Грязно, грустно, неустроенно. Фактически у нас нет такой массовой службы, которая помогала бы безнадежному больному и подставляла плечо родственникам. Но если цена человеческой жизни десятилетиями устойчиво равнялась нулю – какого отношения требовать к смерти? Мертвым, мол, все равно. Ну, стало быть, нам все равно и подавно.