В стране - переворот!

В России произошел переворот. Власть захватили правоохранительные органы. О перевороте всем заранее давно было известно. И президент не сделал ничего, чтобы этот переворот предотвратить.

Формально переворот выглядел как задержание самого богатого человека страны — Михаила Ходорковского.

Нельзя сказать, что органы очень хотели устраивать переворот. Прокуратура последнее время всячески намекала Ходорковскому, что ему бы лучше уехать. Были обыск и допрос адвоката Антона Дреля, защищающего Платона Лебедева (даже в советское время адвокатов не обыскивали). Были чекисты, пришедшие в школу, где учится 12-летняя дочка Ходорковского, и попросившие ее досье. (Даже бандиты в начале 90-х детей не трогали.)

Намеки были ясны и ежу. Но Ходорковский не внял. Уперся рогом: я не стану политэмигрантом, я стану политзаключенным. Таким образом, как ни парадоксально, психологический раунд Ходорковский выиграл: события пошли по его сценарию, не по сценарию прокуратуры.

Не хотели задерживать олигарха именно потому, что понимали. Это не задержание. Это переворот в государственном строе. Ибо если раньше государственный строй опирался на старых олигархов и новых «питерских», то отныне он будет опираться только на «питерских».

Жертвы переворотов и революций, как правило, являются их главными виновниками. Так было и с Павлом I, так было и с Николаем II. Не будь Павел сумасшедшим, а Николай безвольным, одного бы не задушили, а другого не расстреляли.

Так оно оказалось и с русскими олигархами.

Не будь они такими жадными, их бы не сожрали.

Когда будущие олигархи начинали, в конце 1980-х, в разгар грязи и крови, каждый из них стоял перед неразрешимой задачей: как противостоять бандитам, которые входят к тебе в кабинет, приставляют к виску пистолет и говорят «плати», и при этом самому не сделаться бандитом? Олигархи разрешили эту задачу, создав службы безопасности и приватизировав государство вместе с ментами и прокуратурой.

Они победили бандитов и красных директоров. Они избрали своего президента в 1996 году, изнасиловав страну и лишив ее необходимой прививки в виде ослабленной, мертвой культуры коммунизма.

А потом, вместо того чтобы разоружиться и распустить своих приватизированных ментов, олигархи стали воевать друг с другом. Они научили прокуратуру возбуждать уголовные дела и с помощью этих дел отнимать заводы.

Они создали Франкенштейна, и Франкенштейн был недолго покорен хозяину. «А что я такого делаю для них, что не мог бы сделать для себя?» — спросил Франкенштейн. (Кстати, и предупреждение через немотивированный беспредел — это типичная черта войны олигархов.)

И когда олигархи захотели быть белыми и пушистыми, было уже слишком поздно. Хотеть надо было раньше.

Так что да — жертвы переворота всегда оказываются его главными виновниками.

Но верно и обратное. Устроители переворота — это всегда его заложники. Это Гуверы уходят в отставку. Ежовых и Ягод расстреливают те, кто их меняет.

В субботу свершился очевидный факт: Михаил Ходорковский потерял свободу — возможно, временно. И совершился менее очевидный факт — президент Путин потерял власть.

Раньше президент Путин, стравливая старых олигархов и новых «питерских», обладал полнотой информации о происходящем в стране. Теперь президент утратит эту полноту информации. Очень скоро он будет получать информацию из того же источника, из которого ее получает население. Из программы «Вести». Из этого источника президент будет узнавать, как его приветствуют трудящиеся и как его слушаются министры.

А утрата информации — это утрата власти.

Вражда кланов выполняла функции разделения властей. Президент опирался на старых олигархов и новых «питерских» и был хозяином и тех, и других. Позволив политически уничтожить один из кланов, он стал заложником другого. Как самолет, потерявший одно крыло, режим потерял управляемость.

А потеря управляемости — это утрата власти.

Там, где Генпрокуратура задерживает Ходорковского, постовой разоряет любого владельца ларька. Это значит, что капитал бросится из страны. Собственно, уже бросился. Только в третьем квартале этого года утечка капитала составила 8,2 млрд долл., в то время как за весь прошлый год страну покинули 7,4 млрд долл. Страна обеднеет. В богатой стране можно быть президентом. В беднеющей стране можно быть только диктатором. А диктатор — это всегда заложник собственного коррумпированного аппарата.

Это самый бесправный человек в стране, не считая тех, кто сидит в тюрьме по его приказу.

Если понимать под словом «власть» возможность посадить любого человека — конечно, эта власть у президента сохраняется. Если же понимать под словом «власть» нечто, что позволяет править страной, — эта власть утрачена. Нельзя управлять самолетом, вошедшим в пике. Можно, конечно, напоследок выкинуть кого-то из самолета или пристрелить прямо в салоне.

Ходорковского задержали. Но, как это ни парадоксально, дав себя задержать, именно он в войне бизнеса и власти сохранил пока свободу выбора. И свободу воевать — хотя бы при невозможности победить.

Власть свободу утратила.

P.S. Как нам кажется, после субботних событий итоги президентских выборов 2004 года уже не кажутся предрешенными.